Антимаг (СИ)

— В какую сторону она бежала? — задал я вопрос, не обратив внимания на причитание воришки.
— Эрика была левей меня, значит, должна быть где-то в той стороне, — махнул Ларс рукой. — Но она вряд ли пробежала такое же расстояние, скорей всего врезалась в дерево и лежит сейчас под ним. И я считаю, пусть лежит, так от неё проблем меньше.
— Давайте, две минуты, чтобы прийти в себя и пойдём искать наших, — скомандовал я и принялся осматривать себя и своё снаряжение.
Что же кожаный доспех защитил от царапин, но его неплохо было бы поменять или и вовсе снять. Против местных монстров эта защита явно бесполезна. Моя собственная кожа под усилением может похвастаться такой же прочностью, так зачем стеснять свои движения. Свой двуручник при беге я всё же умудрился потерять, и сейчас из оружия у меня был лишь кинжал, что изрядно сокращало мои атакующие способности. Но в основном это были мелкие придирки. Я живой и не стал кормом для местных насекомых, а это значит, легко отделался, остальное мы поправим со временем.
— Ну что двинули? — спросил Ларс, последним приводя себя в порядок.
Выглядела наша компания жалко. Хуже мы выглядели лишь в первый день своего пребывания в тёмных землях. Все грязные, исцарапанные, только отошедшие от воздействия страха, группа представляла собой жалкое зрелище, а если ещё учитывать, что основное оружие сохранила лишь Алина, то наши боевые качества также изрядно снизились.
Шли мы недолго, не успели преодолеть и полкилометра, как увидели силуэты, маячившие среди деревьев. Присмотревшись, разглядели нашу недостающею часть команды благодаря копью, торчащему из-за спины одного из силуэтов. Из бойцов Кристины никто не пользовался этим оружием, вчерашние пахари, попав в оружейку сразу похватали мечи и шпаги. Желание владеть благородным оружием перевесило здравый смысл и люди решили пользоваться хоть и непривычным, но таким желанным клинком. Как по мне, вооружись они копьями и топорами толку бы было больше, но не мне их судить я сам, умея, владеть лишь кухонным ножом, схватил двуручный меч. В голову приходили мысли, что секира была бы сподручней, но за столь короткий период я успел свыкнуться с цвайхандером и поменять его на более простое оружие у меня просто не поднялась рука. Теперь же когда я умудрился потерять верное оружие, этим придётся заняться, ибо возвращаться к насекомым я не намерен.
— Я знал, что с вами всё будит хорошо! Как-никак не впервый раз уже бегаете под влиянием страха, — сказал подошедший к нам Франс и улыбаясь полез обниматься. Нам с Ларсом удалось улизнуть от подозрительно довольного одержимого и отдуваться за нас пришлось Алине.
— Эрика, ну раз Франс уже занят. Я тоже рад тебя видеть, — и расставив руки в стороны, довольный воришка последовал к намеченной им цели.
— Куда ты лезешь, — отпихивая Ларса, прошипела Эрика. — Жди своей очереди, Франс сейчас освободится.
Глядя на довольного Франса, что продолжал сжимать Алину в своих объятьях с так и не спавшей идиотской улыбкой у меня закрадывались нехорошие сомнения. Алина, опешившая от такого напора, обычно галантного Франса стояла, не пытаясь вырваться.
— Эрика, ты наших попутчиков не видела? — спросил я.
— Нет. Слишком была напугана, чтобы глядеть по сторонам. Меня и так чуть этот олень не сбил, — показала она пальцем на расстроенного Ларса, которому так и не удалось заключить девушку в свои объятия. — И после этого ему ещё наглости хватает лесть ко мне обниматься.
— Я тебя чуть не сбил?! Это ты курица ощипанная мчишься, как ломовая лошадь, людей не замечая, — тут же возмутился воришка.
— Ну, всё мелкий, готовься умирать, — прошипела Эрика, плавным движением вынимая рапиру из ножен. — Я тебя предупреждала, что бы ты не шутил про мои волосы? Предупреждала. Теперь кори себя, что не внял предупреждениям.
— И в мыслях не было, — испуганно произнёс Ларс, — «курица ощипанная» это выражение и ни в коем случае не намёк на то, что ты лысая.
Смотря на всю эту картину, я даже почувствовал себя лишним. Франс так и продолжал обнимать недоумевающую Алину, навивая на меня спокойствие и умиление. Ларс с Эрикой были абсолютной противоположностью, между ними чуть ли искры не сверкали, и было ли это от влечения их друг к другу или от взаимной неприязни непонятно.
 
— Эрика, ты можешь сказать, что с Франсом? — отвлёк я девушку от прожигания Ларса взглядом. — Бес ему совсем мозги свернул?
— Не знаю он, когда меня нашёл, уже был такой. Улыбался как дурачок и радовался всему как маленький.
— Странно это, — задумчиво произнёс я и, подойдя к одержимому, потряс его за плечо. — Франс. Франс! Ты чего такой довольный?
Одержимый, не разрывая объятий, повернул в мою сторону голову. При виде меня, его идиотская улыбка сделалась ещё шире. Наконец-то отпустив Алину, он развернулся уже всем телом в мою сторону.
— Командир! Ты жив! Это так хорошо! — на радостях Франс решил и меня подвергнуть той же участи что и Алину.
Одержимый вёл себя странно. Я уже немного привык к экстравагантному общению Франса и излишней жестокости, бес нередко показывавшего свои садистские наклонности. Но вот щенячьей радости при виде нас одержимый, ни разу не проявлял и это наводило на нехорошие мысли.
Может я допустил ошибку, нанося печать, и когда он попал под действие страха, она каким-то образом повлияла на него. Духи и бесы дело тонкое их носители часто постепенно перестают дружить с головой, превращаясь в психов, от которых не знаешь чего ожидать. Будет обидно, если Франс всё же сошёл сума.
Приближающегося одержимого я встретил отнюдь не взаимными обнимашками, а хлёсткой пощёчиной, от которой его швырнуло на землю.
Поднимаясь, Франс не верящими глазами смотрел на меня, потирая начинающую краснеть щёку. В этот момент я почувствовал себя последним моральным уродом, что сначала подманил голодную собаку едой, а когда она доверчиво наклонилась к угощению, пнул её в худое пузо. Отогнав непрошеные мысли, я решил идти до конца, припечатав одержимого очередной пощёчиной.
Франс пришёл в себя лишь после третьего удара. Четвёртая пощёчина ушла в пустоту, одержимый успел перекатом выйти из-под удара. Закончив свой манёвр, он встал на ноги, схватившись за красную и опухшую щёку.
— Всё! Всё! Я пришёл в себя, — слегка гундося, произнёс одержимый.
— Ты мне можешь объяснить, почему ты себя как дурачок вёл? — спросил я.
— Эх Франс, продолжал бы Алину тискать и тихо радоваться своему счастью. Зачем было к Рику лезть? Ты посмотри на него, он же весь в наколках, да ещё и лысый как не знаю что, — при этом Ларс бросил выразительный взгляд на Эрику. — По нему сразу же видно, что он не оценит твоих нежностей.
— Да заткнись ты уже! Надоел со своими шутками! — гневно произнесла Эрика.
— Ларс, и вправду будь добр помолчи немного, — поддержал я девушку, видя, что воришка готов ей ответить в своей ехидной манере. — А ты Франс, наоборот, рассказывай причину своей блаженности.
— Это всё из-за беса. Для него страх — это некий деликатес, а от того парня таким ужасом повеяло, что бес не смог всё поглотить и скинул излишки на меня. Я от навалившегося на меня беспричинного счастья чуть там, на поляне не остался. Если бы не промелькнувшая в голове мысль, что таким счастьем я просто обязан поделиться со своими друзьями, сидел сейчас на поляне и радовался, пока меня эти насекомые жрать не начали.
— То есть, в городе ты вполне мог убить того лича, раз страх на тебя не действует? Его воздействие было куда слабее, и ты вряд ли бы впал в нирвану, — предположил я.
— Не знаю. Я же не попадал под его воздействие и точно тебе не могу сказать. Да и особого желания лезть к этой твари у меня нет. Она помимо страха ещё и тёмными сгустками кидаться умеет, а их бес точно не поглотит.
— Рик, да на кой тебе сдался этот город? Одного раза не хватило? Мы же еле ноги унесли, — сказала Эрика.
— Ребят, а как же замок? Его же сейчас штурмуют. Может, стоит помочь нашим? — подала голос Алина.