Каратель (ЛП)

Хлоп, хлоп, хлоп.
Люди Черникова попадали, как костяшки домино, их оружие со стуком упало на землю.
Я закричала и закрыла голову руками. Что-то ударилось рядом со мной.
Чье-то тело.
Ещё один крик застрял у меня в горле, а потом я уже ползла на четвереньках, стук сердца отдавался в ушах, как гром.
На меня упала тень.
— Остановись, — приказал кто-то по-английски, а затем чья-то твёрдая рука схватила меня за руку повыше локтя и рывком подняла.
Я обезумела, моё тело заставляло меня бороться за свою жизнь.
— Катя! — прорычал голос. Крепкие пальцы схватили меня за подбородок, и внезапно серебристые глаза Романа уставились в мои. Он слегка встряхнул меня. — Это я.
На секунду мой мозг не мог осознать, что он настоящий. Он был одет во всё чёрное, а его грудь прикрывал плотно облегающий бронежилет. Прядь чёрных волос упала ему на лоб, а выражение его лица было таким убийственным, каким я его ещё никогда не видела.
Рыдание вырвалось из моего горла, и я обвила руками его шею и крепко прижалась к нему всем телом.
Он подхватил меня на руки и зашагал по складу. Перед глазами у меня всё затуманилось, горячие слёзы потекли по щекам и упали на волосы. Я уткнулась лицом в его шею, когда моё тело затряслось от осознания того, что я всё ещё жива.
Заскрипела дверь, и прохладный воздух коснулся моей кожи.
Роман вынес меня на улицу и запихнул в ожидавший меня внедорожник. Вокруг меня зазвучали русские голоса. Он отдал краткие приказы «всё вымыть» и «избавиться от тел».
Потом я оказалась у него на коленях, в ушах стоял гул двигателя, а его рука гладила мои волосы.
— Как ты меня нашёл? — прошептала я.
— Я поместил устройство слежения тебе под кожу, пока ты спала.
Я подняла голову.
— Ты… чипировал меня? — возможно ли было такое?
Его серебристые глаза блеснули в темноте.
— Оставь своё возмущение при себе. Я не в настроении тебя успокаивать.
Успокаивать?
— Меня только что похитили и чуть не убили.
— И чья это вина?
У меня отвисла челюсть. Он что, всерьёз собирался обвинить меня в предательстве Брайана? Я начала слезать с его колен, но он схватил меня за талию.
Я попыталась вырваться.
— Позволь мне…
— Уйти? — он крепче сжал её и покачал головой. — Ещё нет. Мы с тобой далеки от завершения.
Глава 11
Екатерина
Роман настоял на том, чтобы отнести меня в дом.
На самом деле, он не настаивал. Он просто сделал это, не оставив мне другого выбора, кроме как прижаться к его шее, когда он протиснулся мимо охранников у двери и поднялся по лестнице.
Моё сердце бешено заколотилось, когда я поняла, что он ведёт меня в свои апартаменты. Он сказал, что мы ещё не закончили, и теперь его кажущийся вежливым жест, когда он перенёс меня через порог, превратился в нечто совершенно иное.
Он не спасал меня. Он собирался наказать меня за то, что я сбежала от него.
— Роман…
— Тише.
Он усадил меня рядом с огромной кроватью и начал раздеваться, расстёгивая липучки своего бронежилета и бросая его на пол. Он наклонился и расшнуровал ботинки, затем стянул рубашку через голову. Луна всё ещё стояла высоко в небе, и её свет струился через окна, высвечивая его рельефный пресс и тугие бицепсы.
Я стояла на дрожащих ногах, в кои-то веки равнодушная к его великолепному телу. Раньше, когда он прикасался ко мне, он был пылким и полным страсти. Теперь он был холодным и методичным, с отсутствующим выражением лица, когда стягивал штаны и нижнее бельё с бёдер.
— Раздевайся, — сказал он.
У меня стучали зубы.
— Я не думаю, что нам следует это делать. Ты слишком сердит.
— Я разозлюсь ещё больше, если мне придется срывать с тебя одежду.
С трудом сглотнув, я сделала, как он велел, раздевшись, в то время как он провёл сжатым кулаком по своему члену. Он был твёрдым и готовым, его ствол устремился ко мне.
Когда я разделась, он подвёл меня к кровати и положил на живот.
— Раздвинь ноги.
Желание всколыхнулось у меня в животе, и мне стало легче скользить лодыжками по прохладному одеялу, которое на ощупь напоминало шёлк и, вероятно, было чем-то гораздо более дорогим.
 
Роман издал тихий звук и раздвинул мои ноги ещё шире, пока сухожилия на внутренней стороне бёдер не напряглись.
Я сделала глубокий вдох, мои нервы слабели с каждой секундой. Стал бы он трахать меня вот так? Его член был огромным, а угол наклона казался совершенно неправильным…
Его вес оторвался от кровати, и я напряглась, пытаясь расслышать, что он делает. Послышался шорох ткани, затем он вернулся и надел повязку мне на глаза.
— Роман…
— Замолчи, или я заткну тебе рот кляпом.
Я закрыла рот. Я не сомневалась, что он так и сделает. Он всегда выполнял свои угрозы, когда я его провоцировала.
Он завёл мои запястья за поясницу и связал их чем-то, что на ощупь напоминало длинную полоску кожи. Что бы это ни было, это мало что дало, и моё сердце забилось быстрее, когда я поняла, что никуда не уйду, пока он не разрешит.
— Дыши, — сказал он, поглаживая твёрдой рукой мою спину. Он провёл теплой ладонью по моей заднице, и я дёрнулась, когда он коснулся линий, которые обозначил своим ремнем.
Секундой позже он подложил что-то — подушку — мне под бёдра. Я раздвинула ноги, и это позволило ему полностью рассмотреть мои половые органы. Поза была очень уязвимой, чего, несомненно, он и добивался.
— Раздвинь ноги, — сказал он, и тут что-то прохладное и влажное потекло по моей щелке.
Меня охватила тревога. Он смазывал меня маслом. Хотел ли он взять меня таким образом? Как только я подумала об этом, что-то твердое уперлось в мой задний проход. Я рефлекторно сжалась, отодвигая бёдра.
— Роман, ты не можешь.
Он резко дёрнул меня назад и сильнее прижал свой член к моему входу, расширяя круговые движения.
— Не сопротивляйся мне, милая. Я же говорил, что буду иметь тебя везде. — Он проник внутрь, растягивая меня. Я напряглась, готовясь к тому, что его член вот-вот раздвинет меня. Но как только меня охватила паника, растяжение прекратилось.
Это не его член.
Он наполнил меня какой-то игрушкой, и теперь давление распространялось по мне странным покалывающим ощущением. Моя попка сжалась, а затем и киска сжалась в ответ, сорвав стон с моих губ. Это было… хорошо. На самом деле, более чем хорошо. Я уже стала влажной, мои соски упирались в матрас.
Роман склонился надо мной, и тепло его тела разлилось по моей спине, когда он поцеловал меня в затылок… плечо… удивительно чувствительное место, где моя спина переходит в подмышку. От каждой ласки по моей коже пробегали мурашки, когда он двигал губами с места на место. С повязкой на глазах, лишавшей меня зрения, я могла только ждать следующего поцелуя, и ещё одного, никогда не зная, где он приземлится. Всё это время моя задница сжимала игрушку, и каждое сжатие отдавалось эхом в моём влагалище, которое становилось набухшим и горячим. Меня охватило беспокойное, болезненное чувство, и я обнаружила, что прижимаюсь к подушке, пытаясь его унять.
Его ладонь погладила мою попку, а затем он схватил игрушку и несколько раз легонько надавил на неё, дразня мою попку.
— Я не буду трахать тебя в задницу сегодня, Катя.
Я застонала, беспомощно выгибаясь. Мой задний проход сжимался снова и снова. Та же потребность отдавалась эхом в моём теле, пульсация была такой сильной, что я прикусила губу, чтобы не закричать. В моей голове возник образ того, как я, должно быть, выгляжу — связанная и распростёртая, с его игрушкой, прижатой к моим ягодицам, и я застонала, мои бёдра дернулись против моей воли. Я вцепилась в подушку, отчаянно нуждаясь в каком-нибудь прикосновении к своему клитору.
— Нет, — пробормотал Роман, отложив игрушку, чтобы погладить мои складочки. — Сегодняшний вечер для этой жадной киски, которую ты, похоже, не можешь контролировать.
Он ввёл в меня два толстых пальца.