Колокольчики (СИ)

- И часто ты это делаешь?
- Играю со смертью? Нет, в первый раз со мной такое.
- Тебе нельзя пить и садиться за руль.
Принц печально потупил глаза и вздохнул.
- Принц – ты чудовище, Пьер предупреждал меня не связываться с тобой!
- Хватит, Демон, – Принц равнодушно махнул рукой, – Я пошел мыться. А ты пока подумай, как еще обозвать своего бедного Принца, который едва не умер страшной смертью!
Демон прислушивался к шуму воды в душе, а сам приготовил Принцу его любимую еду – бульон с гренками, тосты с колбасой и сыром.
Принц скоро вышел, завернувшись в полотенце. Теперь Демон жалел, что так злобно ругался на это беззащитное, безвредное, все израненное создание. И вся-то его вина, что запутался в своей любви, сильно выпил, будучи за рулем, а все остальные неприятности сами намотались по ходу действия.
Принц с аппетитом поел, нахваливая все ему поданное, потом жадно пил крепкий дорогой чай, описывая какую мочу вместо чая приносили ему в больнице.
“Хоть на цепь его сажай, – думал Демон, – никуда нельзя выпускать одного!”
Вечером, естественно, пришел Пьер, но на этот раз без традиционного букета цветов.
Демон в последнее время все лучше и лучше относился к Пьеру, ах, как он во многом оказался прав относительно Принца, да и помогал присматривать за ним! Они тепло поздоровались, Демон пропустил его в гостиную.
- Здравствуй, Пьерчик, – жалобно пискнул из своего угла Принц.
- Это что за уродец? – Пьер высокомерно повернул в его сторону подбородок. – Демон, что это у тебя за лысое страшилище?
- Ты даже не навестил меня! – упрекнул Принц.
- Демон, – вскричал Пьер, – что ты возишься с ним! Давно я тебе говорю, брось ты это чудовище, от него у тебя одни расходы и неприятности! Давай я тебе привезу завтра другого парня, симпатичного, спокойного. А за Принца не беспокойся, я его пристрою. У меня есть знакомый сутенер, он контролирует площадь трех вокзалов, уж уговорю его поставить Принца где-нибудь в темном углу с ведром вазелина, не пропадет!
Принц горестно всхлипнул:
- Ну и черт с вами, злые жестокие люди! Мне никто слова доброго не сказал за все это время, что я болел!
- Болел!!! – взвился Пьер. – Он болел! Принц! Если бы ты умер – это было бы еще ничего, а вот если бы ты сломал позвоночник и тебя парализовало бы на всю оставшуюся жизнь? Что бы было с тобой? Кто позаботился бы о тебе?
- По рюмочке? – предложил Демон Пьеру. – Ты говоришь с пустотой, Пьер, давай лучше выпьем.
- Я бы и выпил, и облака бы разлохматил. У тебя, говорят, трава классная, Демон.
- Кто это говорит?
Демон строго взглянул на Принца. Тот, демонстрируя смертельную обиду, отвернулся. Демон принес водочные рюмки, сок, графинчик и два косячка на золотом блюдечке.
- Почаще надо будет заходить в эту столовую, – оживился Пьер. – А почему две рюмки? И косяка два. Нас ведь трое.
- Принц не будет, – преспокойно распорядился Демон, – ему не позволяет его хрупкое здоровье.
- Будь проклят день, когда ты, Пьер, продал меня этому тирану и деспоту! – выпалил Принц из своего угла.
Но на него никто не обратил внимание. Демон с Пьером чокнулись, выпили и с наслаждением затянулись.
- Как-то в детстве, друзья мои, я приютил собачку, – начал рассказывать Пьер, – я подобрал ее на помойке. Она была вся грязная, блохастая и больше всего на свете любила есть хлеб и картофельные очистки. Я ее взял домой, вымыл, вывел блох. Я спал с ней на одной подушке, целовал ее в морду, зубы ей чистил специальной отбеливающей пастой, каждый день составлял ей меню, чтобы этой твари хватало жиров, белков, углеводов, витаминов и микроэлементов. Так вот, мои драгоценные друзья, она у меня и полгода не протянула! Да. Она сдохла у меня на руках, и смерть ее была мучительна и ужасна. Кухарка не досмотрела – оставила на столе размораживаться телячий фарш, собачка украла его, съела и умерла от заворота кишок, иными словами – от обжорства.
Демон и Пьер посмотрели в сторону Принца.
- А я-то что? Что вы на меня-то уставились? Будьте людьми, дайте затянуться!
 
- Вот так и ты, Принц, – продолжал Пьер, – пока ты работал на панели, я не помню чтобы ты чем-нибудь болел, за исключением хронического геморроя. А стоило тебе попасть в заботливые руки, в богатый дом, ты стал чахнуть. Посмотри, что с тобой происходит – воспаление легких – раз, триппер – два, избил Нарцисс – три, автокатастрофа – четыре. А сколько отравлений спиртным! Красивая жизнь, Принц, не для тебя.
- Это просто стечение обстоятельств, Пьер! Ты тоже и в аварии попадал, и лечился от всякой заразы, и воспалением легких болел, тебя били, и ты травился водкой! Не надо на меня наговаривать! – в голосе Принца звенели слезы.
- На, – великодушно сказал Демон, передавая ему косяк.
Принц схватил сигарету, затянулся и тут же умолк.
Пьер не засиделся, у него была встреча с бандитом, который откинулся с зоны, где сидел Ганс. Он вез Пьеру привет и подарки. Пьер возбужденным шепотом поделился с Демоном этой радостной новостью.
- Берегите и вы друг друга, – сказал он, – у вас же любовь, я это вижу, и не только с твоей стороны, Демон, Принц тоже влюблен в тебя, я никогда не обманываюсь.
Демон проводил его, а когда вернулся – Принц уже спал на диване в гостиной. Демон прикрыл его пушистым теплым пледом, сокровище что-то жалобно простонало во сне, свернувшись в клубочек. Демон осторожно коснулся губами его чистого высокого лба и притушил свет торшера.
Все заботы и неприятности отступили – Принц вновь был в безопасности и рядом с ним, а больше Демону для счастья было ничего не нужно.
====== Туалетное существо. ======
Прошла пара недель, как Луи открыл новый магазин. Он сразу же перешел работать в него, а Анжи оставил в старом, уже раскрученном. Ассортимент здесь был примерно такой же, с той разницей, что Луи отказался от обуви, а вместо нее устроил уголок домашнего декора – напольные фонтанчики, причудливые вазочки, картинки, часы редкой формы. Эта область всегда привлекала Луи, и он осуществил свою мечту. Да и не хотелось ему больше возиться с обувью, молодой расторопный Анжи управлялся с ней гораздо лучше. Луи был спокоен, перепоручив ему свое прежнее рабочее место. Анжи великолепно справлялся, выручки у него были хорошие, но теперь они уже не виделись весь день, а встречались вечером. Луи закрывал свой магазин, заезжал за ним, забирал выручку, и они ехали в супермаркет за чем-нибудь вкусным к ужину. Анжи скучал, названивал несколько раз в день, постепенно привыкая к новому распорядку их жизни.
Луи удивлялся, что после того, как они стали жить вместе, их тяга к друг другу не уменьшилась, их дружеские, любовные и деловые отношения так переплелись, разговоры были столь интересны, они упоенно проводили совместные вечера, готовили ужин, слушали музыку, обсуждали прошедший день и последние новости, смотрели спортивные телепрограммы, а иногда включали и гей-эротику из архивов Луи. Глаза Анжи сияли счастьем. Луи напряженно ждал, по привычке, что его друг в один прекрасный день скажет : ”Чао! Мне надоело с тобой. Я полюбил другого!” Они обсудили это, Луи признался, что в его сердце нет покоя. Анжи ответил, что тоже переживает:
- Ты привык часто менять любовников, Луи. И я боюсь, что надоем тебе.
Они заверили друг друга в любви и преданности. Луи знал, что сейчас он переживает самый лучший, удачный и счастливый период в своей жизни, ему казалось, что все это сон. Ну а у Анжи было все впереди, весь мир на ладонях, и он жадно поглощал все новое, наслаждался им, их любовью. Смешливый, серьезный, злой, драчливый, заботливый, нежный, покорный, шумный, Анжи, раз и навсегда свел Луи с ума. Чувства, которые Луи испытывал к нему, были столь глубоки, что он предпочитал об этом молчать, чтобы не попасть к Анжи в полное и абсолютное рабство, чего, судя по всему, тот и добивался, так как Анжи был абсолютным собственником по характеру. Лишь молодость не позволяла ему окончательно поглотить Луи, он был вынужден считаться с мнением старшего друга и уважать его. Но долго ли это будет длиться? Луи гнал эти мысли – им сейчас хорошо, они счастливы, а что будет дальше – одному богу известно.