Невеста Хозяина Бури (СИ)

— Нужно поужинать и отпраздновать, — проговорил Вильгельм, пристально поглядев на меня. — Я сегодня остался жив благодаря тебе. А ты обрела семью и жениха.
Вильгельм смотрел на меня, озарённый внутренним светом, невозможно роскошный и прекрасный. Но я ощущала его напряжение — ему хотелось любить, он нуждался в саэни. Он верил, что я — это она. Он делал всё, чтобы приблизить меня к себе. Думаю, ему было страшно ошибиться. Как и мне. И всё же, он старался превозмочь казавшееся невозможным. И мне больше всего хотелось довериться ему и покориться.
«Ты должна радовать меня», — вспомнила его слова: чистые, сокровенные.
«Ему нужна сильная женщина», — слова Алисии я тоже хорошо помнила.
Я поглядела на Виленну, безмятежно радующуюся моему отступлению, словно сытая кошка. Если уйду сейчас — ведь он ей достанется. Что же я делаю? Сдаюсь⁈
— А давай отпразднуем! — кивнула я, поглядев Вильгельму в глаза, и сама взяла его за руку. — Давай выпьем!
Пора перестать быть маленькой девочкой, я хочу побороться за любовь. За своего принца.
— Выпьем? Леди Элисмарра, выпьем мы, а вы поужинаете! — пророкотал Вильгельм, строго поглядев на меня.
Сжал мою ладонь и поднёс к губам. Я задрожала от мягкого поцелуя, по коже пронеслась сладкая щекотка. Когда уже перестану дрожать? Когда привыкну? Или никогда?
Пожалуйста, не глядите так, Ваше Величество, а то вместо ужина мне захочется с вами в спальню.
Что ж за мысли такие!
— Леди Элисмарре действительно плохо, Ваше Величество, вся дрожит от слабости, — помотала головой дева Алисия. — Девочка беспечно возилась с увечьем Кристиана. Пусть идёт отдыхать.
— Мне лучше, — вежливо улыбнулась Алисии и, взявшись за Вильгельма, принялась вставать.
Ухватилась покрепче за его стальное предплечье, я по-хозяйски ощупала его руку пальчиками. Пусть все знают — моё. И от этой мысли сделалось совсем хорошо и легко. Вильгельм усмехнулся, и в его глазах заискрились солнечные лучики вместо убийственных молний.
Меня проводили к столу и посадили в кресло. Лапуся свернулась маленьким калачиком рядом на сиденье и положила мордочку на колени.
Император расположился в соседнем кресле, и только после этого всё семейство расселось.
К моему ужасу, Виленне отвели место рядом со мной, но усадил её за стол не Вильгельм, а мой отец.
Ужин начался с поздравительных тостов, и поздравляли нас с ней обеих. Я старалась не подавать виду, что меня это сильно волнует.
Вильгельм наполнил нам с Виленной бокалы. Ей — полный, а мне с ноготок. И на мой выразительный взгляд лишь приподнял бровь. Вид его сообщал: «маленькая ещё».
Мы стукнулись бокалами, и я выпила. В животе приятно разлилось тепло, в голове завертелись бабочки или какие-то иные разноцветные насекомые с крылышками. Боже, какое вкусное вино!
Я поглядела на ещё практически полные бокалы Вильгельма и Виленны и поставила свой пустой между тарелкой жениха и его торсом.
— Не хочу разочаровывать вас, Ваше Величество, — проговорила я, пристукнув ногтём по стеклу, — но я не маленькая, я закончила медколледж…
Ладно, про студенческие будни не стоит… Оставим на потом.
— Что-что, моя дорогая? — проговорила пожилая леди с белыми, как молоко, волосами, и круглых очках, похожая на божий одуванчик.
Я недоуменно сморщила лоб.
— Мы ещё не были представлены, солнышко. Я твоя бабушка, леди Констанция, — ласково улыбнулись мне.
Бабушка⁈ Вот дела. У меня ещё и бабушка есть!
Я заулыбалась под хищно сузившимся взглядом Вильгельма и принялась рассказывать про лекции в медколледже, про практику в поликлинике, про работу в супермаркете, и про то, что жила в детдоме, а потом в приёмной семье, где приходилось обо всех заботиться, стирать, готовить. А обо мне никто не заботился и всем всегда обделяли.
— И когда мне не доливают в бокал, я считаю этого человека жадиной, — договорила я, покосившись на Вильгельма.
  
45
 
Семья внимательно меня слушала. Мама даже всплакнула. Но от дерзости, с какой я поглядела на Вильгельма, все вдруг весело рассмеялись. Будто я пошутила. Вытерев салфеткой глаза от слёз, отец обратился к Дракону:
 
— Ваше Величество, Элисмарра заслужила полный, долейте уж леди.
— Хм-м, — фыркнул Дракон, оттянув уголок губ, и взялся за блюдо с сочным мясом и салатной нарезкой. — Вино плохо влияет на неокрепший магический сосуд, леди. Но жадиной себя считать я вам не позволю.
Вильгельм наполнил мне тарелку с горочкой и указал бровью на приборы.
— А вот мясо и овощи отлично укрепляют тело и магию, дорогая невеста. Принимайтесь поскорее за дело.
Вот зануда жених! — усмехнулась я в мыслях, поднимая вилку.
— Будешь умницей и всё съешь, налью ещё глоточек, — проговорил он мне на ушко, когда я подцепляла лист салата, и от хриплого шёпота моё лицо зарделось.
— Элис, это вы наложили повязку Вильгельму? — спросила негромко Виленна.
Я кивнула, прожёвывая кусок. Говорить с ведьмой не хотелось. Не хотелось видеть её рядом и отвечать, и потому, несмотря на вмиг испортившийся аппетит, я жевала, долго и тщательно.
— Вы отлично обработали рану, можете гордиться собой, — договорила Виленна, улыбнувшись, и пригубила вино.
Брачный браслет на её руке сверкнул в отсветах расставленных на столе свечей, и у меня сжалось сердце.
Как она может так спокойно меня хвалить, ведь мы соперницы? Или заведомо знает, что у меня нет шансов, а значит и нет повода львице ссориться с котёнком?
Отец представил мне весь наш большой род. Три брата, их жёны, дядя с женой, двумя сыновьями и Камиллой. Ещё одна двоюродная сестра была замужем и жила с мужем в другом замке. И двоюродный дядя с тремя сыновьями и их жёнами. Тут я смирилась, что не могу запоминать имена, и просто кивала и улыбалась.
Потом перешли к представлению старшего поколения — бабушек и дедушек, и я чуть не заплакала от счастья. Всегда мечтала вот о такой большой дружной семье, и чтобы все жили в одном огромном доме и собирались за ужином.
Моя тарелка опустела, а раздувшийся живот натянул платье. Вильгельм, как и обещал, подлил мне в бокал несчастный глоточек вина — в половину меньше, чем в прежний раз. Я подняла на него обиженный взгляд.
Вильгельм прищурился, взгляд его безумно потемнел. Моё дыхание сбилось. Не будь здесь никого, я бы прильнула к нему ближе, прижалась бы к губам. Таким чувственным и жарким. Наши гляделки продолжались бы долго, но вмешался папа.
— Элис, а ты знала, что Вильгельм провёл в этом доме половину своей юности. Вилл часть моей семьи, и я так рад, что вы, дети, хотите соединиться.
Я разве хочу⁈ Да меня почти насильно уговорили! И откровенно соблазнили!
Я вспыхнула, как помидор, от смущения и отвела взгляд от Дракона.
— Кехэнди, кто бы мог подумать, что мы можем породниться, — усмехнулся Вильгельм. — За твою семью!
Все подняли кубки, и я опрокинула в рот свой жалкий глоточек.
— А теперь леди Элисмарре пора отдыхать, — проговорил Дракон, накрыв мою ладонь своей.
— Что⁈ Нет! Я хочу подольше побыть с семьёй! — воскликнула я из вредности.
Вильгельм сверкнул глазами. Его губы вытянулись в узкую линию, и лицо приобрело суровое выражение.
Ой, кажется, я снова посмела невоспитанно дерзить и пререкаться! Ой-ой, кажется, Дракон теперь точно меня отшлёпает.
— Скоро твоей семьёй буду я, Юленька, — проговорил он низко и опасно. — Так что уже можешь привыкать быть со мной подольше.
Я ощетинилась и, несмотря на объевшийся живот, потянулась за кусочком… да чего-нибудь, лишь бы Дракон отстал.
Но меня, словно пушинку, подняли с кресла и потянули за собой. Я едва успела ужержать спавшую без задних лапок у меня на коленях Лапусю. Взяла сонно хлопающую глазками малышку под животик и прижала к груди.
— Прошу извинить нас, день был долгим, — произнёс Император.
Отец одобрительно закивал. Мама вздулась, как обиженный паровозик. Камилла мечтательно проводила меня взглядом.