Невеста Хозяина Бури (СИ)
Вот же засранец! В смысле, я! Я полная дура, раскатала тут губу, а Вильгельм чужой, не мой. И никогда моим не будет. У него отбор невест на носу. Куча лучших женщин! Скоро выберет себе жену, а обо мне и не вспомнит никогда.
К горлу подкатил ком. Обида разрослась в груди.
— О, мой дорогой племянник, Ваше Величество, я буду счастлив посостязаться с вами за сердца прекрасных леди. Это будет восхитительное развлечение! Может, мы оба, наконец, обретём прекрасных жён. Кристиану впору тоже поучаствовать?
— Разумеется, — кивнул Вильгельм, и я заметила, как стиснул зубы Крис.
Принц Фридрих поклонился Императору с язвительной полуулыбкой и запрыгнул в седло рокка.
— До встречи на отборе, владыка!
Я глядела в удаляющуюся спину дяди-принца и ощущала, как вместе с ним утекает и надежда скорого возвращения домой. А может, это таяли мои силы? После того, как лечила Вильгельма, состояние моё ухудшалось с каждым мгновением. Голова разболелась сильнее, и будто начал бить озноб.
— Садитесь, леди Юлия! — протянул ладонь Кристиан, предлагая забраться к нему в седло.
— Юлия полетит со мной! — отрезал Вильгельм, по-хозяйски беря меня за руку.
От прикосновения горячей сильной ладони к моей тоненькой холодной кисти по коже понеслись волнующие мурашки.
Вильгельм, не надо, пожалуйста… Не берите меня так за руку, а то ведь сердце не выдержит!
— Элли, дочка! Великий Йормегон, ты жива! — раздался низкий голос на лесом.
27
Люди Вильгельма расступились перед приземлившемся на огромной рокке мужчиной в багровом мундире. Он спешился с монстрообразного чудовища и бросился к нам с Императором почти бегом.
Золотистые глаза его заблестели, а суровое, изрезанное глубокими морщинами лицо приобрело потрясённый вид.
Короткие волосы, изрядно подбитые сединой, жилистая фигура воина, хоть и пожилого, — нет, я никогда прежде этого мужчину не видела, но внутри затеплилось странное чувство, от которого на коже поднялись волоски.
— Элисмарра! — он распахнул руки и заключил меня в объятия. — Доченька!
— Папа? — вдруг пришло осознание.
Мой отец⁈
Мой.
Отец.
Дрожащими пальцами я обняла его спину и алчно вдохнула родной, забытый запах: раскалённых камней и солнца. Сомнений не было, я нутром ощутила, что передо мной родитель.
— Эйнхарт? — хрипло проговорил Вильгельм.
Ох, и рожица у него была!
— Герцог Юлиан, леди Юлия ваша дочь⁈ — Дракон поджал губы и жарко задышал, обходя нас кругом.
Как он шокирован! Молнии бы не взметнул, Дракон бури!
— Элис… — Отец взял меня за плечи, вгляделся в лицо со счастливой улыбкой и снова прижал к груди.
Я обняла его в ответ уже смелее, задыхаясь от радости.
Вильгельм стоял рядом. Волновался, нервничал, искрил глазами, косясь на руки мужчины, обнимающие меня. А стоило отцу поцеловать меня в щёку, властно положил ладонь на плечо герцога и разомкнул наши объятия.
Да что такое⁈ Это папа же!
— Вильгельм, Ваше Величество! — хрипло проговорил отец, разворачиваясь к Императору, и опустил ему в ответ на плечо руку, приобнимая как бы нас обоих.
Мне сделалось неловко от такой близости — почти семейных объятий с папой и… Императором-Драконом, у которого на носу отбор невест, свадьба…
— Вилл, — тишайшим шёпотом, так что слышали лишь мы втроём, проговорил отец, поглядев в тёмные бушующие глаза Вильгельма, — родовой артефакт разгорелся этой ночью — дух дочери вернулся в наш мир! Ты говорил мне, что проведёшь ритуал призыва саэни, и получается, вместо неё ты призвал нашу девочку!
Отец перевёл на меня сияющий восторженный взгляд.
— Я призвал вашу дочь, кехэнди? — недоверчиво проговорил Вильгельм, прожигая меня оценивающим взглядом, приподнял бровь и похолодел. — Очень рад за Вас.
Кажется, он остался не в восторге от услышанного. Отпустил из захвата отца и медленно отстранился, оставляя нас наедине.
— Папа? — Так необычно было в девятнадцать лет впервые произносить это слово.
Я всмотрелась в лицо мужчины, изучая широкий нос, высокие скулы, разрез глаз — всё было такое знакомое, моё! В смысле, как у меня. Папа точно мой! Сомнений не было. Только глаза золотистые, а у меня голубые. Но, наверное, голубые — это от мамы?
Как же захотелось её тоже увидеть!
— Да, я твой папа, герцог Эйнхарт Юлиан, девочка. Узнаёшь меня? — усмехнулся он, заключив моё лицо в жаркие ладони.
Я кивнула — и мне счастливо улыбнулись.
— Но почему? В смысле как… — взволнованно прошептала я. — Как я оказалась в другом мире? Меня зовут Элисмарра? Вы что, бросили меня?
— Что⁈ Нет! Элисмарра твоё имя, да! Тебя украли в детстве! Твоя тётка Мирабелла, огонь и когти! Исчезла с тобой в портале — его угасающие следы мы нашли в спаленке. Мы обыскали весь свет, но не полагали, что она унесла тебя в другой мир! Расскажи, как ты жила? Как росла?
— Плохо, папа, я росла сиротой в детдоме… Никого у меня не было, — я прижалась мокрым лицом к груди отца.
— Сейчас мы улетим, Элли, — погладил по голове герцог. — Всё будет хорошо…
— Куда ты хочешь увезти её, кехэнди? — над ухом прорезался несогласный голос Вильгельма, и я поняла, что он всё это время стоял тут, рядом, у меня за плечом.
— Домой, в Пламенный лог. Элисмарра не твоя саэни, Вилл, — папа взглядом указал на мои оголённые ключицы в вырезе платья, на которых не горели тоги. — Я забираю дочь в семью. Мать так ждала тебя все эти годы, Элли! Верила, что ты жива, хоть и камень не горел!
Меня прижали к груди, к гулко бьющемуся сердцу. Сделалось тепло и надёжно. И от распустившегося внутри умиротворения, по щекам обильно заструились слёзы.
Мечта всей жизни свершилась! Мой папа пришёл за мной, и большего счастья я не могла и желать! Но бросила взгляд на Вильгельма, вернувшегося к своим магам и ведьмам, — он помогал девушкам забраться в сёдла рокков, подавал руку Бриджит, придерживал стремена Виленне, — и по сердцу пробежал колючий холодок. Пронизывающий грудь насквозь, будто где-то там осталась зиять щель. Огромная такая щелище, которую мне проделал раскат грома!
— Всё-всё, не плачь, девочка! — мне вытерли слёзы шершавыми пальцами. — Нам столько нужно друг другу рассказать! Полетим домой! Лайнард и Рейнард, встречайте сестру!
Рядом возникли два широкоплечих мужчины в багровых, как и у отца, мундирах.
Вот это у меня братишки — великаны и качки, не меньше Вильгельма в ширину.
Оба были светловолосые, как и я. Тот, что отозвался на имя Лайнард был на вид ровесник Дракону — лет тридцати, Рейнард выглядел помладше — лет на двадцать пять. Мускулистые, подтянутые, голубоглазые воины.
— Элисмарра, — проговорили низким басом братья, целуя в обе щеки. — Добро пожаловать домой, малышка.
Обнимая братьев, я снова бросила взгляд на Императора. Закончил ли он усаживать своих ведьм на рокков или ещё возится? И к своему ужасу встретилась с его горящим синим пламенем взглядом. Дракон глядел пристально и жадно, будто давно раздел меня и делал со мной такие вещи…
Ух, зачем он так глядит⁈
Голова закружилась, и мне поплохело. Ноги подкосились. То ли от волнующей страсти, то ли от переживаний, а, может быть, от яда лорхана, который я вобрала в себя, спасая его? — я начала падать.
— Юленька! — обжёг шею жаркий шёпот, лёгкие наполнил запах грозы.
Рядом были отец и два сильных брата, но на руки меня каким-то немыслимым образом подхватил Дракон.
28
Вильгельм, владыка Небесной Империи
Дракон бесновался. Неистово, яростно! Когда Юля пришла в сознание после сурги и позвала Кристиана, жгучее чувство собственничества опалило нутро. А когда пришёл Фридрих и предложил Юленьке свой плащ, то глаза и вовсе заволокло пламенным маревом ревности. В груди заклокотал огонь, рвущийся наружу.
Моё! Никому не трогать! Не прикасаться! Схватить и держать обеими руками, крыльями, заодно и хвостом!