Зеркало силы (СИ)

Доходный дом, указанный в адресе иллюзиониста, возвышался над рекой на шесть этажей. Частично облицованный кирпичом и украшенный эркером, венчал который балкон с изящной кованой оградой. Вот туда, на последний этаж, мне и было нужно.
Я не стал дожидаться старинного лифта, еле ползущего между этажами, а поднялся пешком по широкой мраморной лестнице с потертой ковровой дорожкой.
За темной массивной дверью было тихо. Я надавил на кнопку звонка и с той стороны раздался его пронзительный визг. Подождал минуту и нажал ещё раз, удерживая подольше.
Наконец замок щелкнул и на пороге появился весьма недовольный хозяин.
Лицо мастера иллюзий носило следы отличной ночки — было помятое, опухшее и со свежими царапинами на скуле.
— Какого чёрта… — начал возмущаться он, но разглядел меня и мигом взбодрился: — Александр Лукич? Но как вы… Что вы…
— Разрешите войти? — вежливо спросил я. — И Александр, мы же договорились.
— Конечно, конечно, — парень посторонился и даже слабо улыбнулся.
Сразу же поморщился и схватился за голову.
Я же с интересом разглядывал его жилище. Типичная холостяцкая берлога, но обустроенная со вкусом. Правда, искусная мебель хороших мастеров соседствовала с современными предметами из пластика и стекла. Полная эклектика, при этом не раздражающая.
Видно было, что место любят и каждая вещь тут используется по назначению.
Сразу за порогом начинался зал, объединивший в себе гостиную и кухню. Помещение выходило окнами на обе стороны дома.
Слева, с видом на двор, длинная стойка, за которой пряталась кухня и стояли в ряд сразу три холодильника. Справа обеденная зона возле высокого окна с дверью на балкон. Стол из полированного до блеска дерева, а вот стулья все разные. Как украшенные резьбой и обивкой с золотыми нитями, так и самые обычные с облезшей краской и треснувшими спинками.
Остальное пространство занимали диваны, кресла и подушки, разбросанные повсюду. В центре стояла большая клетка, где дремал попугай.
— Желаете кофе, ваше сиятельство?
Княжич, пошатываясь, подошел к кухонной зоне и непонимающим взглядом уставился на хромированную кофеварку. Затем махнул рукой, залез с головой в холодильник и достал оттуда мгновенно запотевшую бутылку с минералкой. Не стал утруждаться стаканом и осушил добрую половину прямо из горла.
После этого Марк улыбнулся смелее:
— Прошу прощения за мои манеры. Так кофе или чаю? Или… А который сейчас час?
— Восемь утра, — слегка виновато признался я.
— А! То-то я думаю, почему я до сих пор пьян, — обрадовался княжич этой новости. — Тогда игристого?
— Благодарю, но мне лучше кофе. А вы…
— А я выпью! — провозгласил он и открыл дверцу уже другого холодильника.
В нем находились только бутылки на специальных полках. Я ощутил всплеск магии — она поддерживала нужную температуру, причем на каждой полке свою. Подобные артефакты были и в нашем погребе.
Я оценил коллекцию молодого Левандовского и подумал, что неплохо бы обновить наши запасы. Пусть патриарх предпочитал деревенскую настойку Прохора, но вдруг гости…
Марк тем временем извлек увесистую бутыль из темного стекла и ловко открыл её. Пробка шумно выстрелила и укатилась в дальний угол. С посудой произошла заминка — ее нигде не было.
Княжич побродил по залу и неожиданно достал из-за дивана изящный хрустальный бокал. Довольно кивнул и наполнил его до краев. Чуть пригубил и теперь его улыбка стала совсем искренней:
— Вот теперь совсем хорошо. Вы уж извините, Александр, но пользоваться этой штукой, — он указал на кофеварку, — я не умею… Но могу заказать кофе из соседней кофейни, они там прилично его делают.
— Не стоит беспокоиться, я сам справлюсь, — я благодарно кивнул и занялся незнакомым агрегатом.
Впрочем, все кнопки были подписаны, так что долго возиться не пришлось. А чашка уже стояла под рожком, к счастью чистая.
— Вы уж извините, что я без предупреждения, — всё же проявил я воспитанность.
— И правильно сделали. Я бы не открыл, — внезапно откровенно признался парень. — Хотя, признаюсь, всё ждал когда вы меня навестите.
 
— К чему мне это было делать? — удивился я.
— А к чему вы это сделали сейчас? — усмехнулся княжич, опустошив бокал и плеснув себе еще, на этот раз половину. — За мной должок, верно?
— Мне казалось, что вы сполна отблагодарили меня за ту услугу.
— Парой накопителей? — отмахнулся он. — Не смешите меня, это же сущая мелочь. Вы сможете таких десяток приобрести.
В тот момент не мог, так его «мелочь» сильно меня выручила.
— А пойдемте на воздух? — предложил Марк и указал на винтовую лестницу возле балконной двери. Она уходила наверх, к закрытому люку.
К квартире прилагался чердак с выходом на крышу. Там, на её скате, обустроили площадку с перилами и удобными креслами.
Вид отсюда открывался потрясающий — канал с нависающими деревьями и покачивающимися лодками, ажурный Демидов мост и убегающие вдаль разномастные крыши соседнего Казанского острова. За ними высился шпиль Адмиралтейства, сверкающий в лучах солнца, падающих прямо на него сквозь прореху в облаках.
Я залюбовался этим непривычными для меня городскими силуэтами. Да из-за одного этого вида можно было здесь поселиться.
— Красота, да? — Марк заметил мою реакцию и гордо улыбнулся. — Только из-за этого в эту дыру и переехал. Вы бы видели, какие тут закаты!
Будь я одинок и также молод, обязательно бы последовал его примеру. Но мне нравился мой особняк, сад и все его обитатели. Я уже не представлял для себя иного дома.
— Потрясающе, — честно признался я, устраиваясь в одном из кресел.
Парень сел по соседству и вытянул ноги, задрав голову в небо. Чуть прищурился и спросил:
— Так что же вы от меня хотите, Александр?
— Это может прозвучать странно, но расскажите мне про ваши представления. Что вы получаете во время них?
Княжич распахнул глаза и удивленно посмотрел на меня:
— Мои представления? Вас это интересует? Но зачем?
— Для исследований, — уклончиво ответил я. — Меня посетила одна мысль… Что благодаря тому, как именно вы используете свой дар, ваша сила растет быстрее.
За его честность и я был готов говорить прямо. В отличие от отца, парень ни капли не стеснялся своих истинных мыслей. Я это чувствовал, никаких амулетов при нем не было. Да я и не думал, что он вообще использовал подобную защиту.
Марк был из тех редких людей, кто просто говорил правду. Ну, кроме своей личности, когда был в образе великого мастера Ракиты.
— Вы… — парень поперхнулся и осторожно поставил бокал на пол.
Постучал себя по груди и, откашлявшись, немного потрясенно произнес:
— Вот уж не думал, что встречу человека, который тоже до этого додумался. Мой отец… — он осекся и сразу же хмыкнул: — Впрочем, вы уже знаете кто мой отец. Его светлость высмеяли мою догадку. А уж учитывая мой дар, очков мне это не добавило в его глазах. Если бы знали, какой он…
— Мы познакомились вчера, — я понимающе улыбнулся.
— Ах, ну тогда что вам объяснять. Сами всё понимаете. В общем, в академии меня никто не слушал. И со временем я начал думать, что возможно это со мной что-то не так.
— Расскажите мне, — попросил я.
Второй день подряд выслушивать исповеди Левандовских, забавно.
Но рассказ Марка был интересным, и он не жаловался на свою судьбу, хотя та была у парня не из самых простых.
Несмотря на происхождение, детство княжича прошло в усердном обучении и бесконечных тренировках. Отец натаскивал его на все науки, надеясь что отпрыск унаследовал его силу и станет артефактором.
Но, как это нередко бывает, в мальчишке проснулся иной дар. И довольно рано. Для князя это стало огромным разочарованием, пусть в собственных ожиданиях, и он отстранился от сына. Марк, будучи ребенком, естественно винил себя и старался изо всех сил привлечь внимание отца.
Тогда-то и он и начал показывать «фокусы». Парень так произнес это слово, словно оно ругательное. Видимо, так ему князь и говорил в детстве.