Зеркало силы (СИ)

Меня эти незначительные домашние проблемы отвлекли от раздумий, так что из-за погрома я не переживал. Ну подумаешь, пташки. Это не орда мертвяков, вот после неё отмыть хоть что-то действительно трудно.
Но заявку в службу уборки отправил. Мы прибрались хорошо, но не идеально.
Только я собрался хорошенько выспаться, как получил ответ от мастера воров. Новгородский предложил встретиться на прежнем месте — возле фонтана сада при Адмиралтействе.
В саду гуляющих было немного — горожан прогнал моросящий дождик, который прошел к тому моменту, когда я приехал. Скамейка, на которой поджидал меня мастер, была совершенно сухая.
Я усмехнулся. Любит не только своим присутствием возле дворца пощекотать нервы, но и магией пользуется у гвардейцев под носом. Пусть и простой высушивающий амулет, но может привлечь внимание.
Впрочем, каждый развлекается, как ему того хочется.
Ему нравится дразнить представителей власти. Я вот собрался в опасный район, чтобы заняться развитием магии.
— Доброго вечерочка, Александр Лукич, — поприветствовал меня Новгородский, кивая и коснувшись края кепки.
— И вам доброго, Потап Васильевич, — я присел рядом.
— О ваших делах справляться не стану. Наслышан, что всё хорошо, — хитро улыбнулся мужчина, обозначив что приглядывает за мной, и сразу перешел к главному: — И кого нужно ограбить на этот раз?
Проницательный человек. Хотя зачем бы мне ещё к нему обращаться? Но я решил немного сбить его с толку и начать с иного:
— Консультация ваша нужна. Что можете рассказать про Тучков буян?
Сумел я его удивить. Мастер вскинул брови и призадумался, прежде чем ответить. Видимо решал, чем может поделиться бесплатно, а за что можно и вознаграждение попросить.
Не жадность, а многолетняя привычка.
— Дурное место, — Новгородский показательно сплюнул в сторону. — Сборище отребья, без чести и понятий. Не поймите меня неправильно, ваше сиятельство. Мы тоже не из благородных, но законы свои четко соблюдаем. Да и принципы имеем — слабых не трогать, детей не обижать, старость уважать… Чем бы ты в жизни не занимался, а человек оставаться надобно.
Я промолчал, такой подход мне нравился, безусловно. Вот только святым он его не делал. Как, впрочем, и меня.
— И что же, там никакого порядка нет? — я вспомнил что мне рассказывал пристав про это место.
— Как же, есть, — недобро ухмыльнулся мастер воров. — Они же себя слободой провозгласили. Так что стража у них наличествует. Из таких же уродов, но самых сильных. К ним жандармы знаете почему не суются?
Я догадывался, но помотал головой.
— Нет тела — нет дела, вот почему, — озвучил мои мысли Потап. — Наружу редко кто выбирается.
— А внутрь?
Новгородский удивился ещё раз, уже сильнее. Посмотрел на меня сочувственно:
— Так вы что, ваше сиятельство, неужели из этих?
— Из каких? — нахмурился я.
— Из любителей острых ощущений. Есть там заведение одно, пограничное. Туда порой захаживают переодетые дворяне, за рискованными развлечениями. Их-то как раз почти не трогают, щиплют разве что, да морду набить могут. Если те не нарываться, конечно же. Так тех тоже следов не остается.
— Интересно… — протянул я.
Скучающие в достатке аристократы, желающие новых впечатлений, — не что-то новое. Во все времена такие искали досуг позатейливее. И, чем дольше они жили, тем изощреннее были запросы.
Но существование подобного места для меня было ещё удобнее. Не надо придумывать хитрый способ попасть в Тучков буян. Нужно просто притвориться одним из избалованных хорошей жизнью авантюристов.
Хорошая новость. Я улыбнулся, а Новгородский неожиданно забеспокоился:
— Вы же не собираетесь туда, Александр Лукич?
— Собираюсь, — не обрадовал его я.
Мастер заморгал и вдруг расплылся в понимающей улыбке:
— А, так вы со своими чудными животными пойдёте?
С радостью бы, но распугать всех подопытных мне было не нужно. Наоборот, усыпить бдительность и дать почувствовать себя главными. Так будет эффективнее.
Тем более, раз уж к аристократам не такое агрессивное отношение, то и работать будет с их разумом проще и быстрее. Если не попадётся сильный одарённый, конечно же. Вот уж чего, а мощных защитных артефактов я там встретить не опасался.
 
— Нет, Потап Васильевич, я пойду один. Не ради развлечения, для работы, — я решил честно ему сказать о цели.
— Вы же артефактор, ваше сиятельство! — отчего-то возмутился мастер. — Это же какая работа нуждается в подобных вещах?
Я лишь улыбнулся в ответ. Обычная работа.
Вот за что мне нравился мой учитель, так это за науку находить быстрые решения. Не бояться запачкаться, чтобы не терять драгоценного времени. Которое, по его мнению, нужно тратить более продуктивно. Например, со вкусом отдыхать…
— Так что за заведение? — поинтересовался я, проигнорировав его вопрос.
— «Шальная стерва», — скорее машинально ответил он, пребывая в растерянности. — Вам точно туда надо?
— Точно, — я кивнул. — Так туда можно просто прийти? Или знак там особый нужен?
— Нельзя вам туда одному, — Новгородский быстро взял себя в руки и вернулся к деловому тону. — Сопровождающего вам дам. И не спорьте, Александр Лукич. Послушайте знающего человека. Вы вот в своей волшбе сильны, да этикетах. А я знаю толк в таких дырах. Без своего человека сгинете там, как пить дать.
С ним я был не согласен, но призадумался. Знающий местные обычаи и правила человек лишним не будет. Ну а как свидетель… Ничего не поймёт. Как правильно заметил Потап, простые люди в «волшбе» не сильно разбирались. Возьму с собой пустой накопитель с ментальной силой. На тот случай, если у кого-то возникнут вопросы.
— Если только такого, который не отличается повышенным интересам к чужим делам.
— Обижаете, — Потап широко улыбнулся. — Других и не держим. Есть у меня дельный парнишка, настоящий талант. Вам под стать, уж извините, не оскорбить желаю. Похоже бастард чей-то, уж больно рожа благообразная. Из беспризорников прибился. Опекаю я его, — с теплом в голосе заявил он.
— И отправляете со мной в Тучков вал? — скептично уточнил я.
— Именно, — слегка обиделся мастер. — Задание-то для него ерундовое. В уличных драках никого лучше и не сыскать, ежели что. Сызмальства умеет за себя постоять. Я его к своим-то делам не привлекаю, жаль жизнь парню портить. В академию отправлю. Слышали, что император нынче туда всех пускает? Вот, пусть и Тимофей человеком станет.
На его лице появилось мечтательное выражение, но тут же пропало. Мимо нас проходил патруль.
Гвардейцы нарочито равнодушно скользнули по нам взглядами. Одежда Потапа, конечно, не выглядела так отлично, как мой костюм, но на нём был надет весьма приличный наряд. Так одевались зажиточные горожане или работники средних чинов. Только кепка немного выбивалась из солидного образа.
Так что интереса стражей порядка мы не вызвали. По итогу осмотра они приветственно кивнули и пошли дальше.
— Так что, ваше сиятельство, опекаю, да, — продолжил мужчина, когда патруль отошел достаточно далеко. — Посмотрит на вас, может и сам задумается, тоже хорошей жизни захочет. А если магичить станете, так и вовсе вдруг загорится. Втемяшилось ему в голову, что благородным разбойником быть хочет. Молодой…
Новгородский сам смутился своей откровенности и принялся поправлять платок в нагрудном кармане.
Я же давно заметил, если к людям нормально относиться, без осуждения и оценки, то они и готовы открываться. Не все, к сожалению, но большинство. Ближе это человеческой натуре, чем оборонительная позиция.
Но вот не всегда в плюс работает. Теперь я даже проникся к незнакомому парню с непростой судьбой. Мастер воров вряд ли сентиментален, так что раз заботится о бастарде, то тот того заслуживает.
По-хорошему, надо бы отказаться. Не впутывать этого талантливого Тимофея в свои дела.
С реки налетел порыв ветра и я стряхнул с рукава капли воды, упавшие с дерева. И спросил: