Пыль дорог (СИ)

— Лада, а ты сможешь сварганить примитивную стиралку? Как в союзе, бочка с движком на дне?
— Без проблем, — ответила артефакторша, — это может много стоить. Я бы сказала — это золотое дно.
— Вы о чем? — не понял Горд.
— О том, — ответил Воронцов, — что если останешься с нами, станешь очень богатым человеком, и градоначальник будет перед тобой шапку ломать. Главное — не упустить выгоду.
— Благородные всегда выгоду ищут, — пренебрежительно произнес Подземник.
— Все ищут выгоду, — ответила Лада. — Человек всегда ищет, где теплее, где сытнее, так уж он устроен, а деньги просто инструмент. Нам понадобится очень много денег, впереди большая война, про которую тут еще не слыхивали. А значит, деньги имеют старую цену, и мы этим воспользуемся.
— Умно, — протянул парень. — Старый город, — объявил он, пристраиваясь в очередь из различного транспорта. — Ваша светлость, хочу вас расстроить, инкогнито сохранить не удастся, ведун на воротах потребует настоящее имя, и выдуманное прозвище не примет. Так проверяют всех горожан, и если вы планируете задержаться тут больше, чем на три дня, придется оформлять личинную грамоту. Без нее, при проверке, можно угодить под крупный штраф, или в острог.
— Ясно, — рассмеялся Воронцов, — без бумажки ты букашка. Я знаю, что скрыть, кто я, не выйдет, это может создать проблемы, но без этого никак.
Очередь двигалась довольно быстро, в основном в ней были местные, которые предъявляли документы и спокойно ехали по своим делам. А вот тем, кто приехал издалека, приходилось съезжать на специальную площадку, где и проходила проверка.
Пока плелись к воротам, Константин успел рассмотреть стены. Высокие, метров пятнадцать, из серого камня, сторожевые опорные башни. А сейчас там горели светцы, и ходила стража, здесь уже знали о прорывах тьмы.
— Горд, а как во время тьмы защищается район, который мы проехали, ведь стен-то нет?
Подземник как-то странно посмотрел на Ладу, словно она спросила то, что и так все знают, но все же ответил.
— Мы же проехали установленные стационарные большие светцы, неужели, внимания не обратили? Жители платят налог на зарядку рун, которые нанесены на каждый дом. Скорее всего, теперь он станет ежемесячным, и жизнь в городах подорожает. А когда приходит тьма, город окружают специальными артефактами, которые не такие пассивные, как светцы, не дающие нежити и искореженным приближаться. Это что-то вроде силовых барьеров. Очень дорого, при них всегда ведун и несколько дружинников. Но все это полумеры, трое высших ведунов подвешивают на время тьмы над городом Солнце Сварога, искусственный огненный шар, испепеляющий любую тварь, которая сунется в его границы. Так что, в крупные города нежить не лезет. Или не лезла, — добавил он с некой обреченностью.
В принципе, его можно было понять, для него города всегда были оплотом стабильности.
— Чужаки? — остановив машину взмахом руки, спросил дружинник, подойдя к открытому окну.
— Да, — коротко за всех ответил Горд.
— На проверку — указывая на небольшую площадь, приказал страж порядка. — Место номер семь. Ждите, к вам придет ведун. При попытке покинуть место без разрешения, вы будете немедленно уничтожены. Времена нынче смутные.
Горд кивнул и порулил в указанную сторону, затем заехал на расчерченный квадрат с номером семь и заглушил двигатель.
— Теперь ждать, обычно недолго, минут десять, но сегодня транспорту чужого много, так что, возможно затянется.
Лада, поняв, что смотреть на забор ей не интересно, скрылась в фургоне и вернулась к работе.
Константин же, вытащив папиросу, открыл дверь и спрыгнул на брусчатку, и тут же увидел, как пулемет на городской стене развернулся в его сторону. Воронцов дергаться не стал, демонстративно прикурил и, усевшись на подножку, уставился в небо. Горд оказался прав, очередь до них дошла только через полчаса.
— Всем покинуть фургон, — приказал ведун, пришедший в сопровождении местных жандармов, которых тут звали городовыми. — Оружие оставить внутри.
Константин кивнул, вытащил из кобуры револьвер, кинул его на сидение. О ноже из Беловодья, который он спрятал в рукав сюртука, он благоразумно промолчал.
 
— Назовитесь, — потребовал ведун, обращаясь к наемнику.
— Горд Малов, прозвище Подземник, наемник, в настоящий момент нахожусь в услужении, — после чего протянул ведуну сложенный вдвое лист плотной бумаги.
Тот развернул, прочел, провел рукой над печатью, которая вспыхнула зеленым.
— Кому служите? — вернув местный паспорт, поинтересовался ведун.
— Ему, — мотнул головой Горд в сторону спокойно стоящего бывшего детектива.
— Наниматель? — продолжал допрос ведун.
— Клятва.
— Ого! — уже заинтересованно произнес представитель местной власти и, миновав Ладу, которая стояла следом за наемником, подошел к Воронцову.
— Назовитесь!
— Константин Андреевич Воронцов, — с легкой улыбкой, наблюдая, как расширяются глаза ведуна, спокойно произнес бывший детектив. — Представьтесь.
— Ефим, — склонился в вежливом, но не подобострастном поклоне, ведун. — Рад приветствовать вас в нашем городе, Ваше сиятельство.
— Я тоже рад, наконец, попасть в него. Путешествие было долгим и не очень спокойным, и мне хотелось бы добраться до ближайшей приличной гостиницы.
— Мы вас не задержим, сейчас только проверим вашу спутницу и выдадим подорожные грамоты. Но если вы задержитесь, лучше получить личинную, стоит это недорого, но избавит от неприятностей.
— Благодарю. Меня уже просветили, Ефим.
Ведун кивнул и направился к Ладе, там тоже все прошло без всяких проблем, и уже через три минуты у них с Калининой оказались на руках временные документы.
— Быстро управились, — забираясь в кабину, подвел итог проверки Константин. — А меня заверяли, что в вольных землях к благородным относятся без особого почтения.
— Ну, это касается всех спесивых баронов и графов, — поправил Подземник, — а вы все же боярин, так что, определенное почтение вам будет оказано. Не такое, как в вотчинах, но все же.
Константин задумчиво покрутил перстень на пальце.
— Юлия, — мысленно позвал он, — у меня к тебе вопрос — почему такое почтение именно к боярам?
Боярышня, которая, естественно, видела и слышала все, что происходило, ответила немедленно:
— Потому, Ваше сиятельство, что бояре, несмотря на распад империи, остались хранителями росской земли, в королевствах свои древние роды, но все вместе они поддерживают границу четвертого плана Астры, не давая тьме обрушиться на явь.
— Тогда потеря рода — это удар по всем?
— Да, за годы, что прошли с великой тьмы, исчезло шесть боярских родов, включая твой, и это сильно увеличило нагрузку на остальных. Возможно, гибель Воронцовых повлекло за собой возникновение спонтанных прорывов тьмы, черные ведуны нашли лазейку, которой раньше не было.
— Вполне логичное предположение, — задумчиво заметил Константин. — Это так же объясняет, почему бояре стараются, как можно сильнее усиливаться за счет добытых трофейщиками сфер тьмы, чем они сильнее, тем надежней защита. И чем меньше сфер уходит на сторону, тем им проще поддерживать общность.
— Куда едем? — вырвал его из мысленного диалога с Юлией Горд.
— План прежний — банк, управление градской стражи, нужно разрешение на оружие и личинная грамота, дальше гостиница. Думаю, на сегодня все.
— Ясно, тогда нам в самый центр.
Константин же изучал старый Тверд. Город был торговым, но некоторые особняки могли поспорить с теми, что он видел в разоренной столице империи. Сколько денег было вложено в эти красивые фасады с барельефами, в сады, фонтаны. Да, тут, в старом городе, жили богато, хвастаясь достатком.
Сильно изменился и транспорт, стали попадаться легковые машины. И не внедорожники, про который говорила Лада, а настоящие легковушки, напоминающие изящный транспорт первой половины двадцатого века, Что-то вроде здоровенных блестящих роллс-ройсов у совсем зажиточных, и мерседесов, хорьхов, опелей у людей попроще. Некоторые были открытыми кабриолетами, другие с полноценной крышей, но везде были стекла, никаких стальных щитков. Да оно и понятно, сомнительно, что на этих машинах разъезжали в пустошах. Так что, их фургон резко выделялся своими броневыми вставками среди всего этого великолепия. Люди, конечно, пальцем не тыкали, но провожали фургон пристальными взглядами.