Измена. Я отыграюсь! (СИ)

— Не страдаю.
— А история с цветами? Почему решила, что это он?
— А кто еще?
  
Глава 40
 
Глава 40
Стас вздохнул.
— Ну вот я и говорю, что еще от мыслей о нем не избавилась. Настолько, что тебя и к следующему шагу провоцировать пришлось.
— Та женщина в клубе?
— Конечно. Думал, теперь-то точно все получится… Я подойду, выбрав момент, и… Но ты предложила новую игру.
«Новую игру! Именно!»
— Я такая дура! — прохныкала я, судорожно соображая, как поступить дальше в свете всего сделанного и сказанного.
— Разве тебе вчера было плохо?
— Физически? Про физически врать не стану. Возможно, это был лучший секс в моей жизни. А вот что касается другого. Эти ребята…
— Я полагал, что тебе будет легче расслабиться, если начать с массажа. Ну и, раз мы все-таки играли… — тут он немного нервно хмыкнул. — Прости, но уж очень хотелось посмотреть на твою реакцию, когда я стал намекать тебе на возможный секс вчетвером.
— Посмотрел? Молодец.
Стас кивнул, затянулся, разом спалив сигарету до самого фильтра, и загасил бычок — с силой вжал его в стоявшую рядом на прикроватном столике пепельницу, в которой валялся еще и использованный презерватив, полный спермы… Значит Стасу опять было со мной очень хорошо… Как, впрочем, и мне с ним… Подумав об этом, я села, решительно отодвинулась к изножью кровати, прикрыв наготу кончиком все той же простыни, а после принялась объясняться:
— Ты прав, виноваты те долбаные цветы в багажнике и подаривший их мне муж-изменник, вдруг решивший, что должен вернуть меня себе. Я искала способ отвлечься. Им стал ты и, как следствие, новый раунд нашей, кажется несколько затянувшейся игры.
— Даже не знаю, как это расценивать: как хорошо или как плохо. С одной стороны, вроде хорошо, что именно во мне ты увидела отдушину. С другой… Ну как-то не очень греет, что я для тебя лишь она. Кстати, почему?
— Ты совсем не мужчина моей мечты, — загнула первый палец я, начиная перечислять… Потом поразмыслила и отогнула его обратно.
Стас следил за моими действиями очень внимательно. Так, будто ему все это и на самом деле было важно.
— И?
Я вздохнула:
— Просто вспомнилось, что, всякий раз, как мы схлестывались с тобой, я подчистую забывала все другое. Это… помогало.
— Как все было-то?
И сомнений не возникло — спрашивал он о Максиме и о том, что стало причиной нашего развода.
— Тупо. И банально. Пришла домой в неурочное время, а там он и эта его. Еще и скорую им пришлось вызывать.
— В смысле? — Стас задрал бровь. — Мне уже начинать за себя бояться? Что ты с ними сделала-то?
Я засмеялась невесело и пересказала ему всю диспозицию про застрявший член, неожиданно вскрывшуюся беременность любовницы Макса и, главное, про топор судьбы, который и стал причиной всего.
— В этом вся ты, — Стас не смеялся, но почему-то выглядел очень довольным. — Даже в такой ситуации сразу, с места, отыграться сумела. Думаю, с топором ты была неотразима.
— Да уж… — вяло откликнулась я и завозилась, собираясь вставать, но Стас торопливо потянулся и меня удержал:
 
— А если я тебе скажу, что те цветы подарил тебе я?
— Я не поверю. Я ж нашла ту лавку, где все было куплено, и продавщица описала мужчину, который за цветы и заплатил…
— Это был мой охранник Генка. Он… Он немного присматривал за тобой по моей просьбе. И видел твою встречу с бывшим мужем. Сначала даже рыпнулся, чтобы бежать тебя отбивать. Поздно ж было, а тут на лавочке какой-то тип, который явно тебя поджидает. Потом понял, узнал этого твоего… Мне доложил, ну и я… решил поднять тебе немного настроение. Но ты решила, что это муж, и я… не стал тебя разочаровывать. Прости.
— Погоди, — я выдернула руку из его захвата и все-таки поднялась, потянув за собой простыню, тем самым оставляя Стаса нагим. — Погоди! Ты хочешь сказать, что следил за мной⁈
— Не следил, Лен. Просто… присматривал, — он перекатился на живот, скрывая пах, и теперь смотрел просительно, снизу вверх. — Ты пойми, это не из-за того, что я лез в твою личную жизнь, хоть иногда мне этого и хотелось очень сильно. Дело в другом. Я не раз проявлял к твоей и без того яркой особе вполне определенный интерес. Ты присутствовала на том совещании с китайцами, после которого господин Лян к тебе с интересными предложениями сунулся…
— Ты и там следил за мной⁈
— Не следил! Да пойми ты! Это для твоей же безопасности! — Стас резко сел в кровати.
— Ну да, конечно… Сначала выслеживал самым паскудным образом. Даже не сам, а поручив это охраннику… Кстати, цветочки в багажник тоже он совал? Не отвечай, не поверю никогда, если скажешь, что ты лично сподобился. Ты — вон, только эротический массажик устроить горазд. И плевать, что обо мне после будут думать и болтать эти двое, с которыми ты меня, по сути, сексом заниматься вынудил… — Стас попытался возразить, протянул ко мне руку, но я отступила прочь, вздохнула и припечатала совсем уж печально: — И Новый год я проспала. Впервые с детсадовских времен проспала!
— Он через полчаса, если по Москве, — мрачно сказал Стас. Пальцы его дрожали, а потом он сжал кулак и опустил руку, так и не дождавшись ответного жеста с моей стороны. — Я как раз собирался будить тебя. Потому что, как Новый год встретишь…
— … так его и про@бёшь, — мрачно огрызнулась я и поискала глазами, во что бы одеться.
Ничего не нашлось, потому что ночь я провела в комнате Стаса, куда он меня переправил в одних только наручниках. Это рассмешило, и пришлось срочно убираться из бунгало. Бросив простыню на колени поникшему Стасу, я как была, обнаженной, сбежала по ступеням к океану, вошла в воду, вспенивая ее ногами, а после поплыла. Заре, блин, навстречу!
  
Глава 41
 
Глава 41
Между ног после вчерашних «упражнений» немного защипало, но улыбка все равно вползла на губы, и я тихо захрюкала в воду, все еще пытаясь прятать смех.
Стас повелся! Да, я сваляла дурака, заварив всю эту кашу с бильярдом, повела себя как девчонка-пацанка, выращенная отцом, без влияния матери, а потому привыкшая все вопросы с парнями решать «на кулачках», а не как взрослая и, черт меня побери, вполне привлекательная женщина, которой бы давно следовало научиться использовать совсем иные инструменты влияния на представителей противоположного пола. Да! Я сглупила! Но все же полной и окончательной дурой я никогда не была и кое-что тоже умела сделать так, чтобы добиться нужного мне результата. Не в личной жизни, в которой я, как распоследняя наивняша всегда поступала предельно честно и даже прямолинейно, а как в бизнесе, где все средства хороши.