Ловушка для Максимуса Клайда. Дилогия (СИ)
- Граждане террористы, вы ведь слышали, что президент Украины объявил всех жителей ДНР и ЛНР террористами? А раз слышали, то должны знать, что у нас в Украине разговор с террористами короткий. Гони монету и езжай дальше. Нет монеты – вылазь из автобуса и становись к стеночке, ха-ха-ха, - заржал военный. Его напарник при этом даже не улыбнулся, внимательно отслеживая реакцию пассажиров.
- Короче, с вас за проезд по тысяче гривен с носа. У кого денег нет, дальше пойдут пешком и голышом.
Он повернул голову к напарнику и спросил его:
- Сколько насчитал?
- Пятнадцать.
- Пять минут вам на сбор гривен, валютой тоже можно. С вас пятнадцать тысяч.
Тут его взгляд остановился на мне. Я сидел впереди, занимая практически оба передних места. На любом другом, кроме заднего сидения я бы не поместился.
- Ты, - сказал он, упирая свой указательный палец мне в грудь, - вылезай, ты тоже дальше не поедешь.
- Но, я заплачу, - сделав испуганное лицо, сказал я плаксивым голосом, - у меня есть деньги.
- Это хорошо, что у тебя есть деньги, - засмеялся он, и скомандовал мне, - давай, Жирный, вставай, выходи из автобуса.
Я подчинился, понимая, что в условиях ограниченного пространства я против них бессилен. Даже, если я уложу этих двоих, остальные могут успеть открыть огонь, а свою защиту на весь автобус я растянуть не смогу.
Когда я вышел из автобуса, кто-то из бойцов сострил:
- Смотри Петро, видишь этого жирдяя, теперь нам голод не грозит, я имею в виду сексуальный голод, конечно.
Бойцы заржали, а один из них шагнул ко мне и с размаху воткнул прямо в живот дуло автомата. Ну, то есть попытался воткнуть, но у него ничего не получилось. Моя защита сработала, и автомат увело в сторону. Бандит, а как его можно было ещё называть, после столь открытой демонстрации своих недоброжелательных намерений, был вынужден шагнуть вслед за автоматом, чтобы удержаться на ногах. Я решил, что увиденного и услышанного вполне достаточно, чтобы не разводить с ними политесы, и перешёл на ускоренный режим восприятия и движения. Голова бандита, пытавшегося ударить меня, как раз в это время медленно проплывала мимо, и я ударил его сверху вниз по шее локтем согнутой руки. Раздался хруст сломанных позвонков и вслед за этим в воздухе появился запах фекалий.
Света от горящих фар и светильников в салоне автобуса вполне хватало, чтобы видеть каждого бандита. Все они сгрудились рядом с открытой дверью, так что бегать за ними не пришлось.
Я решил не баловать бандитов особым разнообразием ударов. Если бандит стоял лицом ко мне, то я просто стукал его по лбу открытой ладонью. Голова после такого удара резко откидывалась назад, после чего жизнь покидала это тело. Если бить ладонью мне было неудобно, тогда бил по гортани. Последнему просто свернул голову, сломав шейные позвонки. Работал обеими руками.
Одного бандита, разговаривающего с водителем, я не стал убивать, а подчинил его вместе с водителем магией, заставив их стоять на месте и ждать моих команд. После этого, я вышел из ускоренного режима и огляделся. Мне повезло, бандитов было всего семь человек, и никто из них не ожидал нападения, тем более от такого увальня, как я. Никто не успел воспользоваться своим оружием, они были уверены в своей безнаказанности и поплатились за это своими жизнями.
Сначала я вернул водителя на место и заставил его завести мотор и ожидать меня. Потом я отвёл бандита в сторону, чтобы нас не было слышно и провёл блиц допрос, из которого выяснилось, что это разведгруппа украинцев, возвращавшаяся с задания и решившая слегка разжиться баблом. Они накидали на дорогу несколько молодых деревьев и сверху навалили веток. А тут и мы подъехали. Не повезло им.
Вообще-то это называется вооружённым разбоем. Я заставил бандита расчистить дорогу и собрать все оружие и какие есть деньги. Затем стер из его памяти все события этого часа и усыпил. Через 15 минут, когда он очнётся, то сможет идти на все четыре стороны, раз родился в рубашке. Но наказать его, я все ж наказал. Я поставил в его мозгу ментальный блок, не позволяющий ему брать в руки оружие, не говоря уж о том, чтобы стрелять из него. Иначе говоря, я сделал его пацифистом.
Потом мы с водителем, погрузили все собранное оружие в отдельный багажный отсек автобуса и тронулись дальше. Деньги, собранные с бандитов я забрал себе. В общей сложности около тридцати тысяч гривен. По всей вероятности, это был их сегодняшний сбор. Не так уж много, на семерых-то.
***
Не успели отъехать, как какой-то любопытный дедок пристал ко мне с вопросами:
- А скажи-ка, сынку, тебя эти бандиты-то отпустили или ты откупился?
- Откупился, батько, - ответил я, - всё, что было, всё им отдал.
- А потом что? Почему они с нас деньги не стали собирать, как грозились?
- Так к ним военный какой-то прибежал, видать старшой их, и с матом погнал их куда-то, а дорогу мы с водителем расчистили.
- А багажный отсек вы почто открывали?
- Водитель проверял, всё ли на месте.
- И как? Ничего не пропало?
- Водитель сказал, что всё на месте.
- Ага, ага. На тогда, ладно. А ты до Донецка едешь?
- Да, батько.
Дедок вернулся на своё место, а ко мне поближе перебралась какая-то тётка, неопределённого возраста. Ей могло быть тридцать лет, а могло быть и все пятьдесят. Голова покрыта шерстяным платком, закрывающим часть лица, сама в каком-то старом, засаленном пуховике. Но лицо было чистым, лоб высокий, взор ясный, морщин не наблюдается. Вряд ли ей больше тридцатника, изменил я своё первоначальное мнение.
- Меня Александрой зовут, - сказала она мне, улыбнувшись.
- Очень приятно, а меня Максимом, - ответил я.
- А мне из окна все было хорошо видно, - сказала она.
- И что?
- Ты в армии служил?
- Служил, - ответил я и нисколько не соврал. Ну и что, что служил на другой планете, служил ведь, хоть и давно это было, но как сегодня выяснилось, прежние навыки никуда не делись, сработали как надо, даже будучи в чужом теле. Хотя, какое оно чужое. Сроднился уж с ним за эту неделю.
- Домой едешь?
Только тут до меня дошло, что говорим мы с ней на мове.
- Нет, работу ищу.
- Так в Донецке ты работы не найдёшь. Хорошо оплачиваемую, я имею в виду. Ты кто по профессии?
- Повар, - ответил я, и опять не соврал. Был в моей жизни период, когда я увлекался кулинарией. Собрал в своей памяти все по этому делу, до чего только мог дотянуться. Время от времени устраивал для себя и своих друзей праздник живота.
- Я почему-то так и подумала. Все повара такие представительные мужчины. Я тут как-то американский боевик смотрела с корабельным поваром в главной роли. Он там очень лихо с кухонным ножичком управлялся, и целый корабль от террористов освободил. Так вот ты мне его чем-то напомнил. И двигаешься также, я бы сказала грациозно.
Александра пригнулась ко мне, и доверительно глядя мне в глаза, сказала:
- Я моргнуть не успела, а бандиты все уже лежат. Смотрю, а ты с водителем разговариваешь. А в багажный отсек вы с водителем оружие погрузили, которое с бандитов сняли, так ведь?
Я кивнул.
- Слушай, Максим, - продолжала шептать мне почти на ухо Александра, - у меня для тебя постоянной работы нет, к сожалению, но я предлагаю тебе подработать. Я торгую на рынке всяким барахлом, привожу в основном женский трикотаж. Одной очень тяжело. Побудешь у меня помощником, а заодно и грузчиком, и охранником. Обычно, я неделю другую торгую, после опять за товаром уезжаю. Соглашайся, с недельку поработаешь у меня, а там сориентируешься, что там да как.
- А вы где торгуете-то? Я имею в виду, в каком городе?
- Так в Донецке же.
- Я слышал, там обстрелы бывают.
- Это, да. Иногда бывает. Тут уж как повезёт.
- Мне нужно подумать. Я вообще-то хотел сразу в Мариуполь ехать.
- Мариуполь не в составе ДНР, он в Украине.
- И что?
- Да, ничего, в общем-то. У тебя паспорт есть?