Мои (не) роботы (СИ)
– Вот здесь.
Теперь оставалось только активировать свой инфотаб, который на Ариньоне заменял все – ленту сплетен и слухов, витрины самых модных магазинов, платежные системы и даже давал доступ к настройкам купленных синтов. Сделав это, поднесла мерцающий серебристым светом экран к документу, и на том вспыхнула моя подпись – тери Джульетт из рода Руан.
Вот и все, моя первая покупка состоялась. Дальше – транспортировать его в новый дом, дождаться из клиники Ба, и с новыми силами налаживать светскую жизнь. Не сказала бы, что последнее меня привлекало, но... У меня была безумная цель, которой меня заразил еще более безумный дедушка. А потом исчез, оставляя после себя лишь вопросы.
– Это все? – я дождалась, когда экран погаснет, но отступить от стола не успела.
Пол покачнулся. Раздался грохот, будто где-то рядом метеорит только что истребил земных динозавров, а я едва смогла устоять на ногах. Блондин с легкостью откинул в сторону разделяющий нас стол и за долю секунды повалил меня на пол, закрывая собой. А потом на его спину приземлился чудовищного размера обломок потолка, погружая кабинет в пыльное марево.
Да, не так я себе представляла шоппинг по Ариньонским меркам, ох не так!
Сквозь дыру в потолке я смогла различить очертания чего-то большого, отливающего сталью, а еще осколки бледно-розового неба, которое к ночи окрасится в насыщенный фиолетовый оттенок. Кажется, это огромное нечто и протаранило крышу, обрушив ее на нас.
Едва откашлявшись, я пробормотала, все так же лежа на полу:
– Что случилось?
– Автопилот омнакара вышел из строя, – спокойный голос блондина прорезал незначительное пространство между нами. – Он потерял управление и упал на крышу.
Странно. Ведь говорят, что автопилоты безопасны на сто процентов. А выходит, врут как дышат.
– Скорее уж нам на голову. Ты в порядке?
Простой вопрос вызвал на лице мужчины недоумение.
– В порядке, тери?
– У тебя ничего не болит? – пояснила я. – Кажется, тебе досталось.
У меня вот не болело, хотя я должна была как минимум удариться затылком о каменный пол. Или все же ударилась, но пока не чувствовала и отголосков боли? Может шок? Стоило об этом подумать, как пришло осознание – моему затылку было очень даже комфортно. Блондин при падении подставил для удара свою ладонь и теперь со стороны могло показаться, что мы замерли на полу в объятиях друг друга. Потому что я тоже вцепилась мертвой хваткой в алую эластичную ткань его мундира.
– У меня не может ничего болеть, – ответил он. Но вот с места не сдвинулся, а я поняла, что и сама двигаться не хотела.
Вот так, оказавшись в непосредственной близости от сильного твердого тела, меня стало одолевать желание, смешанное с любопытством. И даже мысль, что момент неподходящий, не спасла.
И губы. Близко. Даже слишком. Будто стоит вздохнуть и между нами случится поцелуй.
Но я смогла разжать одеревенелые пальцы, однако... рука замерла на его твердой груди.
– Сердце, – я сглотнула, пытаясь сформулировать мысль. – Оно бьется.
Еще и с такой силой! Сотрясает вибрацией мою ладонь, которой удивительно комфортно было касаться мужчины.
– Биосинтетическое, – его выдержке можно было только позавидовать. – Да, бьется.
Слабо улыбнувшись, я провела рукой выше. Приятная на ощупь алая ткань заскользила под моей ладонью, будто ощущениями напоминая, что он не мой, и никогда моим не будет. Но в противовес этому во рту пересохло, толкая продолжать это волнующее исследование, тем более, что блондин явно был не против. Лишь немигающим взором наблюдал, все так же нависая сверху. И все так же слишком близко...
Наконец я достигла его шеи, почувствовала бархатистую теплую кожу, а еще биение сонной артерии под пальцами. Тук-тук-тук, будто вторив ударам моего сердца.
– Удивительно, – одним словом, сорвавшемся с пересохших губ, я попыталась высказать все мысли, которые роились в голове.
От него даже ощущался слабый аромат моря, соли и прогретых на солнце камней. Такой приятный и волнующий, что я тихо боялась прерывать этот момент, хоть и понимала, что это неизбежно.
– Вы в курсе, тери, что сейчас прикасаетесь к неприкасаемому ее величества?
Так и подмывало спросить, а ты что, против? Особо сопротивляющимся не выглядишь, вот даже в глазах мне чудится лукавый огонек. Что там в древней земной книге говорилось про запретный плод? Ох, от одного вида этого “плода” на языке ощущался легкий сладкий привкус. А уж если откусить?..
– И что мне за это будет? – попробовала я пошутить.
– От меня ничего. А ее величество не любит, когда трогают ее собственность.
– Собственность... – теперь сладость пропала, уступая место горечи. – Как тебя зовут?
Блондин ответил все тем же ровным голосом:
– У нас нет имен, тери.
– А как ее величество к тебе обращается?
– Я один из высшей десятки, поэтому по номеру – Шестой. Модель СТ-343.
Опять сплошь буквы и цифры, чтоб их! И спрашивается, зачем? Может, чтобы не награждать синтов индивидуальностью? И лишний раз подчеркивать, какая пропасть между ними и приличными тери из Ариньонского общества?
Но я, честно говоря, приличной себя не считала.
– Сэт, значит, – я улыбнулась. – По-моему, тебе это имя подходит больше, чем какой-то там номер.
– Сэт? – так, кажется, в его голове что-то сломалось. По крайней мере взгляд голубых глаз выражал легкую степень удивления, что на фоне общей безэмоциональности было сродни чуду.
– Так что, Сэт, долго еще ты будешь на мне лежать?
Он будто одумался, едва услышал мои слова. Поднял голову и принялся оценивающе оглядывать каменные руины.
– Мы провели в этом положении минуту и сорок семь секунд, тери. Этого хватило, чтобы удостовериться, что новых обрушений перекрытия не последует.
И встал, с легкостью подняв вслед за собой меня. Отряхнув платье от пыли, я услышала испуганное причитание Мальди. Ну, с ней все в порядке, а вот...
Вспомнив о своей покупке, я схватила из рук Сэта свой инфотаб, который он поднял с пола и поспешила к Касу. Хоть бы в зале для продаж все было в порядке!
Мне повезло, Мальди тоже. Однако заклинившую в зал дверь Сэту пришлось выбивать плечом, что получилось у него с первого раза. Оставалось лишь восхищаться мощью этого шикарного представителя сильного пола. И сокрушаться от его холодности и практически неизменной маски вежливого безразличия на лице.
Практически...
Были моменты, когда я напрочь забывала, что имела дело с синтом. И эти моменты мне нравились.
Но стоило мне вступить в зал, как по велению моего сопровождающего остальные неприкасаемые расступились, пропуская к Мальдиве. Завидев меня, девушка вскрикнула, подбежала и сжала плечи с такой силой, будто грозила задушить своим напором.
– Они меня не пускали, представляешь?! – причитала она, заглядывая в глаза. А потом бросила холодный взгляд в сторону мужчин.
– Была угроза обрушения перекрытий, тери, – спокойно отозвался один из них. – Все в рамках протокола безопасности.
Честно говоря, тут я с ними была согласна. Чем бы в данном случае помогла напуганная до чертиков девушка? Пыль бы с меня сдувала? Нет, она бы только мешала.
– У вас все хорошо? – поспешила я прервать ее стенания.
– У вас? Ты хотела сказать, у меня?
Ну как бы нет. Что хотела, то и сказала. Но беглый взгляд в сторону Каса, все так же мирно спящего под надежной защитой прозрачных стен капсулы дал мне понять, что с мужчиной не случилось ничего страшного. Панель управления все так же светилась мерным зеленым светом.
Сзади раздался властный голос Сэта:
– Проведите диагностику омникара и вышедшего из строя автопилота. О результатах доложите мне.
– Сделаем.
– Ох, милая, ты вся в пыли, – она со страдальческим выражением на миловидном личике разглядывала меня. – Срочно приведи себя в порядок. А я так надеялась, что мы с тобой погуляем в садах ее величества.