Зажигая звезды: Небесные Врата (СИ)

Захохотав от приятного чувства текущей силы, я рубанул воду мечом из молний, увеличивая его до десятиметровой длины. Атакующие меня Одарённые только усмехнулись, думая, что это всё бессмысленно, но только на секунду. Меч стал раздуваться, превратившись в огромный шар, а потом взорвался!
Наполненный Астральной энергией взрыв получился таким, что смог уплотнить даже воду! От него во все стороны пошла ударная волна, перемалывая всё живое. Кубометров пятьдесят океана на месте взрыва испарилось, превратившись в перегретый пар, и большая сфера пара рванула вверх, расширяясь и распадаясь на более мелкие. В одну из них попал нырнувший за мной Одарённый, беззвучно заорал, и с него буквально на глазах стала слезать сварившаяся и покрывшаяся волдырями кожа.
Я поплыл ко второму, тот сумел защититься от ударной волны и не попасть в пузырь с горячим паром. Он взмахнул руками, и между нами появилась водяная линза, которая должна была защитить противника. Одновременно он создал сотни водяных лезвий, что невидимыми рыбками ринулись ко мне и стали жалить броню, пытаясь её пробить. Но только и смогли, что испаряться при соприкосновении. Разрубив линзу мечом, превратил его в хлыст и ударил им Одарённого. Тот дёрнулся, его скрутило судорогой, и сознание покинуло его.
Хотелось добить их, но пока нельзя. Захватив двух потерявших сознание противников, я стал быстро всплывать. Благо, ни мне, ни им кессонная болезнь не грозила. У самой поверхности скинул их, вылетел из коды и полетел к носу фрегата.
А там уже целая куча мала дралась! Без использования даров, просто врукопашную били друг другу морды. Я не успел разобраться, что там с кем дрался — какой-то стоящий отдельной Одарённый выскочил и обрушил на меня свои техники. Ветер взвыл, спрессовался, вокруг меня закрутился настоящий торнадо, такой мощный, что мог бы железо рвать как бумагу. От него стали отделяться воздушные лезвия, чела туча, полетела к центру торнадо, где был я. Град лезвий обрушился на громовой доспех, но только со злым шипением исчезали, разбившись.
— А вот тебе от меня!
Махнул мечом, прорубая бок торнадо. Меч удлинился и ударил по воздушнику, срезая ему руки и пуская молнию в грудь. Тот только успел охнуть и, оставив обрубки в каплях крови, покатился по палубе без сознания.
Торнадо развеялся, а я опустился на палубу корабля. Драка как-то затихла, позволяя рассмотреть подробности. Как и я думал, команда Российской Империи дралась со штатовцами и британцами. Удивительно, но им помогали Одарённые из Африканского союза. А вот Франко-германцы и испанцы остались в стороне, просто наблюдая и не вмешиваясь.
— Лейтенант, ты в порядке⁈ — крикнул Рушкников, глядя на шатовцев. Ему разбили нос и оторвали карман, а в остальном, вроде, был в порядке.
— Нормально. — я убрал броню с головы, показывая лицо.
— Ну что, может, начнём пользоваться мозгами⁈ — Крикнул Рушникорв, глядя на штатовцев и британцев.
— Ваш лейтенант на нас напала! — попытался отбрить его Стингер. Он вырастил себе что-то типа гнезда из камня, на котором сейчас левитировал над палубой.
— Что-то я не видел такого. Первый удар был нанесён вами!
— Она напала на графа Винчестера! Что это, как не первая атака⁈
— Да ну⁈ Что-то я не помню, чтоб мы хоть как-то выяснили, что произошло!
Пока они собачились, сам этот самый Винчестер скромно стоял за спинами штатовцев, слегка косясь на всё ещё валявшегося без сознания воздушника. Вокруг того уже образовалась лужа крови, вытекающая из культей рук.
— Все заткнулись! — вдруг гаркнула африканка, что сбила с ног одного из британцев и стояла на нём. — Если будем и дальше только драться, то поубиваем друг друга и всё!
— Ладно. — Стингер зло посмотрел на неё, на Рушникова, на меня и отлетел в своём гнезде назад.
Обе группы дерущихся разошлись, отряхиваясь, вытирая кровь и поправляя порванную одежду.
— Сестра. — африканка обратилась ко мне. — Расскажи, что произошло.
А колоритная дамочка! Я её ещё на совещании заметил. Здоровенная, больше двух метров ростом, накачанная что Ронни Коулман в лучшие свои годы, в одно какой-то набедренной повязке. Я сначала принял её за мужика, но нет, голос у неё был вполне себе женский.
 
— Я была у себя в каюте, когда этот ублюдок. — я показал пальцем на Винчестера. — завалился туда со своими дружками и заявил, что я его должна удовлетворить. Я им ответила, чтоб убирались из каюты. В ответ он приказал дружкам держать меня, пока он будет насиловать. Мне это совсем не понравилось, я слегка побила его свиту, а его самого выкинула за борт, чтоб охладился.
— Враньё! — завизжал Дион. — Она всё врёт! Мы мимо проходили, а она на нас напала!
— Его дружки ещё должны лежать в моей каюте, если никто не убрал. Идите да посмотрите. — я презрительно посмотрел на Винчестера и сплюнул.
— Нанг, Синка, пойдите в её каюту и посмотрите. Если там кто-то будет — приведите сюда. — скомандовала негритянка.
Кивнув, двое африканцев побежали внутрь корабля. Все остальные стояли со странным выражением лиц, будто не понимали, где и зачем оказались. Через полминуты негры вернулись, таща за собой избитых дружков штатовца.
— Они были там, где и сказала белая сестра! — сообщили они. — Валялись в её каюте!
— Она их туда затащила перед этим! — заорал Винчестер. — И меня тоже!
— Да заткнись ты уже! — зло посмотрел на него Стингер.
— Что⁈ Я расскажу отцу, что ты меня оскорблял!
— Да хоть деду! Пшел вон в свою каюту и чтоб не показывался оттуда до точки высадки! — безногий, казалось, сейчас ударит придурка, но сдержался.
Дион посмотрел на всех вокруг, понял, что никто его не хочет поддерживать, и ушел, бормоча себе под нос проклятия. А Стингер повернулся в мою сторону.
— Прошу прощения, лейтенант! В начале всё это выглядело довольно сомнительно, вы же его выбросили за борт, я обязан защищать своих людей… Но раз всё так, то я должен просить вас простить его и нас! Это недоразумение, которое, я клянусь, больше не повторится! Мы же делаем общее дело! Ссоры и столкновения будут наруку только нашим врагам.
Я хмыкнул, понимая подтекст. Типа он ошибся и вообще хороший парень, ведь он защищает своих. А если я захочу Винчестеру яйца оторвать, то я буду плохой, ведь общее дело и всё такое.
— Конечно. — мне ничего не оставалось, как согласиться.
— Хорошо. Генерал, надеюсь, конфликт между нами исчерпан. — штатовец посмотрел на Рушникова.
— В немалой степени. — тот даже улыбнулся, хотя было видно, что с гораздо большим желанием он бы безногому ломом по голове дал.
— Тогда займёмся ранеными.
Тут нельзя было не согласиться, всё же впереди ещё Южный континент. В немалой степени поэтому я никого не убивал, только слегка бил. Выловив двух водных Одарённых из океана, отнёс их в лазарет, к целителям. Их было сразу пять, все оранжевого ранга. Посомневавшись, решил помочь им. Раненые должны через полтора-два дня быть в строю и полными сил, а не развалинами. Так что всю ночь я провёл в лазарете, восстанавливая, сращивая конечности и регенерируя всем желающим отсутствующие части тел.
Утром выполз оттуда, глотнул свежего морского воздуха пошел в столовую.
— Доброе утро. — ко мне подсела мощная негритянка.
— Привет. — проглотив недожеванный кусок, кивнул ей. — Спасибо за помощь!
— Та не за что. — она махнула рукой. — В Африке все знают, что надо друг другу помогать. Только вместе мы сможем дать отпор любому врагу. Так что я не могла бросить твоих, когда против них были и штатовцы, и британцы. Кстати, я Мбонга.
— Лиза. — хмыкнул. — И мне нравятся твои мысли!
— Мне тоже! Ха-ха-ха!
Да уж, она гораздо приятнее, чем кажется на первый взгляд.
После завтрака я пошел к себе в каюту, покультивировать, чтоб восстановить форму, а ночью вернулся в лазарет и долечивал раненых.
Следующим утром мы уже были почти на месте. Пароли, выведанные штатовцами, сработали без проблем, нас спокойно пропустили к Гуаякилю. Впереди, в порту, чувствовалась мощная концентрация Одарённых, так что простой прогулки не предполагалось.