Неисполненные желания (СИ)
Вот ведь как бывает в жизни.
Вздыхая, достаю доверенные мне кольца.
Что ж, будь счастлива, герцогиня, будь счастлива моя девочка.
Глава 32
Только будь, пожалуйста, сильнее всякой лжи.
Только будь, пожалуйста, сильнее всякой боли.
В жизни всякие, поверь, есть рубежи.
Только будь… такой, как есть, — сама собою.
Такое мне даже и не снилось, не говоря уже про список желаний. Это трепетный, сокровенный, волнующий восторг, который я навечно сохраню в своём сердце, который позже перейдёт со мной в вечность и моё счастье, которое я испытываю в этот день — будет витать где-то там, среди звёзд. Это состояние невозможно передать словами, когда, замирая и сладко сжимаясь, душа поёт свою песнь. Глядя на мужчину, который ждёт меня под аркой, увитой белоснежными цветами, я даже не сомневаюсь, что я там, где должна быть. Я иду к нему босиком по тёплому песку в лёгком белом платье, которое развевается вместе с волосами, я сжимаю маленький белый букетик и вижу только его глаза, глаза моего будущего мужа, любви всей моей жизни. Сегодня нет места ни для каких проблем. Сегодня есть только я и он.
— Если бы мне дали возможность переписать свою жизнь, я бы не изменил ни дня, лишь бы только наша встреча состоялась в тот судьбоносный день, когда я тебя увидел и мой мир заиграл яркими красками и я, наконец, вздохнул полной грудью, влюбляясь в тебя каждую последующую секунду. Мне выпало счастье, любить самую прекрасную женщину в этой части вселенной, я больше не представляю своей жизни без тебя, Эвелин, я завидую сам себе и восторгаюсь подарком, который преподнесла мне судьба. Готова ли ты стать моей законной супругой? — взяв меня за руку, после вступительной речи мирового судьи, произнёс Джордж. А говорил, что его клятва будет короткой. Но слушая его, я успела расчувствоваться, поэтому без слёз счастья не обошлось. Было бы легче, если бы ещё и Джесс рядом не всхлипывала, а так боюсь её примеру даже моя ба последует.
— Если бы за возможность сказать тебе «да» требовалось пробежать по горящим углям — я бы пробежала три круга. Мне даже кажется, что это моя любовь к тебе выкатывает по утрам солнце. Я люблю самого невероятного мужчину и готова кричать об этом на каждом углу. Я с готовностью отдаю тебе свою душу, своё сердце и своё тело, я держу тебя в своих мыслях и принимаю тебя в супруги, потому что желаю тебя, больше жизни, — ответила я, протягивая ему дрожащую от волнения руку.
Но руки дрожат почему-то не только у меня. Они вздрагивают у Кирана, который протягивает кольца Джорджу. У самого Джорджа, когда он надевает мне на палец обручальное кольцо. И само собой у Джесс, у самой эмоциональной подружки невесты.
Самая собранная и ответственная, по-моему, это Эмма, которая по моей просьбе ведёт сьёмку, снимая нас с разных ракурсов. Даже ба, эта хмурая белая чайка хлопает покрасневшими глазами.
Джордж всё-таки достал эти церемониальные ракушки, поэтому наше шампанское пахнет океаном. Я жмусь к своему уже теперь мужу, но всё равно пребываю в какой-то восторженной прострации, улыбаюсь, но плохо понимаю, что говорят окружающие нас люди, их слова поздравлений и напутствий. Дед тоже прилетел, держится подальше от ба, и улучив момент заключает меня в объятья, не говоря ни слова. Слова тут и правда не нужны.
Кажется, от эмоций я потеряла дар речи, я смеюсь и плачу одновременно, я до невозможности счастлива, я до невозможности люблю.
Я растворяюсь в его объятьях, когда мы остаёмся на берегу одни. Только он, я, вздыхающий океан, тёплый бриз и моргающие звёзды. Этой ночью, плед, брошенный на песок — наше брачное ложе. Берег — его спальня, океан — моя. Мы не спешим, пропечатывая любовью каждую клеточку и поцелуем каждый сантиметр кожи. Я хочу принадлежать ему полностью, я отдала себя ему полностью, и он за это вознаградил меня затмевающим сознание удовольствием. Наши стоны глушит шум набегающих волн, а страсть поднимает градус воды. Шепотом перебраны все нежности и окончательно склеены края наших душ. Теперь мы неделимое целое и ему от меня никуда не деться. Этой ночью время ради нас специально раздвинуло свои границы, чтобы мы смогли насладиться друг другом до полного счастливого истощения. Поэтому весь обратный полёт домой я беспробудно проспала. И Джордж, кстати тоже, вымотался мой бедняжечка.
…Сиэтл вернул нас к действительности. Понедельники всегда резко включают реальность.
— Ты не хочешь, чтобы я поехала с тобой? — сегодня у Джорджа первая химия и он категорически отказывается, чтобы я составила ему компанию.
— Так будет лучше. Мне куда приятней, видеть возвращаясь твою улыбку, чем встревоженные глаза, пока ты будешь держать меня за руку целых два часа. Я большой мальчик, сам справлюсь. Вечером покажете, что вы там с Эммой за видео смонтировали, — двадцать пятый поцелуй на прощание и мой тяжёлый вздох, глядя на захлопнувшуюся дверь.
— Всё ведь будет хорошо, — не то утверждая, не то спрашивая, произносит Эмма, переключая на себя моё внимание. — Пошли посмотришь кадры, когда я снимала плавающего Шмеля!
— Боже, ты его ещё и в океан затащила? Где он, кстати? Прячется?
— Неа, Джесс взяла его, чтобы делать вид, что она гуляет с собачкой, — хмыкнул ребёнок, хитро на меня покосившись. — Но кроме Шмеля она взяла с собой ещё и Кирана.
— Прекрасно, теперь я спокойна за безопасность Шмеля. А что ба?
— Её высочество ещё не спускались. Она ведь к нам не навсегда перебралась? — в ужасе округлила глаза Эмма. — Она меня пугает. И Шмеля тоже. Твоя бабка всех пугает!
— Ой, да перестаньте, она милейшая старушка. Просто Маргарет захотелось погостить у нас пару дней, — я сама была в шоке, когда ба заявила мне о своём решении. Подозреваю, она решила лично убедиться, что её теория о моей беременности верна. Так что ждём ещё два дня и делаем тест. Хотя, с другой стороны, ба встряхнёт атмосферу, и никто уже не будет заморачиваться на курсе химеотерапии Джорджа, когда тут по дому будет расхаживать этот генерал в юбке.
— Ах вот вы где! — она обнаружила нас через два часа в спальне Эммы. — Эвелин, ты сегодня дышала свежим воздухом?
— Нет, ещё не выходила. Хочешь посмотреть видео со свадьбы? Будешь нашим первым зрителем, — но судя по этой изогнутой брови, чувствую, что сейчас меня возьмут за руку и отведут на кухню, напоят соком, а потом отправят гулять. А затем заставят плотно пообедать и уложат вздремнуть. Боже, хоть бы ей не пришло в голову остаться здесь на целых девять месяцев!
— Надеюсь, ты хотя бы нормально позавтракала? — ну вот, я же говорила.
— Ба, всё хорошо, расслабься.
— Это никуда не годится. Видео я посмотрю вечером вместе со всеми. Сейчас я спущусь и выясню у вашей домработницы, что она собралась готовить на обед, а потом мы пойдём дышать свежим воздухом. И никаких капризов, Эвелин!
И ничего не поделаешь, пришлось идти гулять, а затем обедать, а потом оставив ба на растерзание Эммы и Шмеля, я удрала немного к себе поработать. Правда через двадцать минут меня отыскала Джесс, и вся работа пошла коту под хвост.
— Судя по твоим напухшим губам, вы с Кираном даром времени не теряете, — подмигнула я ей. — Ты с ним иногда хоть разговаривай, ему это тоже нравится.
— Ох, Ава, я увлеклась не на шутку. Как мне удержать этого парня?
— Главное не перестарайся, — смеюсь я, понимая, что бедный Киран уже зажат в угол и что от любви Джесс живым ещё никто не уходил.
— Когда Джордж должен вернуться?
— Скоро, — вздыхаю я. — Вначале последствия могут не проявляться, а вот потом будет хуже.
— Как ты это выдержишь? — шепчет Джесс, качая головой. — Я бы с ума сошла. Я и так места себе не нахожу. Как только думаю о Джордже — реветь хочется.
— Я выдержу. Я должна.
Он вернулся слегка уставший, пытаясь улыбками прикрыть неважное самочувствие. Мы научились спрашивать друг друга взглядами, без слов. Слова не нужны, когда чувства перетекают друг в друга. Ему не хотелось говорить о больнице, не хотелось лишний раз упоминать о болезни. И каждый из нас принимал эти условия. Никто вслух тему химеотерапии не поднимал. Даже моя ба.