Хозяин (СИ)

Минут через десять, мама, уже поправив причёску и сняв домашнюю повязку с волос, принесла чай с печеньем.
— Селим, если вы голодны, я могу разогреть вам что-то посерьёзнее. Сегодня плов готовила, очень вкусный получился. А вы там, на востоке любите плов.
— Я люблю плов, только настоящий, — сказал он.
Мама сразу притихла. Ну конечно у неё плов не настоящий, а так по-быренькому.
— Ладно, не буду такое и предлагать, — наигранно засмеялась мама.
Она подала каждому чашку, села и мы все втроём с чашками чая в руках начали дружно дуть на горячий чай.
Селим подул не много, а потом поставил чашку на столик.
— Вкусный чай, спасибо, — сказал он и вежливо улыбнулся маме.
Она была так рада, что тут же чуть не закричала:
— Давайте я вам ещё налью.
Странная мама, неужели она не заметила, что он даже глотка не сделал.
— Ну, рассказывайте, — пыталась вытягивать беседу мама, — чем вы занимаетесь?
Она кидала испуганные взгляды то на меня, то на Селима. Да, поставила я её в неловкую ситуацию. Пусть теперь выкручивается. Хотела для меня жениха — вот он. Задавай вопросы. Получай ответы.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Я занимаюсь кое-каким бизнесом, но думаю, это вас мало заинтересует. Сегодня я пришел к вам, чтобы официально попросить руки вашей дочери. Я бы хотел жениться на Элизе.
Мама онемела. Посмотрела на меня. Я сделала вид безучастный, предоставляя ей самой решать.
— А… а… а вы давно встречаетесь с Элей? Она мне о вас ничего не рассказывала.
— Мы встречаемся недавно, но отношения наши довольно серьёзные. Как вы понимаете, я уже не мальчик и Элиза… я думаю, что нам нужно пожениться. Очень рассчитываю на ваше согласие. Это помогло бы Элизе принять правильное решение и выйти за меня замуж.
Мама как пугливый котенок, от неё толку не было никакого. В глазах я видела только удивление — почему до сих пор я не согласилась.
— Очень вы меня конечно ошарашили. Я всего чего угодно могла ожидать, но не такого. Ну, а ты что скажешь? — она тянула меня себе на подмогу.
— Я — думаю ещё, — коротко ответила я.
Селим снисходительно улыбнулся, встал.
— Мне пора. К сожалению, не могу задержаться дольше. Дела.
Какие у него дела, сейчас же вечер. Мама подскочила и побежала провожать его в прихожую. Я осталась сидеть.
А когда дверь за ним захлопнулась, мама снова вошла в гостиную и сказала:
— Я в шоке. Ты мне что-нибудь объяснишь?
— Если бы я сама знала.

  
20
 
С этого дня началось бесконечное мамино зудение мне в уши.
Селим как будто знал, что так будет и молчал, ничего не спрашивал. Предоставил маме возможность добить меня окончательно. А сам делал только то, что не могло не нравится — встречал меня с работы, дарил цветы, тянул в ресторан, мы ужинали, прогуливались по ночному городу и он отвозил меня домой.
Это однообразие в одно и то же время выполняло две функции, нравилось мне и обещало что-то ещё, чего могу достигнуть, только лишь выйдя за него замуж.
День за днём, вечер за вечером я приближалась к тому моменту, когда сама лично напомню ему о его предложении. И конечно, этот день настал.
Случилось это примерно через неделю после знакомства с мамой.
Весна уже буйствовала вовсю. Ароматы расцветших деревьев, превращали воздух в опьяняющий дурман, в котором желание любви преобладало и действовало исключительно для его выполнения. Всё во мне требовало этой любви. Тело, разум, сердце. Вся моя суть в едином порыве, оглушительно требовала любви.
Каждый день мы подъезжали к этому подъезду, прощались и я уходила, коря себя за то, что ничего не сделала, чтобы продвинуться дальше. Но и Селим не делает ничего. Своим бездействием как бы показывая, насколько всё зависит от меня.
Мы с Селимом сидели в машине, припаркованной возле моего подъезда. После ужина в ресторане хотелось чего-то ещё, а не просто прийти домой и до поздней ночи смотреть телевизор. Но Селим, уже не звал меня к себе в дом и даже в квартиру. Он как хитрый вор выжидал удачного момента, когда человек, которого он хочет обокрасть, сам предложит взять своё добро. Селим выжидает, а я это знаю.
 
Пару минут мы сидели в тишине. Недосказанность витает в воздухе. Я жду предложений, но они не поступают.
— Хороший вечер, — сказал Селим.
А я, по обыкновению, которое уже стало привычным, согласилась:
— Да, очень хороший.
Я взялась за ручку двери, потому что после слов о хорошем вечере, обычно выхожу из машины и медленно иду к подъезду. Но сегодня Селим остановил моё движение. Он положил ладонь мне на плечо и сказал:
— Подожди.
Я обернулась, глянула вопросительно, а он потянул меня к себе, я поддалась и приблизилась. Ещё не верилось в такой его порыв. Уже не надеялась, что когда-нибудь произойдет что-то подобное.
Так неожиданно и стремительно, я приблизилась к нему. Он обхватил ладонью мою голову, привлёк к себе и наши губы встретились. Сначала несмело, мягко. Только прикоснулись. А потом Селим надавил своими губами на мои, язык его проник мне в рот, захватил пространство, властно, непримиримо, прошелся по нёбу и зубам, и требовательно коснулся языка.
Не знаю, что мной двигало в этот момент, но я жадно откликнулась и показала эту свою жадность. Просто провались в желании поцелуя. Глубокого, страстного.
Мне хотелось показать, как я скучаю, как хочу этого и как несправедливо он лишает меня этих ласк.
Пальцы Селима оказались у меня на шее, скользнули к груди, придавили её и сжали. Стон удовольствия чуть не вырвался у меня из груди. Я хотела, чтобы Селим трогал меня, обнимал, проникал в меня. Я хотела этих грубоватых ласк. Они такие редкие, да и то что было раньше, ласками трудно назвать. А я хочу. Именно его хочу. Не могу от него отказаться только из-за того, что он был неласков и груб.
Если я ошибаюсь и пожалею об этом — пусть я пожалею, но не уйду, пока не разочаруюсь в нём полностью. А я — не разочаруюсь.
Наш поцелуй показался мне началом. Вот только теперь, началось что-то другое. Только теперь отношения вышли на новый уровень. С этого момента будет всё совсем по-другому. С первых секунд поцелуя я поверила что так и будет.
Он сжал меня в объятьях. Я прижалась, не хотела, чтобы это закончилось скоро. Это не должно кончаться. Его воздействие на меня обезоруживало и пугало. Не хотелось признаваться себе именно в эти минуты, что он делает так, как выгодно ему. Мне хотелось видеть в этом привязанность и любовь. И я видела.
Но что если всё не так?
Нет, не может быть. Он достаточно успешный, богатый и у него нет проблем с женщинами.
Или есть?
Всё это прямо во время поцелуя проносилось у меня в голове, даже не знаю зачем.
Если бы он не тянул так долго с поцелуем и не торопился так быстро на мне жениться, возможно тогда я думала бы иначе. Но сейчас, думаю именно так.
Он отстранился, посмотрел на меня. В полумраке машины, я смутилась. Этот прямой взгляд после нежного ласкового поцелуя, несколько обеспокоил меня.
Ясно, Селим сейчас что-то скажет. И то что он скажет, будет последним решением перед нашей свадьбой или окончательным нашим разрывом. Такой это был взгляд.
— Элиза, ты должна решить прямо сейчас, будешь ты моей женой или нет. Если нет, сейчас я уйду и никогда не вернусь. Никогда понимаешь?
И я представила, как это будет, представила все, что между нами было и решила не рисковать, не терять, а попробовать разобраться.
Я знала, что будет нелегко, возможно даже я пожалею когда-нибудь о принятом сегодня решении, но я не могу отказаться от этого, просто не могу.
 
— Понимаю, — произнесла я, и тоже отстранилась.
Села ровно на сидении и посмотрела вперёд.
— Ты можешь сказать мне сейчас, своё окончательное решение? — голос его ровный, успокаивающий.