Время разбрасывать камни (СИ)
— А будет она Ваня только в одном, попасть в сборную и лучше всего в качестве запасного, — хмыкнул он, — у нас даже за деньги эти места продают, поскольку делать ничего не нужно, зато платят командировочные и полно свободного времени для похода по магазинам.
— Для заработка на перепродаже?
— Да, будь он неладен, — зло бросил спортсмен, — мы отсюда в основном везём чёрную икру и фототехнику, продавая её там, а обратно везём джинсы, кроссовки, пластинки. То, что раскупается у фарцовщиков в любых объёмах, только привези.
— А как на это смотрит таможня?
— Когда как Иван, — скривился он, — если мы возвращаемся с победами, чаще всего им говорят сильно нас не трясти, но вот бывало, когда купленные товары за свои кровные, сэкономленные на еде доллары, у нас просто изымают. И хорошо ещё если срок за контрабанду не получишь, бывало и такое.
— Да уж, — тяжело вздохнул я. Поговорил называется, развеялся. После утренних новостей было тяжело на душе, теперь ещё и эти откровения.
— Вань, кстати, а у тебя же много значков было? — внезапно спросил он меня.
Я кивнул.
— Много раздал местным, но да, ещё полсумки примерно осталось.
— Сколько? — охнул он, — да мы всё что у нас было, уже давно обменяли с другими спортсменами, а у тебя такие сокровища без дела лежат?! Нужно делиться Иван!
— Польза-то хоть какая из этих обменов есть? — пожал я плечами, поскольку сам этой ерундой не занимался.
— Иван, что ты хочешь себе купить в магазине «Adidas»? — прямо спросил он.
— Кроссовки, но они дорогие, — с сожалением признался я.
— А девушке, что своей купить хотел?
— Думал джинсы, универсальный же подарок.
— Давай мне размеры, и свою сумку со значками, — он потёр ладошки, — остальное предоставь мне.
Я удивлённо посмотрел на него, но спорить не стал, мы вернулись ко мне, и я показал ему свою сумку, при виде которой у него загорелись глаза, и он забрал её у меня, сказав, что я не понимаю, какими сокровищами обладаю. Мне оставалось лишь пожать плечами и проводить его до двери.
Едва он ушёл, как в номер постучали и ко мне вошёл комитетчик, вопросительно на меня посмотрев.
— Денис гуляет, Ильич бухает, — кратко сказал я.
— В общем, надёжной связи нет товарищ Добряшов, — тихо сказал он, — поэтому вы можете либо сказать это мне, либо действовать по обстоятельствам.
Я задумался, и с сожалением ему ответил.
— У меня нет инструкций, делиться этим с кем-то ещё. Спасибо товарищ Жилин за помощь, придётся действительно самому.
Он серьёзно посмотрел на меня.
— А вы полны загадок Добряшов, — покачал он головой и вышел из комнаты.
Я же лёг на кровать почитать газеты и успокоиться. Утренние проблемы, плюс то, что рассказал сегодня Эдвин, заставили меня о многом задуматься. Я естественно решил всё перепроверить, но зная, сколько у меня недоброжелателей в Союзе, я теперь сильно сомневался, что мне что-то перепадёт из медалей и наград, похоже пора было рассчитывать только на самого себя.
— «Ладно, поживём-увидим, — решил я, — вечером Титов, и ночью придётся отправиться на дело».
Глава 2
Встреча с космонавтом прошла крайне душевно, я показал медали, он сфотографировался со мной и ними, но его вскоре забрали от меня другие спортсмены, желающие поговорить с человеком, которого лично пригласил себе во дворец президент Мексики. Помелькав как можно больше в клубе, я вскоре быстро покинул встречу и забежал к себе, порадовавшись, что не выкинул костюм, маску и гарроту. Не было времени проделать это всё безопасно, после увеличения количества полиции возле нашего дома, а тут гляди, всё это ещё на один раз пригодилось.
Связи с теми, кто поручил мне задание не было, что делать я не знал, поэтому решил сначала разведать обстановку. То, что мне нельзя встречаться с агентом было и дураку понятно, но вот понять, он предал сам или всё же провалился, было бы наверно нужно, чтобы меня не посчитали по возвращении полностью непригодным к подобным заданиям. Зная, кто настроен против меня в Первом главном управлении, давать ему поводы для сомнений было бы неправильно, наоборот нужно было поддерживать мою полную лояльность конторе и ему в том числе.
Выходил я из дома в яркой куртке и чёрных штанах, но как только сошёл с освещённой улицы, то снял и спрятал одежду в одном из подъездов, надеясь, что её не найдут, пока я гуляю, благо было уже темно, а местные не сильно любили гулять ночью.
До нужного дома я добрался быстро, гораздо больше времени ушло на то, чтобы по показанным мне окнам хозяйкой кафе, узнать номер квартиры и подняться туда. Там горел свет, слышался разговор, но слова я не мог разобрать. Понимая, что шансов выманить агентов из квартиры практически нет, нужно было только дождаться, когда они сами выйдут, а чтобы американцы не прошли мимо меня, я спустился вниз и испортил панель управления лифтом. Теперь он никуда уже не поедет.
Вернувшись наверх, я стал ждать. Немногочисленные местные жители, выходя из квартир по своим делам, ругались, что лифт не вызывается, некоторые спускались, но большая часть решала, что не так уж и хотела спуститься вниз. Часы тикали, время перевалило за два ночи, пока наконец замок в нужной мне двери с шумом не провернулся. Сначала оттуда выглянул человек, посмотрев, что кругом царит тишина, он спокойно выпрямился и поправил что-то на плече.
— «Оружие? — насторожился я».
— Тони, я за сигаретами и обратно, — услышал я слова на английском, и затем человек заперев дверь ключом, пошёл к лифту. Поняв, что он не работает, он матерно выругавшись, пошёл к лестнице.
Скользящая проволока скользнула мимо головы, и не успел он схватиться за шею, как его позвонки хрустнули. Каюсь, сделал я это больше от испуга, что он успеет достать оружие. Уложив тихо поддёргивающееся тело на пол, я проверил то место, которое он трогал, убедившись, что действительно там была кобура и имелся пистолет с двумя запасными обоймами. Утащив труп в сторону и уложив его на самом дальнем краю балкона, надеясь, что ночью его никто тут не заметит.
Закончив, я снова стал ждать. Терпения у его напарника хватило ненадолго, он через час открыл дверь и ворча на то, что вечно этого ган…а носит не понять где, второй американец вышел на лестницу. Его постигла ровно такая же судьба, как и первого, сломав и ему шею, я уже оба трупа занёс в квартиру, устроив их в ванной, потратив на это двадцать минут. Вначале у меня было желание разговорить их, но я просто побоялся, поскольку вспомнил уровень подготовки сотрудников КГБ, с которыми я успел столкнуться, и если тут будут такие же специалисты, то я проиграю им прямое столкновение, так что вместо допроса, пришлось проводить обыск в квартире с двумя трупами.
Очень скоро я нашёл записную книжку, где были проставлены дни, время наблюдение, а также загадочные «Объект-1» и «Объект-2». Вспомнив, когда я посещал кофейню я понял, что «Объект-2» — это я, а первый видимо это агент, с которым я должен был встретиться и вот тут у меня возник огромный вопрос. Американцы начали следить ровно за три дня до назначенной даты встречи, видимо не сомневаясь, что мы должны вскоре встретиться, а это вызывало ещё большие вопросы, откуда им об этом стало известно. Больше, ничего интересного кроме их паспортов и билетов не было, но такие улики я конечно же не стал трогать, поэтому покинув квартиру и заперев дверь, я взял с собой только записную книжку.
Вернувшись к заныканной в подъезде другого дома одежде, я с облегчением увидел, что её никто не тронул и переодевшись, лёгкой трусцой под лучами просыпающегося солнца, побежал в сторону дома отведённого для проживания советской делегации.
* * *В обед меня разбудила одна из хосстес, сказав, что ко мне внизу пришёл гость. Едва не обливаясь потом от волнения, я спустился, и с облегчением увидел хорошо одетого парня, с прямоугольным конвертом под мышкой. Я вздохнул свободнее и пошёл знакомиться, это действительно оказался знакомый Игоря Щёлокова, который принёс заветные пластинки ещё не вышедшего официально альбома Битлов.