Цеховик. Книга 10. За горизонт!
Дмитрий Ромов
Цеховик. Книга 10. За горизонт!
Дмитрий Ромов
Цеховик. Книга 10. За горизонт!
Эта история выдумана от начала до конца. Все события, описанные в ней являются плодом воображения. Все персонажи и названия, упоминаемые в книге, вымышлены. Любое совпадение имён, должностей или других деталей случайно и не имеет никакого отношения к реальным людям или событиям.
1. С ног на голову
Хотел бы я прожить жизнь сначала? Ох, ну и вопрос. Это смотря как жить. Сейчас бы я хотел только одного – покоя. Если честно, начинать заново, особенно когда ты молод и кое-что об этой жизни уже знаешь, здорово. Но за последние два дня я не спал, поучаствовал в двух перестрелках и двух потасовках, а ещё мои друзья оказались на грани жизни и смерти. Это если в двух словах. Ну и там с невестой кое-какие заморочки. Теперь уже с бывшей, кажется…
Так что, если придётся начинать опять, моя третья жизнь будет намного спокойней первых двух. И, надеюсь, безо всякой романтики. Если получится. Я уже говорил, да?
– Егор, ты что, правда спишь?! – доносится сверху голос Наташки, будто с небес.
Ох, какие мы сердитые… Может, я не хочу слышать того, что ты пытаешься мне сказать. Есть вещие, которые не нужно говорить, их либо понимают, либо нет. А слова иногда только всё портят.
– Нет, уже не сплю, – дёргаю я головой и открываю глаза.
Я как волк, минута сна и снова готов бежать вперёд, выслеживать, преследовать и грызть горячую плоть, перемалывая кости.
– Сейчас поедем.
Замороженная часть мозга начинает вибрировать, пытаясь оттаять. Я поднимаюсь и сажусь, откидываясь на спинку дивана. Слегка потягиваюсь и тру ладонями лицо.
– Саня, – окликаю я Какору, стоящего на часах. – Скажи Семёну, пусть Сергей Сергеича найдёт. Надо Наталью будет в Измайлово отвезти.
– Ага, – кивает тот. – Семён, приведи Сергеича.
– Меня не надо в Измайлово, – говорит Наташка и качает головой.
– Это почему? – хмурюсь я.
– Я тебе пытаюсь объяснить, а ты не слушаешь, – вздыхает она.
– Прости, отрубился… И, если честно, может, и не надо ничего говорить? Ты уезжаешь сегодня, да?
– Нет… – она смотрит удивлённо и даже немного обиженно. – Я не уезжаю. Я тебе, как раз и говорю, что я никуда не уезжаю. Наоборот. Я остаюсь. Я даже вещи уже к тебе перевезла сегодня днём. Всё. Мне не надо никакого месяца, я все решения приняла. Взвесила и приняла. Ну, если ты сам, конечно, не решил поменять меня на Еву. Или ещё на кого-нибудь.
– Чего? – у меня мозг вскипает.
Ага, только что был замёрзшим, а теперь вот кипит, пузырится.
– Я?!
– Ну, а кто? – пожимает она плечами. – Я видела, как она к тебе липла, когда вы танцевали. А ты… Ты так на меня глянул, что…
У неё снова глаза становятся влажными.
– Так глянул, будто холодом обдал. Словно на чужую. Будто мы не знакомы вообще или будто я тебе сделала что-то ужасное и ты теперь меня ненавидишь.
Она подносит к лицу руку и прикладывает запястье к глазам.
– Видишь ли… – начинаю я…
Блин… я даже не знаю что говорить. Как-то не очень я к этому приспособлен. Лучше я пойду каких-нибудь отморозков постреляю, чем… ну, всё вот это, в общем.
– А что твой староста? – всё-таки решаюсь я разрубить этот узел.
– Причём здесь староста? – удивляется она настолько естественно и натурально, что я даже начинаю сомневаться, что видел её здесь у этого окна, стоящей напротив него и нежно глядящей ему в глаза.
Луна и посеребрённые силуэты. Тьфу.
– Я же вас с ним видел. Вот тут прямо, как вы в темноте стояли, пожирая друг друга глазами.
– Что?!
Она вскакивает и встаёт напротив меня, уперев в бока руки.
– Пожирая глазами?! – грозно переспрашивает Наташка. – Серьёзно?! Сам значит то с одной, то с другой, то шампанское хлещет, то обжимается у меня на глазах, а ещё и томно шепчет ей на ушко, а в итоге я пожираю глазами старосту? Я ему, между прочим, в тот момент говорила, что не еду в Новосиб, что остаюсь здесь и что мне пофигу универ, что я бросаю, что буду поступать на следующий год в МГУ.
Так, момент… Одну минуточку… Дайте-ка сообразить…
– А что для этого нужна романтическая обстановка и темнота, друг молодёжи? – прищуриваюсь я.
– Обстановка какая была, такая и была, её никто не выбирал и да… Да, он тут пытался объясниться, может специально и выбрал тёмную комнату.
– Что?! Объясниться?!
– А что, по-твоему, в меня и втюриться нельзя? Вообще-то, в меня полшколы влюблено было, один ты этого не знаешь.
Серьёзно?
– Да вот только я, – продолжает она обиженно, – слушать его не стала, а сразу сказала, что у меня жених есть. И рассказала заодно, что остаюсь здесь! С ним, с женихом то есть. Это ты, кстати.
– Эй, дети, вы чего тут шумите? – заглядывает в дверь Злобин.
– Да вот, – вздыхаю я, – во взрослую жизнь вступаем.
– А-а-а, – усмехается он. – Это да, это иногда травмирует. Вы когда орать закончите, дайте знать, мне парой слов с тобой перекинуться надо…
– Да мы вроде всё уже, да, Наташ? – спрашиваю я.
– Вроде да, – соглашается она. – Мне выйти?
– Ничего особо секретного, – отвечает Злобин.
– А я даже рада, – шепчет Наташка, наклоняясь ко мне и опираясь о мои колени, – что ты хотя бы разик в моей шкуре побывал и понял, каково мне такое видеть. Больно, между прочим.
Больно? Да вообще, не то слово. Пипец, жесть просто…
– Это другое, – сурово отвечаю я.
– Что?! – задыхается она от негодования, но я не даю ей разгореться и схватив прижимаю к себе.
– Нет! – вырывается она.
– Кхе-кхе, – покашливает Злобин. – Я тогда попозже…
– Нет-нет, простите, Леонид Юрьевич. Брачные игры в дикой природе. Начав, закончить очень трудно. Всё. Мы всё. Да? А старосту твоего я на всякий случай отп**жу.
– Что?!
– Ага, – киваю я. – Точно.
– Балда ты, Егор, – качает она головой, едва сдерживая улыбку.
Ну что? Что делать-то? Вот так как-то…
– В общем, мы с твоим Семёном допросили паренька, – говорит Де Ниро.
– Неужели раскололи?
– Ага, – кивает он. – Твои ребята, кажется, умеют это делать… Знают, кое-какие тонкости. В ванной, правда, напачкали немного…
– Душманов кололи, а своих-то, – хмыкаю я, – и подавно расколят.
– От Лимончика он.
– Во как… То есть его Лимончик направил?
– Да, – кивает Де Ниро. – Позвонил и сказал срочно выдвигаться. Ну, не сам позвонил, ясное дело, поручил кому-то.
– Интересно.
– Да, мне тоже интересно. Кто-то был здесь, вероятно. Запалил и послал сигнал. Позвонил. Так что, такая история.
– А куда этого теперь? – спрашиваю я.
– Возьмём себе на время, а потом милиции отдадим.
– Себе?
– Да.
– Хм, – хмурюсь я. – А зачем вы, кстати, всю эту историю с брошью затеяли? Ну, то есть, для чего она с ней тут разгуливает?
– Есть кое-какие резоны, но это не обязательно сейчас обсуждать – подмигивает он, намекая, что этот вопрос, как раз, лучше при посторонних не затрагивать. – Потом, когда время будет, я тебе расскажу.
– А Галина Леонидовна здесь ещё?
– Да, она тут с друзьями своими развлекается. Слушай, ты, кстати, дал жару с этой «Дорогой». Молодец! Ты видела, Наталья?
– Нет, – качает она головой. – Только слышала.
– Не повезло, редкостное зрелище. Но там народ требует повторения.
– Нет, больше не получится. Это я авторитетно говорю.
В дверь заглядывает Толик.
– Егор, ты как? Ты так дерёшься хорошо. Научишь?
– Посмотрим, – киваю я. – Не забыл, что утром Новицкой нужно сказать?
– Не забыл, – отвечает он.
– А Ева как? В порядке? Этот козёл ей неслабо впечатал, между прочим.
– Вроде нормально, – кивает он. – Слушай, мы сейчас ко мне домой поедем. Ты… то есть вы… не хотите с нами?