Солнечное сердце (СИ)

От мыслей о кровати отвлекла очередная дикая фраза: «Характер у тебя отвратительный, поэтому все, наверное, от тебя и сбежали!»
Кто от него сбежал?
После того как Рэйден ослушался приказа и попал в магические силки, он сам принял решение улететь с Огненного Архипелага на большую землю. Ловить на себе сочувствующие взгляды оборотней было невыносимо. На большой земле ближе к морю в основном проживали люди, и Рэйдена никто не смел прогнать — как-никак дракон, Лорд Чернильных Небес.
«Я знать не знаю, о каких родственниках ты говоришь…»
Будь Лорен издалека — с эльфийских земель или краев Смешанных Эпох, что пролегают западнее гномьих болот, — он бы ещё поверил в эти слова, но близ Огненного Архипелага все знают о семье правящих драконов.
Мысли в голове скакали как раззадорившиеся жеребята на поляне.
— А где Дарующий Освобождение? — зачем-то уточнил мужчина.
Ведь было же очевидно, что Лорен точно понимала, про какой клинок шла речь, в прошлый раз даже гравировку узнала.
— Где-где! — всплеснула руками девица в мужской одежде. — На кухне, разумеется! Я им огурцы чистила.
После этих слов девушка внезапно оглушительно всхлипнула и бросилась прочь, а Рэйден потрясённо замер.
Чистить овощи родовым клинком?! Этот меч выкован и заточен так, чтобы разрезать тончайшую ткань мироздания! Чтобы отправлять Мёртвые души на перерождение!
Нет, братья точно не могли подослать к нему такую убийцу…
Только если…
Внезапная догадка накрыла Рэйдена с головой, и он чуть не рассмеялся от облегчения. Ну конечно! Такие, как Лорен, рождаются время от времени. В землях Смешанных Эпох их называют сумасшедшими, но близ его родины им дают другое название — люди солнца.
Чем дольше Рэй думал об этом, тем быстрее успокаивался и находил всё больше и больше аргументов, подтверждающих его догадку. Все странности Лорен — её манера одеваться, приход в его спальню практически голой, затем маскарад с мужской одеждой, использование родового меча в качестве кухонного ножа, странная еда, непонимание драконьей сути и основополагающих вещей — всё идеально укладывалось в эту картину! Теперь становилось понятно, почему деревня Опавших Цветов принесла в жертву именно эту девушку. Что ж, если всё так, выходит, Лорен досталось от жизни ещё больше, чем ему, он должен о ней позаботиться. Говорят, люди солнца — самые безобидные существа, боги обделили их способностью гневаться, и потому их души чисты, как слёзы ангелов, но они совсем не приспособлены к этому жестокому миру. А может быть, это последняя воля богов, чтобы он помог хотя бы такой душе, раз не в состоянии больше защищать Огненный Архипелаг?
Не успел Рэйден додумать мысль, как яркая зеленоглазая девушка вновь ураганом ворвалась в его спальню.
— Знаешь, что я подумала?! — сказала она непривычно громким и командным голосом. — Раз уж ты всё равно обо мне плохого мнения, раздевайся!
Лорен
Обида тонкими противными иголочками вонзалась под кожу. Я мчалась по пустынным длинным коридорам Харакуна и чувствовала, как ещё немного, и взорвусь.
Целую неделю я старалась убедить себя, что всё в порядке. Да, не помню прошлого, но что с того? Зато нашла неплохое просторное жильё, разжилась одеждой, и владелец замка перестал выгонять меня на улицу. Кстати, мужчина очень симпатичный, ему явно здесь одиноко, и я могла бы составить несчастному в будущем отличную компанию. Место, опять же, красивое, вид из окон потрясающий, а о чистоте воздуха я вообще не говорю. С работой пока не определилась, но прошла лишь неделя. Вспомню как-нибудь, что умею, а если не вспомню — ну и ладно, научусь чему-то новому, не беда. Я старалась поддерживать оптимистичный настрой, но сегодня… что-то пошло не так.
Жестокие слова Рэйдена, в которых он заподозрил во мне убийцу, легли внахлест с ростками страха и неуверенности в себе, которые я впервые почувствовала в этом мире. Да, то, что это иной мир, а не мой собственный, я внезапно поняла с особенной ясностью.
Каждое утро я смотрела на отражение юной симпатичной брюнетки и чувствовала, что не было у меня ни озорных ямочек на щеках, ни фарфорового цвета кожи, ни чёлки в прошлой жизни. Целую неделю я загоняла этот страх как можно глубже, стараясь не думать, кем я была и как выглядела раньше, за какие грехи меня переместили сюда. Я ничего не могла вспомнить — и это пугало. Уверенность же Рэя в том, что я плохой человек, и вовсе ранила.
 
Его Лордейшество мне понравился. Да, у него постоянно был мрачно-надменный и тоскливый взгляд, но я искренне думала, что он будет не против моего временного пребывания в замке. А тут выяснилось… такое!
Шмыгая носом и вытирая непрошеные слёзы, я забежала в выделенную комнату, схватила одеяло, под которым спала, связала противоположные концы узлами и принялась набивать его одеждой из тумбы.
Уйду из Харакуна — и всё тут.
«Куда пойдёшь? Ничего, что у тебя даже собственных штанов нет? Получится, что ты не только несостоявшаяся убийца в глазах Рэя, но ещё и воровка. Может, ты и в прошлой жизни была не самым хорошим гражданином?» — ехидно поинтересовался внутренний голос.
— А знаешь что?! — в сердцах крикнула на него. — Вот ничего подобного! Я уверена, что я делала что-то достойное. И оказалась здесь не за грехи, а потому что так получилось. По случайности! А одежду я отработаю!
Злость на саму себя захлестнула как внезапное цунами. Бросив одежду и одеяло на пол, я вновь крутанулась на пятках и полетела обратно в сторону спальни Его Лордейшества. В голове пульсировала одна-единственная мысль: я докажу, что я не такая. Я могу ему помочь. И помогу! Даже если он будет против. Мне надо отработать одежду, еду и проживание в замке, уж как минимум спазмы мышц точно смогу снять.
— Знаешь, что я подумала? — воскликнула с порога, глядя на хмурого мужчину. — Раз уж ты всё равно обо мне плохого мнения, раздевайся!
Рэйден так и замер.
Я была уверена, что последуют очередные неприятные выражения, но нет — он молчал, глядя на меня как-то… затравленно? Не было ни времени, ни желания разбираться в тонкостях эмоций на лице, на котором практически отсутствовали мимические морщины, кроме вертикальной над переносицей, — решимость могла улетучиться. Не мудрствуя лукаво, я забралась на просторную кровать с другой стороны и принялась вытряхивать Рэя из его многочисленных одёжек.
Как следовало ожидать, он заупрямился, забормотав что-то вроде:
— Лорен, не надо, тебе будет противно. Я же урод.
Тонкие длинные пальцы вцепились в рукав.
— Никакой ты не урод!
Дёрнула затрещавшую ткань на себя.
— Лорен, прекрати!
— Нет!
— Хватит, не трогай меня!
— Дай посмотреть!
— Не дам!
Пришлось закинуть ногу на этого упрямца и сесть сверху, чтобы справиться с ним. Несмотря на парализованную нижнюю часть и общее плохое самочувствие, Рэйден оказался очень сильным. Но я-то ловчее и проворнее! Мне надо осмотреть его тело, чтобы понять, с чем придётся работать.
В неравной схватке мы вцепились в один и тот же клочок шёлка. Рэй дёрнул край на себя, я — на себя. Раздался оглушительный треск ткани.
Пола нижнего и самого тонкого халата разошлась пополам по вертикальной линии как по надрезу. Взгляду открылось тело — абсолютно гладкая, без единого волоска выпуклая грудь, сухой каменный пресс и ярко выраженные косые мышцы, что уходили за пояс широких штанов. Штанов, на которых я, кстати, сидела.
У-у-ух…
Что-то подсказывало, что я уже видела множество мужчин без одежды, но с таким идеальным телом без грамма лишнего жира — впервые.
— Что и требовалось доказать, — внезапно совершенно бессмысленно и опустошённо пробормотал Рэйден. Он опустил изящные кисти на покрывало, повернув голову вбок, и уставился стеклянным взглядом в стену. Очевидно, не хотел на меня смотреть.
Совесть ощутимо куснула… Рэй вёл себя так, будто я над ним надругалась. Нет, конечно, я поступила не очень хорошо, да ещё и нашла с кем мериться ловкостью… Ну и ладно… Главное — я раздела его. Зачем я, кстати, его раздела?