Синтетик (СИ)

Я лежал и вспоминал все прошедшие за последнее время события. Пытался их осмыслить и хоть как-то понять.
Выходило, что люди, с которыми я жил, были мутантами. Этот вирус в последнее время начал проявляться настолько сильно, что они не смогли с ним справиться и устроили переворот. Или они все время жили с ним и общаясь с подобными себе в других местах, вершили свои дела и постепенно готовились к переделу власти.
Я специально думал о мутантах пытаясь отдалить момент, когда начну разбираться со словами Каса. Перевернулся на бок и вспомнив горящий дом, застонал, от защемившей в груди боли, даже не пытаясь сдержаться. Мысли сами потекли в этом направлении и я уже на стал им противиться.
Получается Кас растил нас, зная, что на самом деле мы дети правителя Арисарха, но отчего-то, это надо было скрывать. Но почему мы росли в глухой деревне, далекой от города и не в самых лучших жизненных условиях? Я знал, что нынешний правитель женат, у него есть дети и правит он достаточно давно, как говорили взрослые — лет этак пятнадцать. До него, власть, которую он собственно отобрал и присвоил, принадлежала нескольким главам города, в число коих он не входил. Потрогал янтарный камень, висящий на шее и вспомнил о каком-то Сайрисе, которому должен его показать.
Голова начала болеть с новой силой и я попытался прекратить думать обо всех этих загадках. Когда проснулся, мастер был рядом, что-то переливая из одной банки в другую.
— Выпей, — сказал он, увидев, что я не сплю. — А потом тебе надо поесть.
Невозможная горечь смочила горло и я сморщился, но Эндрю, занятый приготовлением очередного лекарства, показал жестами, что надо до дна. Съев принесенную еду, почувствовал прилив сил и даже попробовал ему помочь.
— Ложись, ложись, — сейчас я закончу и осмотрю тебя, — замахал он на меня руками.
Мне не оставалось ничего как подчиниться.
Он смазал раны, а порезы пролил жидкостью, подождал, когда высохнут и также жирно намазал мазью. Через два дня я начал выходить и помогать немного по хозяйству.
Как сюда, в такую даль от деревни, меня дотащил с виду щуплый учитель, осталось загадкой. Километров пять не меньше, нес на себе. Мы сидели у небольшого дерева, наслаждаясь солнечным днем. Было тепло и разговор, который так долго откладывали, начался сам собой. Я рассказал учителю про Каса, сгоревший дом, как выбрался и пытался его найти. А он поведал, что мутанты все начали очень организованно:
— Как только вас, молодежь, вывели из деревни, основной костяк вооружился и пошел по домам. Всех начали просто вырезать. Лишь твой отец, я и еще несколько человек, смогли дать отпор по-настоящему. Тогда им пришлось применить огнестрельное оружие, будь оно проклято. Ко мне даже никто не стал входить, а просто изрешетили весь дом со всех сторон.
— А как же вы выбрались?
— Я всегда, где только возможно, оставляю себе пути отступления. Собственно не я один, — он посмотрел на меня. — Твой отец был мудрым человеком.
— Он мне не отец, — ответил я и увидел, как у учителя удивленно вскинулись брови.
Я рассказал ему все, что знал и он надолго замолчал, переваривая услышанное, а потом начал говорить.
— Все очень странно и то, что ты рассказал и вообще все произошедшее. Я столько лет жил с этими людьми и не смог рассмотреть их страшную, прогнившую, нечеловеческую сущность.
— Правителя Арисарха зовут Леонард, — продолжил он. Я слышал о его первой семье, потому что в те времена жил в городе и тренировал охрану высших дивизионов, но потом были слухи, будто все дети и жена погибли.
Учитель задумчиво почесал переносицу и добавил:
— Да, давно все это было, что-то могло забыться или вообще оказаться ложью, у них там это в порядке вещей.
— У них, в смысле у правителей? — спросил я.
Мастер кивнул, думая о чем-то своем, потом поднялся и предложил уйти.
Пока добирались до убежища, поговорили о городе, законах и учитель сказал, что никогда в этот гадюшник не ступит его нога. А мне наоборот очень хотелось туда попасть. Теперь я понимал, что возможная причина того, почему Кас ни разу не взял с собой, может крыться в моем происхождении.
 
Наставник прервал мои мысли и сказал:
— Знай, что все, кто находится в верхнем ярусе, это в основном бездушные и безжалостные твари в людском обличье.
— Мутанты? — ужаснулся я.
— Нет. Ты об этом ничего не знаешь?
— Ну я слышал, что есть верхние, нижние уровни и в зависимости от этого жизнь лучше или хуже.
— Понятно, — перебил меня спутник. — Ты вообще ничего не знаешь. Слушай.
Весь город делится на три уровня. Верхний, средний и нижний. Вся верхушка, естественно находится на высоте и имеет все лучшее, что только может, но ни это главное. Цель элиты найти конечную формулу, с помощью которой они смогут стать полностью бессмертными.
— Эта как? — не выдержал я, перебив вопросом учителя.
— Слушай дальше. Уже давно у них есть возможность, используя достижения далекого и не очень прошлого, а также собственными исследованиями, продлять себе жизнь. Большинство их органов и сосудов заменено на синтетические и казалось бы, вот он рецепт вечности, но… Чтобы нормально функционировать их должна омывать жидкость. Замену крови они не придумали, а только возможность ее разбавлять и обновлять, добавляя туда такую же синтетическую дрянь. Поэтому постоянно ведутся исследования и опыты для достижения нужного результата. А самое страшное то, что с изменениями внутри, у них начали меняться и их человеческие свойства. Они стали становиться безжалостными и бесчувственным, преследуя только одну цель, найти формулу, свойства которой, полностью заменят кровь.
— Но зачем жить без чувств и эмоций? — снова не удержался я с вопросом.
— Это очень удобно быть бездушной машиной, — ответил мастер, — но ты ошибаешься. Они могут испытывать чувства, когда это нужно. Дело в том, что возможность расслабляться есть, с помощью все тех же синтетических веществ. Уж не знаю, как их используют, но наслаждения им доступны. Ну, а все что ниже по уровню это жалкая пародия. Там стремятся походить на верхушку и всеми силами пытаются туда попасть. Правда из-за ограничения в возможностях, создают суррогаты, или подделки гораздо худшего и низшего качества, да еще и с побочным эффектом. Точнее, это больше относится к третьему уровню, на втором еще могут падать награды за особые заслуги. В таких редких случаях, угодивший или выслужившийся, получает синтетический орган или возможность присосаться к кормушке каким-нибудь другим образом. Проще говоря, никто не хочет быть человеком с эмоциями, все стремятся к вечности без боли. А если мы возьмем третий уровень, то там вообще в диких условиях, проводятся замены органов низкого качества в подпольных лабораториях. После этого человек, который не может позволить дальше, содержать свои изменения и продолжать их улучшать, начинает перерождается. Его организм трансформируется и на свет появляются монстры, хуже мутантов. Они не умирают, но и жить среди людей не могут. Это тварь с извращенными человеческими мозгами и изменившимся телом, способная только жрать и убивать. Благодаря нарушениям и вмешательствам во внутреннюю структуру она меняется. То есть становится как наши мутанты из деревни, более сильной, ловкой и злобной, хотя в их случае, это высшая форма мутации, практически без внешней трансформации тела.
— Только наши еще с мозгами и как теперь я понимаю, являются поставщиками человеческой крови.
Я рассказал мастеру что видел и еще про печать и записку.
Он снова покачал головой и забив свою трубку сказал:
— Нам надо уходить отсюда подальше и как можно скорее.
— Не могу! Я должен во всем разобраться, понять что к чему, отомстить и возможно найти брата.
— Что ж, хорошие желания, трудный путь, но у тебя есть молодость, способности и к тому же твой учитель я.
Прошла неделя. Мой организм почти полностью поправился. Раны зажили и лишь та которая была на ноге, еще немного побаливала. Через два дня, решили уходить и стали готовиться. Учитель, послушав мой рассказ, согласился пойти к озеру и познакомиться с отшельником по имени Старик. Во всяком случае я буду знать где его искать и не исключал возможность, что могу появиться в этом месте. Все было готово, мы шли на ночлег к нашему подземному убежищу, когда я почувствовал опасность. Начали красться и зуб на моей шее запрыгал бешеным ритмом, указывая на то, что рядом люди мутанты.