Осталось 9 жизней. Версия 1.0 (СИ)

Ближайшая дыра в структуре локации оказалась через две улицы. Метров пятьдесят, если считать путь до дыры и обратно. Восемь раз сходить, и все это в полной тишине и под пристальными взглядами местных жителей, прячущихся от оборотней.
Пока Ная таскала трупы, а я прикрывал ее, нас спалило несколько жителей. Одни пялились молча, словно подозрительные старики, другие кричали оскорбления, прикрываясь безопасностью жилищ. Больше всего ненависти словила Ная, но досталось и мне. И с каждым криком мне в спину я осознавал, что выбрал сторону, и последствия будут тяжелыми.
— Чего приуныл? — спросила меня Ная, когда мы покончили с переноской тел и осторожно шли по пустынной улице.
— Я должен десятку Одиану за то, что он отмазал нас от твоего шантажа. Кроме того, я еще работаю на него.
— Забудь про десятку и работу, — отмахнулась рыжуха. — Ты умер и воскрес в подгороде. Знаешь, что это значит?
— Что я теперь служу культу, — тут же ответил я.
— Не только, — девушка подняла палец. — Смерть в Крипоти лишает обязательств, если правильно сдохнуть. Ты умер и возродился в подгороде, и это значит, что ты очистился перед Одианом, но теперь должен работать уже на культистов.
— Ну и дела, — говорю. — И почему нигде нет гайдов по этому поводу, а еще в профиле не написано ничего?
Ная хихикнула и сказала:
— Эта игра как бутылка воды для жаждущего, вот только ты сперва выпей, потом присядь.
Высказывание Наи, как всегда, вышло своеобразным. Я хотел сказать «Хорошо, что не наоборот», вот только появились претензии к услышанному.
Говорю:
— Я не жаждал играть в эту игру, так что сидеть на всяких метафизических бутылках тоже не хочу.
— А придется, — не растерялась Ная. — Участие добровольно-принудительное.
Искать Мисана долго не пришлось, парень нашелся через несколько улиц. Вот только кроме него нашлись еще стражники, с которыми лекарь пересекся во время своего одиночного трусливого путешествия. По крайней мере я поверил Нае и решил, что Мисан и правда струсил драться со стражей, хотя ранее парень показался мне довольно бойким.
Стражников оказалось четверо. Мы с Наей услышали их раньше, чем увидели, и поняли по количеству ругательств, сколько нас ожидает противников, а в том, что городские воины против нас, сомневаться не приходилось. Стражники бранили Мисана и угрожали сделать с ним всякое, о чем я бы не стал говорить при детях.
Мы могли бы кинуть парня, но Ная не захотела просто уходить и решила подсмотреть из-за угла. Я притаился рядом и осторожно смотрел на улицу, где четверо воинов окружили нашего общего знакомого. Помочь или не помочь — вот в чем вопрос.
И этот вопрос решился сам собой, когда нас запалили из окна одного из домов. Женский голос пронзительно разнесся по улице:
— Стража! Стража!
Мы с Наей переполошились. Наемница выругалась и бросилась прочь. Я за ней. Мисана мы оставили на произвол судьбы. Так решила рыжая, а я просто побежал за ней. Не было времени останавливать ее и советоваться. Нам удалось шустро раствориться в переулках хоть это и было непросто — узкие улицы, кругом дома и окна.
На руку играло знание дыр в локации. Мы могли скрыться в подгороде на случай сильной угрозы, после чего вновь выбраться в верхний город где-нибудь в другом месте. В теории просто, но предстояло проверить, как это будет на самом деле.
Ная выглядела спокойной и даже слегка веселой, а вот я опасался, что стражники нас окружат. Кроме того, мое внимание постоянно приковывали окна, из которых в любой момент мог посмотреть какой-нибудь любопытный житель.
Вдруг вспомнился момент из детства, когда я лет в восемь собирал бутылки, чтобы сдать и купить себе жвачку, стакан семечек или сигарету, которые в те годы продавали поштучно. В один из таких рейдов из окна пятиэтажки кто-то охерачил меня супом или чем-то вроде того. Хорошо, что на дворе тогда стояла осень, было темно, и я носил куртку с капюшоном, иначе пришлось бы бродить по улице облитым сомнительной ебаниной.
Странное дело, как странным казалось и это воспоминание. Оно вынырнуло из тьмы памяти и тут же истаяло, словно упомянутый случай произошел не со мной, а с кем-то другим, кого я даже не помню.
 
Я тут же вернулся в реальность.
— Что за дела? — прошипел наемнице в ухо. — Почему нас сдали страже, как каких-то преступников?
— Потому что мы служим подгороду, и остальные криперы это видят. Также срисовали и твоего дружка?
Я понял, что Ная говорит о Мисане и счел нужным ответить:
— Он мне не дружок.
Рыжая злорадно улыбнулась.
— Лекарь думал, работая на подгород, он будет желанным гостем и здесь. Хуй там!
— Плавал, — добавил я, хоть в этом и не было нужды.
— Попались, суки! — раздалось справа, и я увидел двоих стражников с копьями, выскочивших из-за дома. Еще один выбежал с левой стороны. Трое. Значит один остался охранять Мисана. Или убить.
— «К черту лекаря!» — подумал я и приготовился к бою.
Ная крутанула кинжал и оскалилась, словно дикая кошка. Расклад получился таков: двое против меня, один против Наи. Лучше бы трое накинулись на рыжуху, но уж как получилось.
Стражники ударили одновременно, пронзив моё брюхо. Здоровье мгновенно рухнуло до ноля, и активировался стартовый навык, дарующий воинам право потрепыхаться еще немного перед позорной и болезненной гибелью.
Я не видел, как шли дела у Наи, да и хрен с ней. Стражники вырвали из моего тела копья и приготовились атаковать снова. Синхронно, словно репетировали такое раньше. День явно не задался. Да и не только день. Хоть сразу голову в петлю. В ту, которая сделана из прямой кишки.
— Проснись! — крик наемницы резанул по ушам. Девушка выскочила из-за меня и оказалась перед атакующими солдатами. Одним ударом кинжала Ная полоснула первого, а вторым вынудила второго перекрыться.
— «Я спасен?» — стукнуло в голове, но шаги за спиной заставили быстро обернуться.
Воин, с которым должна была сражаться Ная, пер прямо на меня, держа копье. Видимо, наемница успешно отразила его удар и вместо ответной атаки кинулась мне на помощь. Если так, я удивлен, хоть и момент для восторгов неподходящий.
Стражник сделал выпад, и я отразил удар. Замахнувшись косой, рубанул противника в шею, но ушлый стражник подсел под удар, будто видел его еще за километр.
Сзади слышался звон стали, рычание Наи и топот солдатских сапог. Оборачиваться не было времени, а солдат, увернувшийся от удара, вновь попер на меня, словно был моим кровным врагом. Удар копья пошел снизу-вверх, будто солдат пытался поддеть меня. Я чудом увернулся, споткнулся и грохнулся на спину, увидев перед падением перекошенное лицо солдата и подбегающего к нему Мисана.
Хлыст синей энергии зашипел в воздухе и ударил воина по спине. Стражник пошатнулся и едва не рухнул прямо на меня. Шанс нанести удар он успешно проквакал, я резко вскочил и срубил ему голову одним размашистым ударом. Солдат выронил копье и грохнулся набок.
Мисан пробежал мимо, и я обернулся, чтобы дать бой оставшимся воинам. Первое, что я увидел, это как пронзенная копьем Ная падает лицом вниз. Раненый стражник, злобно скалясь, вырвал оружие из тела наемницы, а второй боец валялся рядом с перерезанной глоткой.
Мисан ударил первым, но воин кое-как уклонился, после чего на него набросился уже я. Ударив ровно сверху-вниз, вонзил носик косы солдату прямиком в лицо. Вытаращив глаза, воин выронил оружие и повалился на меня. Вырвав оружие, я едва успел отойти, иначе мертвая душа в броне придавила бы меня.
Бой окончился, и я ощутил, как здоровье повысилось с нулевой отметки до минимальной. Осмотревшись, тут же полез в профиль, посмотреть на новую фобию. В моей любимой строчке «Дополнительно» появилась надпись «Боязнь драться с двумя врагами и более».
 
— Ну пи…ц, — говорю, убирая профиль.
Мисан присел на колено возле лежащей без чувств Наи и перевернул ее на спину. Наемница была при смерти, но дело мог поправить целебный эликсир или целительные навыки, коими мой сомнительный товарищ как раз-таки обладал.