Осталось 9 жизней. Версия 1.0 (СИ)

— Ищи и убивай местных, а еще лучше вали игроков. Тут встречаются временами, хоть нас теперь не так много.
Я облизнул губы.
— Что потом?
— Когда убьешь достаточно, путь откроется, и ты сможешь подняться, если не умрешь по пути.
— Спасибо, — говорю и тут же примирительно поднимаю руку. — Нам с тобой незачем драться.
— Незачем, — согласился игрок. — Я умер здесь дважды и теперь служу подгороду. — Могу, в принципе, убить и тебя, чтобы ты тоже стал слугой этого места. Маньячить вместе все веселей.
Я напрягся, но быстро понял, что оборотень не торопится превращаться в чудовище.
Спрашиваю:
— Чем ты тут занимаешься?
— Как правило, охочусь, — ответил игрок и пробежался взглядом по ржавой косе в моей руке. — Не продавай эту штуку. Полезная.
Я посмотрел на оружие Берегового и тут же вспомнил, как при попытке продать ее высветился вопрос «Ты уверен?». Тогда мне показалось логичным не продавать оружие. Только было неясно, что особенного в ржавой косе.
— Что в ней такого? — спрашиваю.
— Еще не понял? — хитро прищурился оборотень. — Был у меня знакомый, владеющий такой же. Если косой Берегового убить игрока, игра наградит тебя монетой. Если убить второй раз, игрок обретет второй долг, а тебе дадут уже две монеты. Награда также зависит от уровня убитого и от того, сколько у него осталось жизней.
Мое настроение подскочило, но я не спешил особо радоваться.
— Извини за вопрос, — говорю, — если я убью тебя этой косой, сколько мне дадут атм?
Мужик осклабился и шутливо погрозил мне пальцем.
— Я второго уровня, а это значит, ты бы получил бы две атмы за первое убийство и четыре за второе. Если убьешь меня сейчас, получишь шестнадцать, потому что до этого я уже три раза погибал. Как думаешь, стоит оно усилий?
— «Пипец», — подумал я, приготовившись драться, но игрок не стал нападать. Напротив, мужик начал отходить, растворяясь в окружающей тьме.
Напоследок перевертыш сказал:
— Давай так, если встретимся здесь снова, сразимся. А пока постарайся не умереть.
После этих слов игрок скрылся, оставив меня на пустой и темной улице, среди мрачных домов, в окнах которых не горел свет.
Я не питал иллюзий по поводу Перевернутого города и хорошо понимал, что в здешних местах придется много драться. Бои в Крипоти вообще были одним из столпов игры, что ничуть не удивляло. Большинство игр переполнено насилием, и это уже давно стало нормой.
«Убивать — это весело. Смейтесь, кто еще жив».
  
Глава 14
 
Я начал обследовать дома, как мы делали во время первого визита в подгород. Успел попробовать открыть три двери, но все оказались заперты. Таят ли мрачные дома хоть какие-нибудь сокровища? Как знать, возможно, у культистов есть ключ, потому что через окна в дома не попадешь — слишком узко.
Дверь четвертого дома оказалась открыта. Насторожившись, приготовился войти, но из темноты выскочил культист с кинжалом в руке. Отскочив, я увернулся от удара и приготовился ударить в ответ, но врагов оказалось двое. Второй монах выбежал из дома с дубинкой в руке. Культисты окружили меня, и я немедленно атаковал того, что поигрывал кинжалом.
Удар косой пролетел над головой пригнувшегося противника. Культист нырнул под лезвие и ткнул кинжалом мне в грудь. Острие врезалось в металлическую пластину и соскользнуло в сторону.
Я тут же перехватил инициативу и атаковал противника по ноге, чтобы отрезать ее к едрени фени, но промахнулся, после чего на меня тут же накинулся второй сектант.
Монах с дубинкой бросился товарищу на помощь и приложился от души. Приложился от души по голове своего дружка, потому что у меня получилось увернуться. Я увернулся настолько хорошо, что удар одного фанатика по второму вполне могли засчитать за контратаку. По крайней мере я подумал именно об этом. Промелькнула мысль, так сказать.
Оба культиста стояли прямо передо мной, и я решил добить раненого владельца кинжала. Ударил сверху вниз, чтобы пронзить врага, но монах начал уворачиваться, поэтому избежал полноценной подачи, словив очередное ранение. В этот раз, в плечо. Лезвие косы вспороло бурое одеяние культиста.
 
Монах с дубинкой бросился на меня так резко, словно я назвал его религию ложной. Оружие культиста описало дугу и обрушилось на мою голову, но я ловко увернулся и ударил с разворота, рассекая культисту живот.
Словно терминатор, убийца сделал шаг назад и тут же ударил вновь. Я подставил рукоять косы, защитившись от удара, и увидел кинжальщика, несущегося на меня с боку. Хитрый фанатик умудрился обойти меня, но нанести удар так и не смог. Волнистый клинок устремился в меня, но я легко отразил атаку и тут же пробил в ответ.
Чем плохо драться сразу с двумя противниками, так это тем, что пока бьешь одного, второй может свободно напихать ударов или и вовсе не дать сделать ничего. Так и случилось. Мой удар устремился прямо в шею раненого культиста, но его друган с дубинкой вовремя стукнул мне по голове.
Аж в глазах потемнело.
Я попятился, но смог устоять на ногах. Оба фанатика налетели на меня и начали крепить. Чудом получилось отразить все их атаки и ударить в ответ. Перевернув косу носиком вверх, я поддел раненого культиста, проткнув ему брюхо. Монах повалился и скрючился, а второй продолжал бить дубинкой, но в меня словно вселился настоящий мастер боевых искусств.
Непринужденно увернувшись от вертикального удара, я крутанулся словно балерина и всадил носик косы противнику в грудь. Монах захрипел и грохнулся подобно мешку. Дубинка выпала из пальцев и покатилась по мостовой. Отделавшись всего лишь легким ранением, я закончил бой.
Обыскать получилось только культиста валяющегося при смерти, но его инвентарь оказался пуст. Удалось подобрать кинжал и дубинку, только и всего. Улов небогатый, но хотя бы что-то.
Добив раненого монаха, отправился дальше. Перевернутый город казался все страннее, потому что на улицах почти все время было пусто. Создавалось чувство, что местные жители сидят где-то по своим логовам и выходят лишь в крайних случаях, если нужно кого-то похитить или убить.
Я как будто шел ночью по цыганскому поселку.
Долгое время не происходило ничего. Улица сменялась улицей, дом сменялся домом. Все двери заперты, а вокруг ни души. По старой привычке шел постоянно сворачивая, чтобы долго не перемещаться по прямой. Как знать, вдруг из Перевернутого града можно попасть в место похуже, если забыть об осторожности.
Подошел к высокому прямоугольному дому. Круглая дверь поддалась и ушла в стену, открывая проход. Первая мысль — не ходи, ну его! — однако я все равно переступил порог, погружаясь во тьму. Радиус света вокруг персонажа позволял более-менее видеть на два-три метра, что вкупе с небольшим метражом комнаты давало возможность просматривать большую часть обстановки.
На первом этаже не было никого. У стены стояло два стула из черного камня. В углу стол, на котором лежал кинжал. Оружие, разумеется, подобрал, после чего увидел лестницу наверх. С улицы дом выглядел высоким, этажа в четыре, так что пространство для исследований имелось.
Перед подъемом на следующий этаж боязливо посмотрел на открытую дверь и вспомнил Аной. Ассасин сидела взаперти в небольшом доме и сообщила после освобождения, что дверь не открывалась изнутри. Смогу ли я открыть дверь, если кто-нибудь решит ее закрыть?
— Ладно, — тихо пробормотал я, — не ссы.
Осторожно поднявшись по лестнице, остановился на последней ступеньке, осматривая второй этаж. Никакой мебели. В стенах вырезаны узкие окна, через которые сможет пролезть разве что ребенок, но никак не здоровенный воитель, каким я стал в мире Крипоти. Захотелось вернуться, бросив исследование дома, но мой взгляд рассмотрел в углу темную неподвижную фигуру.
 
Мои ноги сперва шагнули назад, но я остановил себя и осторожно приблизился, держа косу наготове. Радиус света достиг незнакомца, и я увидел закутанного в длинную накидку с капюшоном человека. На виду белела лишь костлявая рука, протянутая ладонью вверх. Чужак выглядел словно попрошайка. Я быстро понял, что незнакомец меня заметил. Рука спряталась в одеяния, и раздался тихий неприятный голосок.