Снова в детство (СИ)

Здесь ведь не только интим, хотя и это интересно. А как же лыжи? Как же моя карьера, моя жизнь? Обычно, когда человек беспокоится только о своей жизни, своих интересах, его уличают в самолюбии, корыстолюбии. Хм, а я такой вот черствый и циничный.
Потому как, опираясь на многолетний опыт прошлой жизни, я четко понял и нехотя принял одну непреложную аксиому — все эти общественные цели и интересы, как правило, обслуживают задачи начальнической деятельности, а не отнюдь общества, и, тем более, отдельных личностей. Вот, например, перестройка. Если убрать все эти красивые, но бесполезные слова, а оставить только реальные действия, то ужас что получается.
Но причем тут я? Посему — подвиньтесь в сторону общество и государство, у меня есть личные и довольно-таки корыстные интересы, как и у нынешнего генсека!
Хотя и в данном случае жизнь не все так была плоха. Умом-то я понимал, что, в общем-то, интересы Пушиных — это дорога в одном правильном направлении — дружная семья, счастливые дети, общее благополучие. И что если и влюбится, то не разлюбится. В крайнем случае, тогда я потом стану нелюбимым мужем, которого через сорок лет вышибут из квартиры В XXI веке и не то бывает. Ну и что этого? Ведь, с другой стороны, какой же я буду муж, которого в конечном итоге родная жена отправит в бомжи? Сам виноват!
Вот в таком-то раздрае, хоть радуйся, хоть плачь, я и покинул в кабинет своего будущего тестя. Спать уже пора, ведь завтра опять тяжелые тренировки.
Одно я понял прочно — если Маша надоест, как тренер, то останется лишь один вариант — уболтать ее в любви до свадьбы и уговорить до общего ребеночка. Только тогда она соизволит уйти с поста моего личного тренера. И то на год, на два. Вот уж проблемы, что первая, что вторая. Называется, я выполняю производственную задачу!
С чем уснул, с тем проснулся. Будто и не спал. Так, только прилег на минутку, а тебя уже несильно толкают в плечо: «Подъем! На горшок, умываться и в столовую!» и не какой учитель-надзиратель с нами возится, свой же спортсмен из сборной, назначенный в очередь дежурным.
Вот и опять жизнь начинается., активизируется, как и положено, в светлое время суток. И побыстрее шевелись, а то столовая вскоре закроется на производственный перерыв, утром она для посетителей работает лишь 45 минут работает. Будешь опять до обеда голодным клювом щелкать, с хлебом на печеньки! И все за свой счет!
Тут ведь какое дело. В СССР в спорте никогда не было, по крайней мере, на территории самой страны. В конце перестройке стало уже иначе, но там и СССР издыхал и советская система разваливалась.
В общем, в советском спорте были только любители, которым контракт не платили. У них была своя работа, за которую они и получали зарплату. А в свободное время они из интереса и из патриотических чувств тренировались и участвовали в соревнованиях. За это им, конечно, не платили. Нечего тут марать грязным рублем светлое чувство спортивной победы.
Лабуда, естественно, чистой воды, как только чиновникам хватало совести декларировать и в стране, и на весь мир.
В реальности, разумеется, им платили. Не так как на Западе, но уж побольше, чем среднему советскому труженику. Во-первых, шла средняя зарплата за их номинальную работу. Кто как, лично Олег Ломаев ни разу на своем производственном участке не был. Все его трудовые усилия составляли в подписи в ежемесячной ведомости и в получении налички.
Во-вторых, им платили непосредственной сфере. Это называлось стипендия, пособие, даже пенсия кое-где. Ну, и естественно, в период тренировок и соревнований их кормили и одевали бесплатно. И, самое главное, как снабжали! Сейчас ведь в XXI веке уже всюду в России говорится, а с подачи либералов даже чрезмерно, о повсеместном дефиците. Так вот к спортсменам это не относилось, хотя бы регионального уровня. Так genosse Ломаев еще в это время не питался. Тут ели, что надо по диете, а не то что есть. Ну и откровенно подлакомливали, особенно подростков. Сегодня, например, утром им давали блинчики с болгарским джемом, рисовую кашу с ветчиной, ну и прочее. Даже сливочное масло было, как и положено. И запивалось все это королевским напитком какао. Как, в итоге, на завтрак не пойдешь?
 
Профессиональный историк XXI века О. Н. Ломаев, идя в столовую, почти озлобленно думал, что как-то у них в стране все не так. В советскую эпоху накосячили, а потом, сметя все это, сделали все еще хуже. По крайне мере, в советское время воры с миллиардодолларовыми капиталами не существовали.
Но потом он увидел завтрак и все негативные мысли исчезли. Ведь и тело, кажется, и не отдохнуло совсем, а наоборот, еще больше с утра заскрипело, запищало. Как будто и ночью ты постоянно работал на тяжелой работе и только с восходом солнца от него отстали темные силы. Но с другой стороны опять пристают так называемые светлые силы, которые непонятно почему так именуются.
Однако вкусная пища, сладкое какао, как сказочное живая вещество, оказала живительное воздействие. Я как будто разом воскрес и ожил и был готов «бить копытом» на лыжне. Эх, незабвенная молодость! Всю неделю трудился, утомился, казалось бы, до темных пятен в глазах. А потом лишь немного отдохнул, слегка вкусно поел, и опять работать охота!
А ведь разум еще помнил по ушедшей прошлой жизни, когда каждое утро тело по-стариковски мучилось и жаловалось на трудную жизнь, совсем при этом не работая. Ха, и не собиралось работать! Уже встал и на том, как говорится, спасибо. А сейчас молодой Ломаев тянет тяжелый физический труд на истощение и ничего. Как будто так и надо!
Позавтракал обычным завтраком советским детей и иже с ними — молочной рисовой кашей, куда сотрудница на раздаче — крепкая пригожая удмуртка по моей просьбе мило улыбнулась и положила ломти мясной ветчины. Ведь есть еще и рыбная котлета! То же, кстати, хороша, если нормально поджарена. И не морщитесь брезгливо, в XXI веке и не такую гадость едят в красивой обертке. С Запада позаимствовали, черт побери!
Моя Мария (МОЯ!), принявшись за полномочия наставника, вычитала из своей тренерской литературы ХХ века (ха!), что в условиях тяжелой физической работы, организм требует повышенной белковой диеты. А ведь лыжная гонка, обычно с полной отдачей, как таковая и есть тяжелая физическая. А если особенно человек еще подвержен расти. Ему, между прочим, еще семнадцать лет и по взрослому состоянию он проходит по самому краю. И по формальному (юридическому) и по естественному жизненному.
Проще говоря, с каждым приемом пищи, даже с завтраком, я должен жрать (кушать, если по интеллигентному) мясо в любой вареной и жареной форме. А ведь, что такое котлета советского времени? Это не растительная соя со свиным салом, что усиленно впихивают нам в мозг чиновники в XXI веке, как очень хорошее и даже лечебное блюдо. Сами-то ее не жрут, а нам впаривают, что так, мол, и так, котлеты полезны, но подорожают, поскольку и соя становится дороже. Вот ведь козлы, совсем нюх потеряли! Молчали бы в тряпочку, пока тебя разгневанные потребители не захотят вышвырнуть из кабинета!
В ХХ веке тоже были всякие эквилибризмы, типа микояновских котлет, где чего только не было от технического и сельскохозяйственного производства. Все, окромя мяса.
Но в годы застоя согласно существующим рецептам, так называемым ГОСТ, основу котлет составляли мясо. Настоящее мясо от коров и свиней! И я им питался во славу и во здравие своего тела. Ну и ветчина, ха!
И кажется не напрасно, — решил я уже на лыжне, с удовольствием чувствуя налитое силой и гибкостью тело. Оно у меня не только становилось более эластичным и упругим, но и более крепким и выносливым. Пусть только попробует кто-нибудь мною покомандовать, не раздумывая, засуну головой в снег, даже не сойдя с лыжни!
Кстати, на счет покомандовать. Накаркал ведь, хотя и думал в шутку. Сдается мне, в воздухе ощущаются флюиды начальства. Точно, Александр Петрович! Лопни мои глаза, к нам подъезжает личная машина главного тренера лыжной сборной Удмуртии.