Снова в детство (СИ)

— Так, Олег, на бескомпромиссный спор, — заведомо пообещала она в рамках светлого будущего, — спор такой. Если я проиграю, с меня поцелуй, если ты проиграешь — щелчок по твоему носу. Я не очень больно, — добавила она, видя мои колебания, — скорее, будет обидно.
Я пожал плечами. Как будет угодно вашему девичеству. Я не против, потому что обязательно выиграю.
— Теперь по поводу механизма нашего будущего спора. Давай сделаем так: за две минуты кто больше сделает метких выстрелов. Считаются только попадания в яблочко. Ты будешь первый!
Понемножку хитрит, голуба. И губки чрезмерно покусывает. Эй, поосторожнее там с уже почти моим имуществом! С другой стороны, пусть это будет моя куртуазная вежливость. Моей девушке. МОЕЙ. Ей я могу и по чуть-чуть прощать. По близкородственному состоянию.
Я только чуть вежливо попросил об одном одолжении: поскольку винтовку только сегодня взял в руки, то для определения специфики оружия дать по три пробных выстрела. Ведь каждый экземпляр огнестрельного оружия имеет свои особенности, которые, в конечном итоге, так или иначе, сказываются на меткости.
С этим Мария сразу же согласилась. И даже предложила увеличить пробные до пяти патронов.
Ну это она уже через чур. Осторожно отказался, как бы не обиделась, и медленно выстрелил три патрона. Нормальная винтовка. Чуть посылала пули вправо, но это от немного сбитого прицела. И курок туговат. А бить можно, как можно и побеждать! И даже надо!
Поднял винтовку дулом сверху, показывая, что готов к состязаниям на пари. Мария на это, видя его 100% готовность к стрельбе, вытащила из кармана импортной куртки (ага, дефицит и блат!) секундомер. Опытная, блин! Вот он этим он еще не запасся. Член сборной пусть только региона — уже спортсмен тонкой отделки и филигранной отделки. И на тренировки он обязательно берет секундомер, а лучше секундомер с личным тренером. Не зря опытный Алексей настоятельно просился с ним на лыжню — знал, что будет обязательно нужен.
Подождал, пока Мария даст сигнал о начале огня, плавно навел прицел в центр мишени и также плавно нажал на немножечко тугой курок. Только так. Начнешь дергаться, легко промахнешься. Еще Алексей говорил — поспешишь — людей насмешишь.
Так брать Алексея личным тренером? Характер у него, конечно, тяжеловатый, зато они уже сработались. Еще выстрел и опять яблочко!
Дальше берем следующий патрон для перезарядки и думаем об оной теме. Какие могут быть к этому препятствия?
В-третьих, возможное сопротивление Пушина, у которого есть свои планы на его тренера;
Во-вторых, сопротивление самого Алексея, судя по всему, привыкшего к карьере деревенского учителя;
— В-первых, ему самому скоро служить в армию и никаких причин откосить он не видит. А там для рядового новобранца солдата личный тренер не положен.
Выстрел! Пуля пошла, как и полагается, в яблочко. Что там говорили призывнику Ломаеву в игринском военкомате? Призывная отметка, от которой надо плясать — день рождения 24 октября, когда ему исполнится восемнадцать лет. Если повезет и он попадет в планы набора на конец года, то в ближайшие месяцы, если не повезет — на весну. Но пойдет обязательно, а значит, Алексея брать в Ижевск не имеет смысла.
Выстрел! Вмешалась Мария, показывая секундомер. Время! Итак, каковы итоги моей пальбы за две минуты?
Скорострельность — десять выстрелов, все в яблочко. Я снайпер! Я суперснайпер! До меня никто не дотянется! И уж тем более слабая девушка. Уже снисходительно посмотрел на Марию. Попробуй-ка догони!
  
Глава 14
 
Судя по нескольку унылому виду девушки Марии, она была вполне со мной согласна. Молча согласился с ней — моей невестой (пора уже!), что до меня ей действительно далеко. Руки слабые, усталые. Один патрон даже упал в снег при заряжении. Салвбон (ка) зеленый (ая), мелкотравчатый (ая)!
Искать его не стала, лишь проводила взглядом примерную траекторию. Правильно, милая! Количество патронов ведь мы не оговаривали, их у нее много, а минуточки не резиновые.
 
Выстрел. Однерка! В мишень попала, милая, но в яблочко нет, значит, не считается. Дыхалка до сих пор неустойчивая, порывистая, сбивает прицел. Маша тоже это поняла, несколько раз глубоко вздохнула, насыщая организм кислородом. Успокоилась, после этого пять раз выстрелила в яблочко.
Потом подумала о чем-то нехорошем, несколько занервничала, опять попала в молоко. И опять. Эх, девушка!
— Время! — громко сказал я, прекращая слабую стрельбу Марии. Или еще библейские мучения Марии. Ха! Та скучно доложила, эмоционально сама себя прерывая:
— Стрельба семью патронов, пять попаданий! Сволочь ты черствый, мог хотя бы немножко подыграть. Ведь я же девушка, слабенькая и хиленькая! И по носу бы слабо била!
Во как, я еще и виноват, что не проиграл, и не позволил себя бить. Дескать, она бы не сильно стучала. Это как, лицевые кости не будет дробить, синяков — шишек не ставить.Не-не, я не разу не граф Толстой, чтобы добровольно давать себя бить, хотя бы даже прекрасной половине человечества.
А спутница моя чуть ли не плакала и в то же время почти гневно кричала от, как она считала, горестного унижения. С чего ли это горестного? Девушка проиграла своему парню по физическим параметрам. Ну так условно немного, но на базе этих параметров. Не понимает, что она должна была объективно проиграть! И еще ведь искренне рыдает.
Перетопчется. Девушка Маша может выиграть физически только геев и прочих несуразностей. Настоящих мужчин не сможет по умолчанию!
Ого, а ведь я ее опередил по попаданиям строго в два раза! Причем, надо отметить, больше не она плохо стреляла, а я прекрасно поражал мишень!
Посмотрел на унылую девушку. А взгляды-то она при этом на меня бросает такие лукавые! Еще бы, я ведь выиграл, а, значит, должен ее поцеловать. И только не говорите мне, что девушкам это не по сердцу! Особенно, если парень ей нравится и, по-моему, она собирается за него замуж. Так ведь, а парень совершенно не против⁈
— Я выиграл! = гордо объявил я и поцеловал мою барышню. И ведь девушка, как я и думал, не отстранилась, а, наоборот, охотно в ответ поцеловала меня в губы.
Какое-то время мы молчали, поскольку сложно одновременно целоваться и разговаривать.
Потом она, еще порывисто дыша после долгого поцелуя, сказала:
— А ты отлично стреляешь, не то что я. Воспользовался слабостью девушки, паразит такой!
Опять двадцать пять! Ведь я ей уже говорил, что нельзя физически состязать девушку и парня. Знала. И все равно поспорила. Кто виноват? Конечно, ее парень. Женская логика — это отсутствие всякой логики!
— А ты обалдеть красивая, — вместо этого сказал я, — как это тебя у меня не украли за предшествующие годы, пока я рос в селе?
Маша снова лукаво посмотрела. Мол, такая вот я, только тебя ждала! Потом спохватилась:
— А ведь мне уже почти двадцать шесть! Не стара для тебя? Тебе, я знаю, еще и восемнадцати нет, в армию пока даже не ходил. В общем, детский сад, штаны на лямках.
Якобы отказывается, а сама ожидающе смотрит, волнуется. Не согласится ли он с ней, не бросит ли ее одну ее парень? Смешная такая. Знала бы сколько мне лет в действительности. И вообще, это дело десятое. Главное, я тебя люблю, моя прелестная ижевчанка! Впаспорт же заглядывать не будем, не паспортный стол.
— Да, — согласился я с этой очаровательно прелестной девушкой, посмотрел на ставшее пасмурным лицо, продолжил: — посему требую уже нынче же стать моей женой.
Сказал, глядя на ставшую счастливой Марию:
— Ты удмуртка?
— Д-да, — настороженно ответила она, — но культура у меня русская. И язык родной то же русский. Я совсем не знаю удмуртского.
Понятно, советская пора, когда все советское считалось русским. А удмурты даже в Удмуртии стеснялись своей национальности. Впрочем, с распадом СССР положение изменилось с точностью до наоборот. Тоже мыкались, пока поняли, что и великий русский должен быть, и небольшие национальности не стоит обижать.