Виват, мой генерал!

Стоило выехать за ворота, как стало немного легче дышать. Мышцы все еще крутило, но боль стала терпимой. Я выпрямился в седле, и легко направил коня к разворачивающемуся лагерю. Солдаты уже подняли мой шатер и сейчас расставляли палатки. Кашевары уже развели костры, а вокруг территории ставили заслон из бревен. Сержанты хорошо знали свое дело, так что мне не требовалась кого-то понукать: лагерь становился по всем правилам.
Натянув поводья у самого шатра, шитого из крепкого брезента, а не из бархата, как полагалось наследнику рода, я бросил повод солдату, выставленному в караул.
– Позови Беруа, – приказал коротко, и шагнув внутрь, как был, не раздеваясь, рухнул лицом в кровать. Жесткий тюфяк оказался достаточно плотным, чтобы заглушить мой недовольный, злой стон.
Девка. Угораздило же.
– Мой лорд? – медик, модой клирик, что провел всю жизнь среди книг и склянок, пока я не забрал его к себе, нерешительно мялся у самого входа.
– Помоги подняться, – левая рука подламывалась под веслом доспеха и тела, а силы одной правой сейчас не хватало, чтобы справиться с такой тяжестью.
Клирик подбежал, помогая мне сесть на узкой солдатской постели.
– Что случилось, господин? – лекарь внимательно осматривал меня, хмуря светлые брови. Молодой человек, кажется, опасался, что я успел довести короля Хелдерии, и теперь нам стоит спешно собирать лагерь и отступать, по дороге латая мою шкуру.
– Плечо ломит. Помоги доспех снять. И зелье мне свое дай, успокаивающее.
– Для чего вам зелье? Давно у вас жара воны не было, – тихо, стягивая с меня сюрко, а за ним и кольчугу, уточнил молодой человек.
– Не в том дело, – вдохнув полной грудью, но чувствуя себя не защищенным без кольчуги, буркнул я. Хотелось промолчать, разобраться самому, что с этим делать и как быть. Но Беруа ходил в моем отряде не первый год. Когда в дальних землях воевал, а теперь и здесь, гоняя мятежников из северных баронов. Молчать о таком не стоило, иначе в случае необходимости, лекарь не будет знать, что происходит.
– Девку во дворце встретил.
– Красивая? – придерживая больную руку под локоть и помогая стянуть рубаху, уточнил клирик спокойным голосом.
– Да неважно это, – я скривился. Если бы все дело было во внешности, я бы еще полгода назад женой обзавелся. Та вдовушка из северных земель, что как-то пустила меня на постой в свое поместье, чудо была как хороша. Но в ее сторону, помимо обычного интереса, даже сердце ни разу не дрогнуло. А тут заходится, словно через ребра выбраться торопится. – Зов проснулся.
– Милорд, – лекарь, так и замерев с рубахой в руках, смотрел на меня, вытаращив глаза. – И как же мы теперь?
– А вот это ты мне скажи, клирик.
Были бы у меня ответы, я бы тут не сидел.
 
Глава 4
 
В кабинете были такие важные особы, что у меня едва не подогнулись ноги. Нет, дело вовсе было не в страхе перед их величием, вовсе нет. Я просто разом поняла, что сейчас моя судьба изменится. Но не чай же разливать его величеству меня пригласили!
– Эта? – Жуан Второй, наш хитрый монарх, ткнул пальцем в замершую у дверей меня, глядя на офицера, затянутого в кольчугу и цвета жуткого лорда. Я было выдохнула от облегчения, не заметив самого генерала в кабинете, но быстро поняла, что это ничего не меняет.
– Она самая, – окинув меня внимательным взглядом, словно кобылу на рынке, подтвердил пожилой офицер. – Девка?
– Нет, барышня, – как-то язвительно опровергла княгиня Каврионская, стоя чуть впереди меня словно заслоняя от чужого взгляда.
– Но не леди, – уточнил офицер, и вдруг осклабился. – И не замужняя госпожа. Так что никаких сложностей мы тут не видим. Вы вполне можете откликнуться добром на просьбу моего лорда-рыцаря, а он, в свою очередь, найдет пути, как наладить ваши взаимоотношения с его младшим братом. Да и остальными родственниками. Если вы перестанете покушаться на их жизни.
– Ты смеешь меня в чем-то обвинять? – король откровенно зло рыкнул на весь кабинет.
– Я не посмею, Ваше Величество.
 
– Вы не правы, – княгиня Каврионская, как и обещала, попыталась отстоять мою свободу, хотя я пока и не понимала, что ей угрожает, – то, что Клара не крестьянского происхождения, а из городской состоятельной семьи лавочников меняет дело. Ваш лорд-рыцарь не может забрать ее, словно корову на рынке, по одному своему слову! Это недопустимо.
– Помолчите, тетушка, – Жуан махнул рукой, повелевая женщине замолчать. А я почти видела, как шевелятся его мысли в голове. Он искал выгоду в этой ситуации.
Через несколько мгновений тишины, король тяжело вздохнул и вновь обратился к офицеру:
– Я понимаю, о чем вы говорите. Если у вашего лорда-рыцаря тяга к особо одаренным девам… Но Клара нужна своей госпоже. Пусть ваш господин соглашается на брак с принцессой, а эту девицу получает в свите своей супруги. А что уж он там будет с ней делать по ночам, не мое дело. И дочь у меня достаточна разумная: не станет перечить супругу, если тот управится с долгом перед ней. Выполнит необходимое для появления наследников – и может заниматься чем его душе угодно.
– Это невозможно, – я вздрогнула всем телом и невольно отступила сторону. Как можно было не услышать, когда дверь за спиной отворилась? В дверном проеме стоял генерал. На нем уже не было кольчуги, а был плотный темно-синий стеганый костюм. Мне даже показалось, что волосы его влажные.
Темные глаза, от которых больше не веяло такой жутью. Прошлись по мне и… он улыбнулся! Да, одним уголком губ, но я была уверена, что видела это!
– А, вам стало лучше? – Жоан поднялся из кресла, делая шаг в сторону грозного гостя.
– Прошу простить меня. Старые раны после долгого пути потребовали срочного внимания моего лекаря, – спокойно и с достоинством склонил голову генерал, словно до этого, при всем дворе, не спорил с его величеством.
– Да, ваш капитан нам так и сказал. А еще он сказал, что в качестве гаранта мира, вы хотите забрать нашу Клару!
– Совершенно верно, – спокойно, почти безразлично произнес мужчина
– Присядьте. Вы такого роста, что меня это подавляет. А вы, тетушка, можете нас оставить.
– Но…– княгиня удивленно-возмущенно вздернула брови, однако король махнул рукой, не давая продолжить.
А я вдруг поняла, что генерал, рыцарь-лрорд, меня получит. Как подстилку. Без права голоса и шансов на какое-то будущее. Потому что все мои таланты и ценность, как чародейки в свите принцессы, меркнут в сравнении с угрозой войны.
Чувствуя, что земля уходит из-под ног, я медленно вышла из кабинета. Мне было нужно немного времени. А еще сумка с вещами. Определенно. И как можно быстрее.
**
Золота у меня было совсем мало, всего с десяток монет, но и на них, при должной осторожности, какое-то время протяну. Но лучше лишний раз не показывать, за такое в неприличном месте могут и ножом пырнуть, как поговаривала нянька ее высочества. Еще имелась горсть серебра и небольшой мешочек медяков. За годы службы во дворце удалось скопить не так и много. Находясь в свите принцессы, столуясь с ее дамами, но имея низкую должность, деньги я получала редко, и те на какие-нибудь праздники. Это позволяло не ходить оборванкой, но на том и все. А с другой стороны – я не была слишком избалованна и вполне понимала., как действовать дальше. Пусть я неблагородная, но все же приличная девушка. Не для того я столько лет отбрыкивалась от придворных олухов, чтобы попасть в лапы генерала, словно мотылек в паутину.
Убрав золото за корсаж старенького, потертого коричневого платья, я с тоской глянула на пару красивых нарядов. Нет, это мне собой не забрать. Разве что потом, как все уляжется. Появится шанс вернуться. Король посетует что я сбежала, генерал забудет да выберет другую, более сговорчивую девку и я смогу вернуться. При характере принцессы мое место всегда таковым и останется. Всего-то и надо, схорониться в какой деревушке на пару недель.Главное, родителей не подставлять, там вперворяд искать станут.