Медленное пламя (ЛП)

— Хорошо, — напряженно сказал Тоби.
— Пойдемте. У нас куча еды, — пригласила она. — Я вам все покажу.
Мы последовали за ней, и в тот же момент я посмотрела на Тоби.
Он будто не мог оторвать взгляда от затылка Лоры.
У меня не было возможности поинтересоваться о его состоянии, когда Лора повела нас в небольшую столовую.
Она оказалась права. Еды было много.
— Вау, впечатляет, — заметила я.
— Я никому не позволю уйти из моего дома, не заставив раздуться до размеров того чувака из «Монти Пайтона», который взорвался. Это предупреждение. И это касается не только Рождества, когда моральный долг каждого — есть до тех пор, пока не лопнешь, но даже и во время вечеров просмотра «Супер Майка», которые я устраиваю раз в полгода, — сказала мне Лора.
Я снова рассмеялась.
Она подвела нас к столу, заставленному выпивкой и большими бочками, где охлаждались разные напитки.
— Пиво. — Она махнула рукой в сторону бочки. — И что я могу тебе предложить, Адди?
— Тоже пиво, — ответила я.
Она поставила нашу бутылку вина на стол и, справившись о наших предпочтениях, достала бутылки, открыла их и протянула нам.
— Чехлы для бутылок в конце, — сказала она.
— Это для тебя, — сказал ей Тоби, отдавая орехи.
— О, нет, не может быть! Ура! — воскликнула она, принимая подарок. — Нужно их спрятать. Немедленно! Я сейчас.
Затем она ушла.
Я повернулась к Тоби.
— Ты в порядке?
— Думаю, легкие сомнения, которые у меня оставались по поводу того, что я вел себя с Джослин как колоссальный мудак, скоро исчезнут. Даже я не предполагал, что она такая сука.
— У тебя оставались сомнения?
— Детка, я был колоссальным мудаком.
Как же это похоже на Тоби.
Я прислонилась к нему, и он обнял меня.
— Ты — рождественский герой.
— Как скажешь, — пробормотал он, его губы дрогнули, затем он отпил пива.
— И ты крутой брат Гэмбл.
Его взгляд опустился ко мне.
— Да, ты такой, — твердо постановила я.
— Нужно научиться не зацикливаться на этом дерьме.
— О чем ты?
— Ты зацикливаешься на этом дерьме, которое люди говорят о тебе. Каким дерьмом они тебя кормят. И относятся к тебе как к дерьму. Я зациклился на том, что произошло с моей мамой, на том дерьме, которое люди скажут обо мне, а не на мнении Марго, считающей, что я могу все. Что Дэйв и папа гордятся мной. Даже с Джонни, когда все было в основном хорошо, я зациклился на его закидонах старшего брата, которые меня чертовски раздражали.
— Даже я думала, что его закидоны — это слишком, — поделилась я. — А ты знаешь, как я обожаю Джонни.
— Да, но я всегда знал, кто я и что из себя представляю. К черту мнение других.
Я прижалась к нему теснее.
— Да, милый, к черту других.
Он ухмыльнулся мне.
— О, боже, вы влюблены, — воскликнула вернувшаяся Лора. — Хотела бы я провести остаток ночи после того, как все уйдут, планируя ваши убийства из чистой зависти, если бы вы не были как Джун и Джонни Кэш. Хотя у тебя волосы получше, — сказала она Тоби. — И у тебя тоже, — обратилась она ко мне. — И это о чем-то говорит, потому что те двое умели носить прически.
Она огляделась вокруг и пробормотала:
— Твоя сестра и твой брат — Голди и Курт. На сто процентов. Куда я поставила свой бокал? (прим.: Джун Картер Кэш и Джонни Кэш — американские певцы, супруги; Голди Хоун и Курт Рассел — американские актеры, супруги)
— Нас ты встречала без него, — напомнил ей Тоби.
— Точно! — Она щелкнула пальцами. — Он в другой комнате! Сейчас вернусь.
— Тебе не обязательно нас развлекать, — сказала я.
— Сестра, нам нужно поговорить, — возразила она. — Во-первых, в третью пятницу января я открываю новый год, очевидно, «Супер Майком». Впиши это в свое расписание. Это официальная церемония посвящения для всех в нашей компании, и поскольку второй просмотр состоится не раньше июля, тебе придется прийти на первый. Во-вторых, у моей кузины есть шестнадцатилетняя дочь, которая очень хочет купить машину, поэтому ей нужна работа няни. Она хорошая девочка. Очень ответственная. Ее фото висит на Доске почета. Староста класса. И все такое прочее. Я назначу вам встречу, и ты сможешь с ней пообщаться, и если она понадобится тебе для твоего малыша-милаша, она будет любить меня вечно. В-третьих, ради всего святого, снимите пальто. Бросьте их на кровать в моей спальне. И последнее: мне нужно вино. Сейчас вернусь!
  
Затем она ушла.
— Она меня утомляет, — прошептала я с улыбкой.
— Она чертовски забавная, — громко сказал Тоби.
— Хочешь снять пальто и остаться ненадолго? Или допить пиво и уйти отсюда?
— Тоби! Привет, чувак! — донесся мужской голос из комнаты.
— Снимем пальто. Останемся ненадолго. Ты разубедишь ее насчет няни. Заведешь друзей. А я съем все ее печенье с арахисовым маслом и шоколадом «Хёрши», потому что я все еще не готов отдать ей последнюю порцию наших орехов, и чувствую необходимость вернуть свое, — ответил Тоби, сбрасывая с себя пальто.
Я последовала его примеру.
— Привет! Круто, что ты пришел, — сказал тот же мужской голос, когда Тоби взял мое пальто.
Тоби представил меня. Потом сказал, что ему нужно избавиться от наших пальто.
К нам подошел другой мужчина и забрал их.
Тоби познакомил меня и с ним.
И потом Тоби, во всей своей красоте, крутизне и загадочности, стоял с пивом в руке и собирал вокруг себя толпу, вероятно, даже не осознавая, что делает это. Драгоценный сын Мэтлока, член городской королевской семьи, и просто обычный парень, возможно, один из двоих во всем округе, кто мог бы появиться на рождественской вечеринке и устроить веселье, будто так и должно быть.
И пока он, сам того не зная, делал это, я стояла в его объятиях, потягивая пиво, болтаяс окружающими и размышляя, стоит ли мне сказать ему об этом.
Я решила выбрать подходящее время и подразнить его потом.
И я потягивала пиво в объятиях члена городской королевской семьи, наслаждаясь рождественской вечеринкой.
Будто так и должно быть.
Вечеринка прошла весело.
И я была рада, что мы остались.
Даже если мы там прилично задержались.
Потому что, как я уже говорила, было весело.
А еще потому, что мы уничтожили все печенье Лоры с арахисовым маслом и шоколадом.
Теперь я была рада вернуться домой.
Заняться пещерным сексом с Тоби.
Уснуть рядом с ним.
Проснуться, разобраться с вечеринкой в сочельник, отработать свою смену, а затем приступить к празднованию нашего первого Рождества с Бруксом в Мэтлоке.
С Тоби.
Ладно, мне еще предстояло упаковать несколько подарков.
Но какая уважающая себя мама не ложилась спать допоздна в канун Рождества, упаковывая подарки?
В любом случае, мы с Тоби уже провели вечер, упаковывая подарки.
Он был безнадежен.
Но умело держал пальцем ленточку, пока я завязывала бантик.
Хотя подарки мы заворачивали точно также, как делали все остальное.
В стиле Адди и Тоби.
А значит не под напевы Бинга (прим.: Бинг Кросби — американский певец и актёр, один из самых успешных исполнителей в истории США. Основоположник и мастер эстрадно-джазовой крунерской манеры пения. Известен как первый исполнитель многих «вечнозелёных» джазовых хитов).
А под Rammstein.
Я делала то же, что и Иззи.
Усердно трудилась.
И создала для себя ту жизнь, которую хотела.
Да, было тяжело.
Но до сих пор у меня все получалось.
Серьезно.
— Иисусе, черт.
От прозвучавших слов атмосфера в салоне автомобиля стала угнетающей, прямо перед тем, как Тоби затормозил почти в конце подъездной дорожки.
— Иисусе, черт, — повторил он.
Я перестала смотреть в боковое окно, погруженная в свои счастливые мысли на пути к неминуемым оргазмам, и посмотрела на него.