Алиса! (СИ)
— Зачем? — спросил, вздёрнув бровь, у перепуганной, сидящей на столе девушки.
Сделал разделяющие нас пол шага и вклинился между ног, сопротивляющейся Лисы. Она попыталась отстраниться, отъехав по столешнице назад, но я успел перехватить её за бёдра, возвращая на место и тесно прижимая к себе.
— Зачем? — строже повторил свой вопрос, улавливая её за подбородок.
— Чтобы отпустил. — ответила тяжело дыша, выдерживая мой взгляд.
— Секунду назад ты извивалась в моих руках как кошка и хотела продолжения не меньше моего. — вдавил её в себя, давая почувствовать моё желание.
Глаза Лисы округлились, и она снова попыталась отстраниться, упираясь ладошками мне в грудь. Я позволил ей эту вольность, но лишь для того, чтобы переместить руку с её подбородка, её под юбку, к влажной ткани трусиков.
— Не ври Алиса. — склонил голову на бок, наблюдая за её реакцией.
Подцепил пальцами мокрую ткань и провёл по влажным губам.
— Романов! — зашипела змеёй, цепляясь за мою руку — Пе-перестань. — продолжила возмущаться задыхаясь, когда я проникнул одним пальцем в неё.
Не почувствовав никакой преграды, добавил ещё один палец, на этот раз чуть глубже и не забывая поглаживать набухший клитор.
— Ты возбуждена. — склонился, едва касаясь губ и ускоряя движения пальцев — И близка к оргазму. — отстранился, ловя затуманенный взгляд Дёминой и наблюдая за её попытками удержать стоны в груди.
Сдвинул большой палец выше, так чтобы он не задевал возбуждённый орган, а только дразнил. Медленно вышел из лона, едва задевая возбуждённые складки.
— Я… — жадно вдохнула Лиса так, словно ей не хватало воздуха и всё это время она не дышала.
— Готова была кончить. — продолжил за неё. — Знаю. — растёр оставшуюся на пальцах влагу по её бедру — Ты лишила этого и себя, и меня.
Светлые брови Дёминой сошлись на переносице, губы сжались в тонкую линию, а взгляд начал проясняться.
— Придурок. — буркнула и ещё раз попыталась отстраниться.
В этот раз, я с лёгкостью подался её напору и отступил на пару шагов. В первую очередь для того, чтобы держать себя в руках.
Дёмина спрыгнула со стола, без моей помощи, оправляя задравшуюся юбку.
— Иди к себе, Алиса. — сказал тихо, но уверен, она разобрала каждое слово — И лучше бы тебе не показываться до завтрашнего утра.
Видимо мой тон и мой взгляд взыграли должный эффект, потому как Лисе понадобилось всего пара секунд чтобы сбежать.
Стоило ей только уйти, как руки сами потянулись к полке с коллекционным виски. Уверен, Алиса не высунет носа из комнаты до завтрашнего утра, а значит, у меня есть время подумать.
20
Даже не поняла, как оказалась в комнате. И как кресло к двери придвинула тоже не поняла. Наверное, вот оно, знаменитое состояние аффекта. Для надежности села в кресло, поджимая под себя ноги и зажмурилась, стараясь таким образом отогнать глупые мысли. И сейчас меня заботило совсем не то, что между нами произошло, об этом я подумаю чуточку позже. Сейчас меня волнует то, как он со мной обошёлся. Придурок. Ну точно псих! Кто ещё станет доводить девушку до такого состояния и не давать ей закончить начатое, только ради того, чтобы удовлетворить свое эго? А я уверена, это было сделано только ради этого! Не получил желаемого, не довёл дело до конца и решил таким образом отомстить.
Кстати…с чего это вдруг я стала желаемым для Романова? Сам ведь говорил, что маленькие девочки его не интересуют. Либо он врал тогда, говоря эти слова. Либо же, он был очень и очень пьян. Но в одном он прав. Я хотела ЭТОГО не меньше, чем он. В момент, когда мои ноги обнимали его за талию, а его руку гуляли у меня под юбкой — я готова была отдаться этому психу прямо там, у двери. Ни то что было до, ни то, что будет после, в тот момент меня совершенно не волновало. Я думала только о его руках, губах и о…других частях тела в общем.
В себя я пришла совершенно случайно. Несколько секунд промедления с его стороны, чтобы развязать импровизированный поясок платья и мой затуманенный разум начал приходить в себя. Намеренно сомкнула зубы на его нижней губе, правда не ожидала что прокушу кожу до крови, даже стало немного стыдно. Но ровно до того момента, как его рука оказалась у меня в трусиках!
Стоит только вспомнить об умелых пальцах и их движениях — сразу подкатывает жар к низу живота и мозг напрочь забывает о том, с кем я была в те минуты.
Стараюсь отогнать от себя подальше эти воспоминания, потому как ещё немного и я выйду из этой комнаты, дабы продолжить начатое и не важно, насколько мне потом будет стыдно!
Знаю! Мне просто нужно чем-то себя занять. Не так-то просто это сделать в четырёх стенах без телевизора и других гаджетов, но я постараюсь. Первым делом переодеваюсь и мысленно клянусь себе, что больше ни за что в жизни не надену на себя этот ужас. Закидываю этот траурный мешок подальше, на самую верхнюю полку шкафа и надеваю спортивные штаны с футболкой.
Первым в списке “отвлечься от придурка Романова” значится спорт. Возможно йога, медитация. Никогда раньше этим не занималась, но видела, как “расслабляется” Аська, Славкина подруга, в разных изощрённых позах. До её уровня мне конечно далеко, но что-то вроде “аля спокойная зарядка” — мне удастся осилить.
На пол кинула покрывало с кровати, чтобы было удобней и стала по середине импровизированного фитнес коврика. Подняла руки вверх, чуть прогибаясь назад и после наклонилась вперёд, стараясь дотянуться ладошками до пола. Стараюсь делать что-то пусть и отдалённо похожее на занятие Аськи, но делать. Вроде не плохо получается, хотя я же не вижу себя со стороны…
На самом деле я не железный дровосек и имею некоторое отношение к спорту. Иногда я перебарываю лень, беру себя в руки и хожу на групповые занятия, где мы девочки скачем до потери пульса, только бы увидеть заветную цифру на весах и влезть в старые джинсы. Делаю я это скорее из-за старых джинс, чем из-за цифры на весах. Но делаю. Как и большинство девушек, женщин, стараюсь держать себя в форме, хоть зачастую и скрываю эту форму под оверсайзом.
Двадцать минут спорта меня не особо воодушевили. Наоборот, вспомнился спорт зал на первом этаже дома и мозг сам начал рисовать картинки полуобнажённого Романова на тренажёрах и на ринге…
Брр…Стоп стоп!
Что у нас дальше по списку? Второе и последнее — рисование. У меня ещё осталась парочка чистых листов, так что на пару часов найду чем себя занять. Чуть приоткрываю окно, чтобы проветрить комнату, после своих не очень активных занятий спортом и усаживаюсь за письменный стол, вернув кресло на место. Первое впечатление улеглось и теперь понимаю, что запираться было глупым импульсивным поступком. Было бы не плохо включить музыку для фона или какой-нибудь сериал, возможно передачу, но к сожалению для меня это недоступно. Приходиться быть наедине с собой и творить под собственные мысли.
Чтобы не думать о Егоре, подумала о своей семье. Они наверняка в шоке. И будут в ещё большем недоумении, когда я вернусь домой без “любви всей своей жизни”. А ещё я соскучилась. Просто безумно скучаю по каждому, особенно за Юликом, интересно, сколько бед она натворила за время моего отсутствия? Ставлю на три, не меньше!
— Ерунда какая-то… — прошептала, гладя на то, что получилось.
С листа бумаги, на меня с прищуром смотрел незаконченный портрет Романова. За своими мыслями о семье, даже не заметила, как начала рисовать его портрет. Работа была не окончена, но и сейчас было понятно кто изображен на бумаге. И это просто ужасно! Я, даже не думая о нём, думаю о нём! Нет, с этим определённо нужно что-то делать. Например, просто уйти отсюда, потому что я даже не представляю к чему это может привести и какие будут последствия.
Теперь, мысль попросить помощи у родителей или у дедушек кажется мне очень даже разумной. Осталось только решить, что для меня важнее. Собственные страхи и переживания или же обманутое доверие семьи?
21
Шесть утра. Пришлось завести будильник на целых шесть утра! И всё ради того, чтобы застать Романова дома и попросить у него телефон. Сперва, я подумала, что хорошей идее будет попросить телефон у бритоголового Лёлика или Болика, что дежурят во дворе. Но потом поняла, что если уж они со снеговиком мне не помогли, то и с телефоном от них помощи ждать не стоит. Оставался один единственный выход — Егор. Вчера мне действительно не хотелось попадаться ему на глаза и поверьте, не потому что я боялась его, а потому что боялась себя.