Практическое руководство по злу (СИ)

— Тебе следует поработать над своей вербовочной кампанией, дорогой, — усмехнулась Королева. — В данный момент я чувствую себя немного несговорчивой.
Глаза Блэка посуровели.
— Ваш флагманский корабль потоплен. Большинство ваших лейтенантов мертвы. Ты стоишь на коленях на полу в самом центре места, олицетворяющем твою власть, —пробормотал он. — Чтобы добиться этого, мне потребовалось лишь четыре человека и вёсельная лодка, Пират. Ты спросила меня, к чему я клоню? Я сказал. Не заставляй меня повторяться.
— К дьяволам это, и тебя туда же, — улыбнулась Королева Пиратов. — Я не поднимаю имперский флаг, и я железно уверена, что не собираюсь подчиняться приказам из Башни. Делай всё, что в твоих силах, парень — я смеялась в лицо более суровым людям, чем ты.
Глаза Чернокнижника вспыхнули огнём, и темнокожий мужчина шагнул вперёд, но Блэк поднял руку, останавливая его.
— Вы называете себя Королевой пиратов, но я заметил, что ваши команды иногда называют себя корсарами, — сказал Чёрный Рыцарь.
— Ты пытаешься надоесть мне до смерти, Рыцарь? Я дам тебе очки за оригинальность.
— В отличие от пиратов, известно, что корсары иногда действуют с официальной санкции, — сказал Блэк. — Не как часть национального флота, а как… своего рода вспомогательные средства.
Королева пиратов с сомнением посмотрела на него.
— Если мы совершаем набег не на Праэс, тогда на кого?
— К концу недели в Вольных Городах разнесётся весть о том, что с пиратской угрозой покончено, — холодно улыбнулся Блэк. — Я ожидаю, что торговое судоходство на Талассину вскоре возобновится.
— Пф, гениальный план, — присвистнула Королева. — Разве они просто не сбегут снова, когда я начну брать их на абордаж?
— Нет, если ты тронешь лишь несколько кораблей в месяц, — сказал Блэк. — Конечно, рискованный бизнес, но найдётся достаточно тех, кто считает, что выигрыш того стоит. Империя Ужаса, конечно, получит долю в обмен на право действовать в своих водах.
— Так ты хочешь, чтобы мои корабли были на привязи, не так ли? — усмехнулась пират. — А если я скажу — нет?
Зеленоглазый мужчина положил лезвие плашмя на колени.
— Это ваша прерогатива.
Последовала долгая минута молчания, пока королева обдумывала это предложение. Вздохнув, она, наконец, плюнула на ладонь и протянула её мужчине, стоявшему перед ней. Блэк плюнул в свою, не моргнув глазом, игнорируя её ребяческую попытку раздавить его пальцы при пожатии. Он поднялся.
— Женщина по имени Писец придёт завтра, чтобы обсудить детали соглашения. Приятного вам вечера, — сказал Рыцарь, убирая меч в ножны. Он направился к двери, но прежде чем он успел переступить порог, королева окликнула его.
— Рыцарь, — спросила она. — Если бы я сказала «нет», что бы ты сделал?
— Использовал бы твою голову в качестве подставки под ноги, когда делал то же самое предложение твоему заместителю, — ответил Блэк, даже не потрудившись повернуться, когда выходил из тронного зала Королевы Пиратов.
Не было никакого медленного перехода между сном и бодрствованием. Я только что была там, и вот я снова в себе. Скатившись с простыней, всё ещё уставшая, проковыляла через комнату к окну. Судя по солнцу, рассвет наступил несколько колоколов назад. Схватив с сиденья одеяло, я завернулась в него, но обнаружила, что оно никак не спасает от холода. Вероятно, он шёл не снаружи.
Тихо выдохнув, я уставилась на раскинувшиеся внизу сады и обдумала сон Имени, от которого только что проснулась. Прошло много времени с тех пор, как у меня в последний раз был такой. Я уже много лет знала, что Блэк разбирался с пиратами, базировавшимися на Безбрежных островах, после того, как Императрица взошла на трон, но то, что в этом был замешаны Именованные, не было общеизвестным.
 
Учитывая, что пираты сначала пришли с флота праэс, разбитого Талассократией, то, что их в итоге заставили вернуться на имперскую службу, было чёрной насмешкой. Конечно, этот сон приснился мне не из-за урока истории. Мне предстояло принять решение.
Разбойник, к настоящему времени, должен был иметь пленников из Тёмных Гильдий. Если бы там были какие-нибудь Воры, мне пришлось бы их освободить, но ещё оставались Контрабандисты и Убийцы. Несколько месяцев назад я думала ликвидировать Гильдию Убийц. Ещё до того, как Крыса изложил связанные с этим логистические трудности, я немного побеседовала на эту тему с Императрицей. «Бессмысленно», —охарактеризовала она всё предприятие.
Я и сейчас не соглашалась с ней. Была разница между горсткой разбросанных по всему Кэллоу мужчин и женщин, которые убивали за деньги, и организованной гильдией. Единственное, в чём она, возможно, была права, заключалась в том, что количество времени и ресурсов, которые мне пришлось бы потратить на это, намного перевешивало выгоды, которые можно было бы получить, а именно отсутствие проклятой банды наёмных убийц на моей родине.
С тех пор, как мы с ней поговорили, ситуация изменилась: тогда всё, о чём, мне приходилось беспокоиться, — это о заговоре Наследницы на юге. Теперь же у меня были другие дела, кроме гильдии, которая убивала на моей территории меньше людей, чем дорожно-конные происшествия в год.
Моё Имя побуждало меня сделать их вассалами. К тому же довольно прямолинейно. Я сжала и разжала пальцы. Это было не то решение, которое я была готова принять, прежде чем посмотреть одному из них в глаза. Я отвернулась от окна. Сначала завтрак, а потом шоу. Хакрам уже должен был всё организовать.
☠
— Знаете, это не изобретение Праэс, — сказал Адъютант.
— Ха, — сказал я. — Это удивительно. Они единственные, кто этим знаменит.
Солнце растопило все следы инея, оставленные нашим переходом на площадь Фэрфаксов. Хотя их всё равно никто не смог бы увидеть: площадь была забита жителями Лауэра. Хакраму пришлось расставить глашатаев на углах улиц, чтобы организовать явку, поскольку просто прибивать пергаменты, объявляющие об обязательном присутствии, было бы в значительной степени бессмысленно.
Подавляющее большинство людей в столице не умели читать, и это был один из самых образованных городов в Кэллоу — некоторые из Фэрфаксов поощряли стипендии, хотя и не до такой степени, чтобы финансировать академии, как это было в некоторых княжествах Принципата. Пожалуй, такие расходы не были оправданы, когда Легионы могли в любой момент двинуться на Саммерхолм.
Для толпы такого размера — только на площади было около двадцати тысяч человек — было невозможно молчать, но это было тихо. Появление моих легионеров было настолько внезапным, что никто толком не знал, как реагировать.
— Миезаны привезли его с собой через море, — сказал мне Хакрам. — Это было наказание для буйных рабов.
Высокий орк стоял рядом со мной, так что я могла видеть недовольство на его лице, когда он говорил. Учитывая, что орки были очень популярными рабами в империи Миезан, я догадывалась, почему.
— Итак, когда Торжествующая использовала его, это имело… последствия, — пробормотала я.
Адъютант воздержался от добавления "пусть она никогда не вернется", хотя его рука дёрнулась, когда он подавил рефлекс поднести костяшки пальцев ко лбу.
— Я говорю тебе это, потому что Верховные Лорды подумают, что эта часть послания — для них, — сказал орк.
Я молча кивнула. Мы оба наблюдали, как люди Наука тащили узурпаторов к высоким деревянным крестам, которые мы установили посреди площади. Сатанг выглядела оцепеневшей, но Мурад боролся с парой легионеров кэллоу, заставлявших его двигаться. Один из них потерял терпение и ударил рукой в перчатке по губам, из-за чего пошла кровь. Двух праэс подняли на крест, а затем орк достал железные шипы и молот. Хриплый крик Сатанг заполнил площадь, когда легионер пригвоздил её первое запястье.