Практическое руководство по злу (СИ)

— Прямо сейчас у меня есть враг в Льесе, который думает, что одной лишь волей и безжалостностью она вернёт Праэс в золотой век, которого никогда не было, — сказала я. — В глубине души я не беспокоюсь о ней, потому что, даже если она утверждает, что это я иду против течения, она в это время борется с приливом.
Я отломила кусочек сдобы и отправила его в рот.
— Прошлой весной маленький мальчик подарил орку венок из цветов. Прямо сейчас в Империи происходит нечто, недоступное любому из нас, — сказала я. — Малисия и Блэк думают, что они контролируют это, но я не думаю, что это можно контролировать. Они смотрят на историю, когда важны люди, которые её рассказывают. Они хотят, чтобы я была частью созданной ими машины, но я не думаю, что это моя роль.
— Тогда какова твоя роль? — тихо спросила Лучница.
— Когда герои и злодеи устроят свару во имя Судьбы, — заговорила я спокойным и размеренным тоном. — Когда они попытаются силой затащить нас туда, где мы были, с Хором за спиной или воинством какой-нибудь воющей Преисподней — я убью их всех. Всех до единого.
Лучница тихо рассмеялась.
— Ах, Обретённая, пробормотала она. — Я ошибалась насчёт тебя — ты совсем не скучная. Ты такая же сумасшедшая, как и все мы.
Я посмотрела на небо. Ночь умирала.
— Пей, Лучница, — сказала я. — Приближается рассвет, и у нас есть бог, которого нужно ограбить вслепую.
  
Том III / 014 : Уловка
 
— Я не могу победить вашу команду героев, это правда, но что, если бы ещё восемькоманд тоже жаждали моей крови? Ха! Что бы вы сделали, выстроились в очередь? — Император Ужаса Раздражающий, Странно Успешный
Я лишь бросила один взгляд на Поля Венда и стала ругаться на языке мтетва. В нижнем миезане просто не было того регистра чистой злобы, который был у языка сонинке. Миля ледяных глыб лежала у моих ног, их разная высота и хаотичные покачивания в воде наполняли воздух звуками столкновений каждые несколько ударов сердца. Именованная или нет, если бы я застряла между двумя из них, я была бы грудой сломанных костей в форме женщины. Я действительно надеялась, что пророчество лжи сработает, потому что, если этого не произойдёт, Хакраму потребуется много времени, чтобы найти все окровавленные куски того, что останется от моего тела.
— Тебя прокатили с ареной, — весело заметила Лучница. — И это уже не смешно.
— Я заметила, спасибо, — раздражённо ответила я.
Единственной спасительной благодатью Полей было то, что неровный рельеф мог облегчить укрытие, когда Герцог Жестоких Шквалов начнёт обрушивать на мою голову полтора шторма. Я была очень, очень рада, что решила не надевать доспехи — я не была настолько хорошим пловцом, чтобы не пойти в них сразу же ко дну, если бы поскользнулась. Моя броня была починена слугами и приготовлена для меня, но вместо неё я выбрала кое-что полегче: серые брюки спускались к паре хороших сапог такого же оттенка, подобных тем, что надевала на маскарад, поверх них был толстый камзол до колен.
После последних нескольких стычек с фейри я поняла, что броня лишь замедляет меня. Меч на моём поясе лежал удобно, рукоять была скрыта моим обычным плащом. Я мало использовала эту одежду и её предположительно устойчивые к заклинаниям способности с тех пор, как Блэк подарил её мне, но сегодня был подходящий день, чтобы принять дополнительные меры предосторожности.
Мы вчетвером отправились в экипаже на дуэльную площадку и обнаружили, что там нас ждёт целая толпа. Присутствовало больше фейри, чем на маскараде, хотя, судя по всему, они по-прежнему все были аристократами. Прежде чем стать занозой в моей заднице, Лучница нашла время, чтобы незаметно указать на тех фейри, которых она засыпала пророчествами прошлой ночью. По крайней мере, у одного из них свиток был при себе, и он лениво поигрывал им, наблюдая за нами. Будет ли этого достаточно? Я понятия не имела. Амулет очарования Масего был надёжно спрятан под камзолом, и, когда я прибыла, меня встретило море пустых лиц, впрочем сразу же оживших.
 
Я не могла знать, означало ли это, что они купились, но в любом случае отступать было слишком поздно. Толпа без особых усилий расступилась перед нами, пока мы не подошли к самому герцогу. Я внимательно посмотрела на него. Ублюдок был в доспехах, в отличие от меня. Броня состояла из чего-то, казавшегося настоящим серебром, — хотя я не была настолько глупа, чтобы надеяться, что металл будет таким мягким, — и накидка из голубого шёлка, усеянная бледными морозниками. На боку у него висел украшенный драгоценными камнями фальчион, но щита не было. Маг, подумала я. Свободная рука необходима для произнесения заклинаний.
Это была своего рода хорошая новость: это означало, что он не мог просто управлять ветрами с помощью мысли. Возможно. Полагаясь на это предположение, я могла бы просто погибнуть, так что мне придётся сражаться так, как если бы он мог, пока не будет доказано обратное.
Фейри, которую я встречала раньше, Леди Трескающегося Льда, плавно встала между мной и Герцогом.
— Поскольку все прибыли, — улыбнулась она, — мы можем начать процедуру. По приглашению Герцога Жестоких Шквалов я буду выступать в качестве официального свидетеля. У леди Марчфорд есть какие-нибудь возражения?
— Ни одного, — сказала я.
— Это приятно, — сказала она. — Как обычно, я должна спросить вас, может ли обида между вами быть разрешена каким-либо другим способом?
— Нет, — небрежно произнес Герцог Жестоких Шквалов.
— Он мог бы встать на колени у моих ног и молить о пощаде, тогда я подумаю об этом, — предложила я.
Порыв ветра резко взвился вокруг нас, когда аристократ фейри с ненавистью посмотрел мне в лицо.
— Не нравится такой вариант? —я задумалась: — Тогда это будет «нет».
— Очень хорошо, — сказала Леди Трескающегося Льда, в её голосе звучало веселье. — Условия, установленные оскорблённой стороной, были: смерть или капитуляция.
— Я отзываю решение о капитуляции, — выплюнул герцог.
— Это совершенно не по правилам, — нахмурившись, сказала Леди.
— Я позволю это, — пожала я плечами. — В любом случае, я не собиралась принимать его сдачу.
— Поскольку обе стороны согласны, принимается, — уступила Леди. — Участники должны пробраться к центру поля Венда и встать каждый на своём краю. Дуэль начнется, когда синий свет над вашими головами рассеется.
Я взглянула на Поля. То, что она назвала центром, было достаточно легко найти: это был самый высокий из ледников, увенчанный идеально круглой платформой около сорока футов в диаметре. Над ним уже парил сияющий голубой шар. Я наблюдала за ледниками вокруг, улавливая движения: оставаться на ровной поверхности с кем-то, кто управлял ветром, было смертным приговором. Дальний бой не был моей специальностью, но если я хотела прожить достаточно долго, чтобы добраться до ближнего боя, мне нужно было какое-то прикрытие. Хакрам хлопнул меня по плечу.
— Искупайся в их крови, Кэт, — сказал он.
— Таков план, — ответила я.
Я бросила взгляд на двух других.
— Если тебе придётся умереть, — сказал Лучница, — умри ярко.
Я бы согласилась на «удачи», но это было не совсем в её стиле.
— Убей его быстро, — сказал мне Масего. — У меня есть эксперименты, которые не следует оставлять без присмотра слишком долго.
— Я тоже тебя люблю, — одними губами произнесла я в ответ.
Повернув плечо, чтобы размять его, я начала свой путь к центру ледника. Время выяснить, может ли магическая сила лжи убить фейри.
☠
На ледниках было достаточно снега, чтобы путь не был слишком скользким. Я была более уверена в своих ногах, чем положено смертному. Не могла вспомнить, когда я в последний раз спотыкалась или поскальзывалась, хотя даже до того, как стала Оруженосцем, я не была склонна к неуклюжести. Наверное, потому что я была невысокого роста, — с грустью призналась я. Нет необходимости приспосабливаться к растущим конечностям, если они остаются той же длины.