Практическое руководство по злу (СИ)

— Знаешь ли ты, девочка, что я однажды поклялся, что если у твоей хозяйки будет ребёнок, я скормлю его ей? — лениво сказал он.
— Владычица Озера не из тех, кто любит детей, — ответила Лучница со своей фирменной дружелюбной улыбкой. — Она предпочитает украшения.
Я, конечно, восхищалась мужеством, стоящим за разговором с бессмертным существом, у которого вместо глаз была ночь, но сильнее было желание придушить её прямо сейчас. Мы не издеваемся над монстром, Лучница. Не на его территории. О Боги, неужели люди, ответственные за меня, чувствуют то же самое? Баланс между потрясением и впечатлением был чудесным образом уравновешен. Как Блэк до сих пор не прикончил меня?
— Хотя я уверен, что у вас с Леди Озера яркая история, — сказал Адъютант, — но мы все здесь под знаменем Леди Марчфорд.
Было печально осознать, что нашей в группе самым близким к дипломатии оказался орк. Я зевнула почти оскорбительно фальшиво, чтобы изменить направление разговора.
— Увы, я всего лишь слабая хрупкая молодая девушка, и путешествие утомило меня, — сказала я. — Двор далеко, ваше Королевское Высочество?
— Ах, я забываюсь, Леди Обретённая, — сказал Принц. — В конце концов, вы хорошо известны своей… слабостью. С моей стороны было нехорошо медлить.
В этом единственном слове было достаточно яда, чтобы отравить колодец. Я была неохотно впечатлена.
— Не стоит извинений, — сухо ответила я.
— Если вы и ваши слуги последуете за мной, я отведу вас во Двор, — сказал одноглазый фейри, его лошадь без подсказки перешла на рысь.
Мы последовали за ним, и я жестом подозвала Лучницу поближе. Она наклонилась ко мне.
— Я думала, что весь этот мотив смены времён года означает, что фейри возрождаются, когда их Двор снова появляется, — тихо сказала я. — Как дешёвая версия реинкарнации.
— Так и есть, — согласилась она.
— Тогда у него даже сейчас нет глаза, потому что…
Она кивнула.
— Каждый раз? — прошептала я.
— Ей нравится кольцо, — пожала плечами Лучница.
Тот, кто первым сказал, что люди чем старше, тем безумнее, явно был в чём-то прав.
Прошло совсем немного времени, прежде чем мы добрались до Тихого Двора, хотя я предполагала, что это было не потому, что он был так близко. Более того, всё в Скейд было близко, если вы находились достаточно высоко в пищевой цепочке фейри. Принц Сумерек был королевской крови, если титул был каким-то указанием, но что именно это означало, я не была уверена. Был ли он родственником короля? Я не была уверена, могут ли фейри вообще иметь детей, если они не рожают их от смертных.
Тихий Двор представлял собой низкое квадратное здание с фасадом из декоративных колонн из зеленого дерева и голыми каменными ступенями. Через арочный вход я могла видеть внутренний двор, в честь которого он был назван, — нетронутый сад со свежевыпавшим снегом. Когда мы прибыли, дюжина слуг в синих одеждах уже стояла на коленях снаружи, и никто из них не осмеливался поднять глаза. Насколько я могла видеть, они даже не отразились в глазах принца.
— Я надеюсь, что ваш отдых будет мирным, — сказал фейри с волосами цвета воронова крыла.
Ах, подразумеваемые угрозы, брошенные в наш адрес кем-то, кто мог бы так легко убить меня. Он заставлял чувствовать себя здесь как дома. Принц бросил взгляд на Лучницу, затем двинулся дальше.
— Я увижу вас всех завтра во Дворе, — добавил он. — До встречи, Леди Марчфорд.
— С нетерпением жду этого, ваше Королевское Высочество, — ответила я, имитируя энтузиазм.
Принц Сумерек ускакал, не оглядываясь, оставив нас и слуг одних. Они всё ещё стояли на коленях, поэтому я откашлялась.
— Итак, — сказала я. — Насчёт комнат.
Они поднялись, и когда я вгляделся в них, то увидела, что они были… в замешательстве: не боялись, но не знали, что им делать. Они не привыкли принимать гостей или, может быть, смертных.
— Я управляющая этого двора, Освящённые, — сказала женщина-фейри, кланяясь перед нами. — Мы польщены вашим присутствием и приготовили комнаты для вашего досуга.
 
Я подумала о том, чтобы спросить её имя, но сдержалась. Нет, не стоит слишком увлекаться: я могу случайно попасть в историю. Я посмотрела вниз на свои доспехи, которые, к сожалению, были полны дыр в тех местах, где люди рискнули нанести мне удар, затем на такие же изуродованные пластины Хакрама.
— Я бы не отказалась вздремнуть и принять ванну, — сказала я. — А как насчет остальных?
Подмастерье наклонился вперёд на своем коне.
— В этом дворе есть библиотека? — спросил он.
Что ж, приятно видеть, что у него всё ещё оставались свои приоритеты. Я клянусь всеми Преисподними, что если бы Масего приземлился на дно моря, первое, что он спросил бы у мерманов, есть ли поблизости какие-нибудь книги.
— Так и есть, Освящённый, — сказала управляющая. — Мэйв может отвести вас туда, если вы так желаете.
Мэйв, судя по всему, была очень хорошенькой служанкой с низким вырезом, которая сейчас призывно улыбалась Подмастерью. Другой слуга глянул на неё, затем на Масего, и его лицо стало грозным. «Что ж, —размышляла я. — Если и был кто-то среди моих спутников, с кем я могла чувствовать себя в полной безопасности и не ввязалась бы в какой-нибудь смертельный любовный треугольник фейри, то это был Подмастерье». Масего осторожно слез с лошади и сразу же направился внутрь, жестом приказав слуге следовать за ним.
— Увидимся позже, — крикнула я и вздохнула. — Кто-нибудь, поставьте эту лошадь в стойло. Мы одолжили её.
— Я бы не отказался вздремнуть, — признался Хакрам. — Такое чувство, что я не спал несколько дней.
Были приличные шансы, что так и было.
— Тебе тоже следует принять ванну, — подбодрила я.
Орк сморщил нос.
— Я умылся в реке, когда мы возвращались в Марчфорд, — сказал он.
— От него пахнет кровью и потом, — прокомментировала Лучница. — На самом деле, это довольно мило.
— Видишь, Лучнице нравится, как ты пахнешь, — сказала я ему.
Он недовольно хмыкнул, но молча согласился с этим, отстранившись, когда Именованная повернулась, чтобы посмотреть на меня.
— Что это должно было значить? — спросила она.
— Ты живешь в лесу, и я видела тебя только в одном наряде, — честно ответила я.
— Ты могла бы вытащить меня из него, если бы вежливо попросила, — подмигнула она.
— Мы уже говорили об этом раньше, — сказала я, спешиваясь и передавая поводья слуге.
— Увы, — вздохнула Лучница, делая то же самое.
Мы вошли внутрь, остановившись на пороге. Не было слышно ни звука. В городе всегда есть шум на заднем плане, люди разговаривают, работают или сотни различных устройств, которые поддерживают уровень шума. Даже в поле вы слышите зверей, ветер, журчание воды. Здесь же была только тишина, такая абсолютная, что звук моего дыхания казался чьим-то криком. Тихий Дворик, ха. К этому нужно привыкнуть. Шаги слуги, ведущего нас в покои, тоже были беззвучны, и всё это заставляло меня чувствовать себя настолько неуютно, что я ощутила необходимость нарушить эту тишину.
— Так что это за привычка приставать ко всему, что движется, — сказала я. — Ты понимаешь, что даже если ты появишься голой в постели Масего, он, скорее всего, спросит, откуда у тебя шрамы, чем что-либо ещё, верно?
— Нет, мне просто нравится трахаться с ним, — призналась она с усмешкой. — Он так смущается и обижается.
— Я не хочу, — сказала я, — а ты продолжаешь предлагать.
— Дважды — это не так уж много, — сказала она, закатывая глаза. — И все же, позвольте мне сформулировать это так. Как ты думаешь, Оруженосец, сколько ты проживёшь?
— Я злодей, — сказала я. — Так что теоретически вечно.
— Я не просила Манифест Зла, — сказала она. — У нас были злодеи в Убежище, я знаю их речи. Как ты думаешь.
Я пожала плечами.
— Если я переживу следующие несколько лет, может быть, ещё двадцать после этого? Как мне кажется, это зависит от того, какое противодействие я в конечном итоге получу.