Практическое руководство по злу (СИ)

— Полагаю, было бы слишком просить тебя быть осторожной, — сказал рыжеволосый.
— Боюсь, не та девушка для этого, — улыбнулась я.
Он глубоко вздохнул и положил подбородок мне на плечо. Легонько поцеловал меня в шею и отошёл.
— Постарайся хотя бы не дать себя убить, — приказал он.
— Центральная часть моего плана, — сообщила я ему, а затем быстро поцеловала.
Я повернулась к Подмастерью.
— Хорошо, Масего, — сказала я. — Начнём.
Последнее, что я увидела, был указательный палец, направленный ко лбу, прежде чем темнота поглотила меня.
  
Том II / 026 : Поиск
 
— Злодей должен строить планы с пониманием того, что всё, что вы можете себе представить, пойдет не так, а затем и некоторые другие вещи тоже. — Императрица Ужаса Регалия
Я упала на землю с грохотом и полудюжиной выкрикнутых проклятий. Мое падение подняло облако чего-то похожего на темную пыль, густую и приторную. Я застонала и перевернулась, поморщившись, так как, очевидно, погружения в сон с Именем было недостаточно, чтобы моя нога не чувствовала себя так, как будто она прошла несколько раундов с разъяренным огром. Протерев глаза от пыли, я взглянула наверх: насколько хватало глаз, небо было затянуто тучами, темными и мутными. Кстати, облака прямо как перед бурей. Я сумела подняться на ноги с минимальным желанием закричать, пытаясь сориентироваться и отдышаться. Казалось, меня окружала бесконечная пустошь из пепла и пыли.
— Честно говоря, я не уверена, что это лучше, чем болото, — поморщилась я.
В прошлый раз были какие-то ориентиры, что-то вроде обратной башни, где Добрая Близнец держала свою самодовольную задницу на стуле. Но сейчас? Никаких признаков строений в поле зрения. Легкий ветерок, словно теплое дыхание, пронесся над равниной, перемещая дюны пепла и пыли в постоянно меняющихся узорах.
Кроме этого жуткого шепота, не было слышно ни звука. Я проверила свой пояс и увидела, что мой меч все еще на боку. Уже лучше, чем в прошлый раз.
Моя броня, с другой стороны, была заметно менее ухоженной. Блэк как-то сказал мне, что Роли реагируют на то, как ты думаешь о своем Имени, а не на то, кем ты являешься на самом деле. Герои были поразительно красивы, а героини — исключительно красивы, потому что именно так они и ожидали выглядеть. С другой стороны, красивые злодеи могут стать уродливыми в течение нескольких месяцев, если они будут думать о своем Имени как о пугающем. На других эффект был более тонким. Говорили, что Чернокнижник перестал стареть в расцвете сил, Малисия — на пике своей красоты, а мой учитель не изменился ни на йоту с того дня, как стал Чёрным Рыцарем.
То, что я думала о себе через призму своего Имени, не сильно отличалось от того, какой я была всегда. Однако, похоже, это включало в себя немного неухоженную броню — возможно, это изменится, если я перестану позволять Хакраму полировать ее для меня. Я бы заглянула под свой акетон, чтобы проверить, не змеится ли по моей груди длинный шрам, подаренный мне Уильямом при нашей первой встрече, но для этого пришлось бы расстегнуть доспехи. Не стоит беспокоиться, решила я. Я ожидала, что к этому времени что-то произойдет, что угодно, но похоже это видение было скучным. Я вздохнула и направилась на север через пустошь, выбирая направление наугад.
Мой шаг был медленным, но устойчивым, пульсация в ноге никогда полностью не исчезала. Сколько я шла, сказать не могу: может быть, часы или дни. Здесь ничего не менялось, и чем дольше я двигалась на север, тем больше мне становилось не по себе. В прошлый раз я была не в себе несколько дней, и хотя я не думала, что принуждение аспекта, столь близкого к проявлению, займет столько времени, я не могла позволить себе прохлаждаться так долго. Масего упомянул, что демон может вмешаться, и хотя я была уверена, что смогу справиться с ним в своей собственной душе, мне пришло в голову, что, возможно, никакой борьбы вообще не будет.
 
Может быть, он просто не даст мне проснуться, пока Марчфорд горит, а один из его дьяволов не разорвет мне горло.
Я вздрогнула, хотя лоб у меня был мокрый от пота. Демоны не должны были быть мыслящими существами, в отличие от смертных и старых дьяволов. Они могли имитировать речь, как это делала… тварь, служившая привратником Башни, но это было не более чем имитацией. Они не были рождены Творением, и поэтому все, что возникло из него, было выше их — по крайней мере так указывал Дом Света. У них был разум, которого мы не понимали, как и они не понимали нас. Это всегда было тем, что разоблачало их в историях: упущенная деталь, маленькая ошибка, возникшая из-за их неспособности по-настоящему понять, что значит быть живым. Эти мысли не давали мне покоя во время моего одинокого похода, и хотя я знала, что это паранойя — верить, что растущий страх был посеян во мне, я должна была задаться вопросом… это то, что оно хотело, чтобы я думала?
Первый перерыв в зловещей монотонности произошел не как прерывание, как таковое. Взобравшись на дюну пепла, я заметила, что на ее вершине что-то зарыто. Клочок кожи, похоже, искореженный, словно от сильного жара. Осторожно держа руку на мече, я разброасала вокруг него пыль. Не клочок, а сапог. С ногой, все еще в нем. Я начала копать всерьез, выкапывая то, что казалось человеческим трупом. Плоть и доспехи сильно расплавились, но серебряную чешую я узнала бы где угодно: это был наемник, один из Серебряных Копий. Нахмурившись, я посмотрела на небо.
— Гигантское кладбище, да? — Я вздохнула. — Лучше бы больше не было этих ублюдочных зомби.
Я двинулась дальше, отрубив трупу конечности на всякий случай. Эта первая находка, похоже, была каплей, переполнившей вазу, потому что теперь я каждые несколько мгновений находила мертвое тело. Сначала Серебряные Копья, воины и катафрактарии, вечно скакавшие на своих изрубленных скакунах под пеплом, но в конце концов мне стали попадаться легионеры. Мужчины и женщины Двенадцатого, которые погибли, когда я помешала Одинокому Мечнику в Саммерхолме. К тому времени, как я наткнулась на первую из своих, я уже приготовилась к этому. Девушка из сонинке, ее труп не настолько иссох, чтобы скрыть рану от меча, разрубившую ее голову пополам. Мои пальцы сжались в кулак, и я стиснула зубы.
— Я ходила по полю битвы, когда кровь была еще свежей, — сказал я небу. — Тогда я даже не вздрогнула. Неужели ты думаешь, что я вздрогну сейчас?
Ответа не последовало, хотя я его и не ожидала. Я продолжила движение. Это не должно было меня удивить, но удивило, когда я нашла труп Нилина. Плоти не осталось, кости почернели, как на погребальном костре, но знаки старшего трибуна на доспехах выдавали его личность. Изгнанный Принц и Паж лежали перед ним, сплетя кости рук в болезненном объятии.
— Я знаю, что это была моя вина, — призналась я. — Я беру на себя ответственность за это, даже если никто не обвиняет меня. И вс же…
— О, скоро мы сравняем счет, — ответил кто-то.
Пепел под ногами вспыхнул, и тонкое острие меча едва не пронзило мне горло — я отшатнулась, опершись на отставленую назад ногу, и мой меч покинул ножны с металлическим звоном. Мой двойник сидела с самодовольной ухмылкой в пыли, где она, по-видимому, наполовину зарылась, ожидая меня. Это было знакомое зрелище. Старая версия меня, с розовым шрамом через нос и лицом, закаленным годами войны. Она носила обычную кольчугу вместо моего личного доспеха, ее стандартный меч блестел во мраке, даже когда был покрыт пеплом.
— У меня было предчувствие, что в какой-то момент я столкнусь с тобой, — проворчала я. — У меня такое чувство, что заколоть тебя снова будет самой приятной частью этой маленькой прогулки.
Ее улыбка стала шире, и она стряхнула пыль, поднимаясь на ноги.
— В этом нет необходимости, Кэт, — возразила она. — Теперь мы друзья. Мне нравится то, что ты сделала с этим местом.
— Конечно, — пробормотала я. — А еще ты сказала, что в прошлый раз мы не будем драться, и посмотри, чем это кончилось.