Практическое руководство по злу (СИ)

Легат Верес замолчала, как только мы вошли, и перевела взгляд на меня. Три других человека в комнате сделали то же самое через мгновение. Коммандер Хун была примерно среднего роста для огра, что все еще значало, что ей приходилось неловко сгибаться, чтобы не удариться головой о потолок. Спокойная безмятежность в ее глазах контрастировала с грубым выражением ее лица, намекая на проницательный ум, скрывающийся за ним. Хун Эгельдотир была капитаном Тигрового Отряда еще в Колледже, и ее очень рекомендовали мне Верес и Хакрам. Рядом с ней, постукивая пальцами по камню, стоял коммандер Наук. Он послал мне веселую улыбку, подтолкнув одну из фигур рыцарей на полдюйма вперед, когда Верес не смотрела. О, это сведет ее с ума, когда она это заметит. Наук был, подумала я, немного ублюдком. Но он был моим ублюдком, и это все меняло.
Если командир орков был моим созданием, то нельзя было отрицать, что штабной трибун Айша Бишара принадлежала Верес. Заполучить бывшего тагребского капитана в свой штаб было пока единственной услугой, о которой просила меня мой легат. Я поставила себе целью довести дело до конца: чем глубже в моих долгах будет Верес, тем лучше. Кроме того, она была слишком профессионалом, чтобы обращаться с такой просьбой, если не считала, что Пятнадцатому это пойдет на пользу. Я отправила запрос Блэку, и в течение двух колоколов бюрократическое волшебство Писца позаботилось о том, чтобы Айша была одной из моих.
— Леди Оруженосец, проскрежетала Верес. — Я так понимаю, все прошло хорошо? — Я подавила дрожь от официального обращения, которое она настаивала продолжать использовать. В некотором смысле я предпочитала, когда она постоянно оскорбляла меня, в основном потому, что общение было более честным. Но с того самого момента, как Пятнадцатый был официально сформирован, она стала ужасно формальной по отношению ко мне, и никакие уговоры не смогли отучить ее от этой привычки.
— Ну, — задумчиво протянула я. — В обозримом будущем меня не будут приглашать ни на какие светские мероприятия, но у нас есть документы.
Командир Наук расхохотался, толкнув Айшу локтем в бок — она посмотрела на него так, словно он только что плюнул на шелковое платье, и тихонько наступила ему на ногу. Его ботинки со стальными набойками были достаточно толстыми, чтобы он даже не заметил этого.
— Ты что же, обошлась с ними по-старому? — хихикнул орк.
— А если ничего не взорвётся, это действительно оригинальный подход Кэллоу? — поинтересовался Крыса.
— У того, кто произведет на вас впечатление смешного, есть место в самой глубокой Преисподней, квартирмейстер, — проворчала Верес. — Когда мы получим пайки?
— Они будут на наших складах еще до наступления ночи, — ответил Крыса, ничуть не обидевшись. — Похоже, я неправильно запомнил действительное число солдат в Пятнадцатом, так что в итоге мы получим некоторый избыток.
Не зря красавец тагреб был нашим Трибуном Снабжения. У него был способ получить в свои руки все, что нам было нужно, и даже немного больше, независимо от того, сколько бюрократии стояло у него на пути. Я уже подумывала спросить его, как именно ему это удалось, но ящик с летним вином Вейла появился в моих комнатах раньше, чем я успела. Как он вообще узнал, что это мой любимый напиток, было загадкой, как и то, как он получил его в свои руки, когда сам Вейл в настоящее время был одним из главных оплотов восстания.
— Полезно, — мягко произнесла Хун, ее голос был удивительно нежным для женщины ее роста. — Мы можем торговать с другими легионами по пути на фронт.
— Главное — осторожность, — пробормотала Айша. — Кое-что из этого допустимо, но формально это противоречит правилам.
Я дала понять всем своим старшим офицерам, почему мы должны следовать правилам Легиона, по крайней мере, внешне. Неизвестно, где у Наследницы были друзья, которые только и ждали, чтобы поднять шум.
— О, ты же меня знаешь, — улыбнулся Крыса. — Благоразумие — мое второе имя.
Айша закатила глаза, чтобы не провоцировать дальнейшие шутки.
 
— Мы будем готовы выступить завтра, легат? — Спросил Хакрам, возвращая разговор в нужное русло, прежде чем мне пришлось вмешаться.
— Больше никаких проблем быть не должно, — согласилась Верес. — Мы выдвинемся с рассветом.
— Неплохо, — промурлыкала я. — Значит, это будет наше последнее совещание в лагере. Это похоже на то, что должно быть отпраздновано напитками. Но только одну чашу, мне скоро надо будет идти.
Верес нахмурилась, когда Хакрам прошел мимо неё, чтобы взять графин с вином. — У вас назначена еще одна встреча?
Я поморщилась.
— Я получила вызов в Башню. Императрица просит, чтобы мы поговорили.
Волна любопытства пробежала по моим офицерам.
— Сегодня нет бала, так что, я полагаю, это будет приватная аудиенция? — прощупал почву штабной трибун.
— В сообщении ничего не сказано, — ответила я. — Просто на всякий случай, Айша, не возникнет ли проблем с тем, что я ношу доспехи? На самом деле у меня нет придворного платья.
Аристократка из тагреба покачала головой.
— Если вас вызвали в качестве Оруженосца, военная одежда вполне уместна. Во всяком случае, вы слишком молоды для обычных вкусов Императрицы.
Я приподняла бровь.
— Я не знала, что Малисия склонна к женщинам.
Айша пожала плечами.
— Она не добавляла мужчин в императорский сераль со времени своего вознесения, так что это нынешнее мнение.
Мои глаза сузились от отвращения.
— Она сохранила сераль? Плачущие Небеса, она была наложницей. Ей следовало бы знать лучше.
Штабной трибун, не дрогнув, встретила мой взгляд.
— При всем моем уважении, миледи, ваша сущность кэллоу проявляет себя. Императорский сераль — это прежде всего политическое учреждение. Конечно, Малисия сохранила его.
— Я не вижу ничего особенно политического в том, чтобы держать женщин, с которыми можно было бы спать, Бишара, — категорично ответила я.
— Это потому, что ты думаешь, что все дело в сексе, — резко ответила она. — Это не так. Консорты делят ложе с Тираном только по собственному желанию. Высокие Лорды и Леди посылают родственников в сераль, чтобы открыто поддержать правителя или оказать влияние. Традиционно это способ для Императора или Императрицы оставить людей неподходящего происхождения при дворе, не проходя через бюрократию.
— Традиционно, — тихо повторил Крыса. — Не будем забывать о Подлом, и он был не первым.
— Держи свою личную позицию подальше от этого, Хасан, — резко возразила Айша. — То, что Император Подлый превратил свой сераль в какую-то… грязную сексуальную темницу, было признаком того, что он потерял способность править, и он заплатил за это своей жизнью.
Я подняла руку.
— Ладно, хватит. Я не знала, что в этом есть нюансы, иначе, очевидно, не была бы так катеогорична. Я полностью намерена продолжить эту дискуссию в другой момент, Айша, поскольку это кажется вопиющей дырой в моем политическом образовании. Но сейчас явно не он.
— Завтра мы покидаем Атер, — сказала Верес, окидывая взглядом всех офицеров. — Так что оставляем политику в покое.
Это был не вопрос. Мы схватили чаши и разлили вино, багровое как Пустошь. Я подняла чашку.
— За Пятнадцатый, — объявила я.
Наук рассмеялся.
— Мы снова идем на Запад, — процитировал высокий орк на языке мтетва.
— Ведя ту же самую старую войну, — эхом отозвались мы, звякнув чашами.
Хорошо, что никто из нас не произнес оставшуюся часть знаменитого стиха.
Вперед, к полям Кэллоу,
Быстрая смерть и неглубокие могилы.
  
Том II / 002 : Потребность
 
— Самый близкий эквивалент императорского двора, который я нашла, — это засунуть руку в сумку, которая может быть полна драгоценностей, но в большинстве случаев полна бритвенных лезвий. — Отрывок из личных воспоминаний Императрицы Ужаса Пагубной Второй