Королевство крови и соли (ЛП)

Темные тучи неслись над морем, направляясь к дворцу. Ветер трепал мои волосы, когда я шла по открытому воздушному коридору. Я чувствовала запах надвигающегося дождя и почти ощущала заряд молнии поблизости. Вдалеке прогрохотал гром, низкий и зловещий. Прошло бы совсем немного времени, прежде чем разразилась буря.
Еще больше стражников наблюдали за мной с молчаливым осуждением, когда я проходила мимо. Мне было интересно, на чьей они стороне. Будут ли они лояльны к моей семье? Или они прикончили бы нас, если бы это означало убийство кого-то из Коноса?
Кабинет моего отца был похож на крепость. Шестеро стражников стояли за дверью, свирепо глядя на меня, когда я приблизилась. Это были самые преданные люди моего отца, и я знала каждого из них по имени. Они были с ним ежедневно, но обычно они не ждали за пределами его кабинета. Редко бывало, чтобы здесь стояло так много людей. Я знала, что я была не единственной, кто нервничал из-за того, что надвигалось.
— У меня срочные новости для моего отца.
Я ждала, что они прогонят меня или предложат принять сообщение. К моему удивлению, дверь открылась прежде, чем кто-либо из стражников смог ответить. Иштван выглянул, его рот скривился при виде меня.
— Ты не вняла моему предупреждению, девочка, — прошипел Иштван. — И тебя чуть не убили.
Во всем этом хаосе я забыла о видении, которое, по его словам, у него было.
— Что ж, возможно, твое видение сбылось, и теперь нам больше не нужно об этом беспокоиться.
— Ты издеваешься надо мной, но все меняется, и твой статус здесь падает.
Иштван был самодовольным, у него был вид человека, готового выплеснуть информацию, которую ему приходилось сдерживать.
— Кто это, Иштван? — раздался голос моего отца.
Священник отступил назад.
— Ара, ваше высочество.
— Входи, дорогая, — без колебаний позвал мой отец.
Я бросила на Иштвана неприязненный взгляд, когда вошла в комнату. По крайней мере, теперь я была вполне уверена, что его видение было корыстным и разработано, чтобы сбить меня с толку, а не быть подлинным. Я не была уверена, какую пользу это приносило ему, но он всегда был сам за себя.
Иштван попятился от меня, отступая в угол, где стоял мой отец. В огромном кабинете царила суматоха. Советники сгрудились вокруг моего отца, их белые волосы резко выделялись на фоне синих туник. Ветер врывался из открытого окна, заставляя карты, разбросанные по столам, колыхаться на ветру. Резные корабли и фигурки солдат усеивали карты, и все они были сосредоточены вокруг Коноса.
За все мои визиты в его кабинет я никогда не видела ничего подобного. Была только одна причина, о которой я могла подумать, что у него были карты и корабли, размещенные таким образом.
Облегчение и страх переплелись воедино, заставляя меня чувствовать себя ошеломленной и удовлетворенной одновременно. Они собирались напасть на Конос. Спустя столько времени. Все эти годы посылая наших людей на смерть, мой отец, наконец, собирался что-то с этим сделать.
Тем не менее, наш флот был небольшим, и борьба с фейри всегда казалась невыполнимой задачей. Но, должно быть, что-то изменилось, раз они решили, что у нас наконец появился шанс.
— Ты не должна быть здесь, принцесса. Твой отец очень занят, — сказал Иштван снисходительным тоном.
Я подняла руку, чтобы заставить его замолчать движением, которое я видела у Офелии тысячу раз. К моему удивлению, он сжал губы и отступил назад, как будто я физически толкнула его.
Я собиралась начать использовать больше того, чему научилась у Офелии. Как бы сильно я не ненавидела эту женщину, она знала, как командовать.
— Иштван, ко мне в гости пришла Ара, — тепло сказал мой отец. — Что я могу для тебя сделать?
Один из советников медленно закрыл книгу, которую они просматривали, и пролистал некоторые документы. Как будто я могла прочитать их с того места, где я стояла в центре комнаты. В то время как мой отец, казалось, не беспокоился о том, что я здесь, всем остальным, казалось, было не по себе. Я не часто заходила в эту комнату, но я никогда не видела подобной реакции. Хотя, насколько я знала, они никогда не планировали ничего настолько важного.
 
— Простите, что вторгаюсь, но мне нужно поговорить с тобой минутку, — сказал я.
Он кивнул, затем посмотрел на своих собравшихся советников.
— Давайте соберемся снова через десять минут.
Мужчины отошли от стола, переговариваясь между собой, и мой отец вывел меня из своего кабинета. Мы пошли по коридору, наши шаги звучали в унисон. Его сандалии шлепали по мраморному полу, но мои ноги были бесшумны. Стражники выпрямились, когда мы проходили мимо, еще выше задирая подбородки и устремляя взгляды прямо перед собой, стараясь не пялиться на короля.
Было странно идти с ним сейчас и видеть, как разворачивается суматоха. Когда я была ребенком, он был просто моим отцом. Я понятия не имела о силе, которой он мог обладать. По мере того, как я росла, я начала возмущаться его ролью и временем, которое он тратил на свою работу. Моих сестер и меня воспитывал домашний персонал, примерно каждый год новая няня, никто никогда не мог удержать эту должность. Дело не в том, что мы были плохими детьми, всегда была какая-то другая причина. Часто нам говорили, что няня беременна и вынуждена уйти или должна заботиться о своей собственной семье. Странно, но я не могу вспомнить никого из них достаточно четко, чтобы знать, видела ли я когда-нибудь их в городе за эти годы. Не похоже, что они могли уйти далеко. Атос — это все, что было у нас, людей.
Мы свернули в библиотеку, по пути миновав еще одну пару стражников. Это была одна из самых темных комнат во дворце. Ни окон, ни воздушного потока. Несколько фонарей мерцали и светились на маленьких деревянных столиках в центре комнаты. На каждой стене было по книжной полке, которая тянулась от пола до потолка. Чтобы достать любую из книг с верхних полок, приходилось пользоваться лестницами.
Я знала, что здешние книги были одними из самых бесценных артефактов на Афоне. Некоторые из них даже прибыли сюда в составе групп беженцев, когда город был основан. Они были заперты в потайном сейфе за картиной с изображением скалистого побережья. Книги разрешалось просматривать только с разрешения моего отца. Они были слишком драгоценны, чтобы рисковать открывать их часто, страницы уже рассыпались от старости.
Я видела их однажды, когда мне было около двенадцати. Я была очарована перспективой учиться у тех, кто жил до нас, но язык был настолько другим, что читать их было непросто. Добавьте к этому выцветшие и размазанные чернила, и это было слишком интенсивно для интерпретации ребенком. Вместо этого я остановилась на книгах по истории, написанных жрецами в храмах. Ежегодно добавлялись новые экземпляры, чтобы убедиться, что наша история доступна для чтения.
Странное ощущение пустоты наполнило мою грудь, когда я вспомнила, что Райвин сказал о прошлом моего города. Я подумала, не предпринять ли мне еще одну попытку прочитать те древние тексты, когда это дело с Коносом будет улажено.
— Что я могу для тебя сделать, дорогая? — спросил мой отец, усаживаясь в резное деревянное кресло с плюшевой зеленой подушкой.
Я села в кресло-близнец, маленький столик с мерцающим фонарем между нами. Оглядевшись, я поискала библиотекаря. Помещение было небольшим, у нас были полки на каждой стене и вторая смежная комната с полками на каждой из этих стен. Где-то около тысячи книг, которые вел священник, перешедший во дворец после десятилетней службы в храме Афины.
— Тео вернулся в храм, — сказал мой отец, словно прочитав мои мысли. — Что тебя беспокоит, Ара?
Библиотекари во дворце никогда не задерживались надолго. Священники и жрицы, занимавшие эту должность, часто скучали по своей прежней жизни и просили вернуться. Мне нравился Тео, и я думала, что он останется ненадолго, но я предположил, что жизнь во дворце сильно отличается от изоляции в одном из храмов богов.
— Я кое-что утаила от тебя, отец.