Королевство крови и соли (ЛП)

Когда неуклюжий мужчина приближался ко мне, в моей голове проносились мысли о моих сестрах и моей жизни. Они были бы опустошены, узнав, что я встретила такой жестокий конец. Меня больше беспокоил тот факт, что меня не будет рядом, чтобы утешить их, чем то, что я была перед лицом собственной смерти.
В груди было тяжело, чувство вины выжимало последние вздохи из моих легких. Я подвела их всех. Особенно Софию. У нее было чувство оптимизма по поводу мира, который будет раздавлен этим. Я чувствовала себя опустошённой и злой. Это не была почетная смерть. Белан был прав, никто не критиковал победителей.
Я думала, что у меня было больше времени. Больше времени, чтобы исследовать мир, заглянуть за пределы Атоса. Сделать что-то важное. Хотя я никогда не признавалась в этом вслух, я всегда чувствовала, что там для меня есть нечто большее. Теперь это казалось глупым. Я не была особенной.
Образ Райвина вспыхнул в моем сознании. Он стоял за пределами ванны, ухмыляясь мне, с озорным блеском в его серебристых глазах. Его мышцы перекатывались и двигались, когда он обматывал полотенце вокруг талии. Нахлынуло страстное желание, за которым последовало глубокое и болезненное сожаление. У меня перехватило дыхание от удивления. Я не ожидала, что он будет в моих последних мыслях.
Мой нападавший замедлил шаг, возможно, ошибочно приняв мое замешательство за реакцию на него. Он сделал паузу, затем его голова повернулась, реагируя на что-то, чего я не заметила.
Мимо меня промчалось серое пятно, и волк подпрыгнул в воздух, вонзая когти в грудь нападавшего. Человек вонзил свой меч в бок зверя, затем отбросил его в сторону, как будто он был щенком. Волк тяжело приземлился на землю и заскулил. Я закричала, в ужасе от того, что бедное животное пострадало, пытаясь спасти меня.
Существо попыталось встать, но рухнуло на землю, не в силах подняться. Мой нападавший отвернулся от меня, неуклюже направляясь к раненому волку. Нельзя было терять времени.
Используя каждую унцию силы, которая у меня была, я потянулась за своим оружием, изо всех сил стараясь держать его вертикально. Осторожно я двинулась вперед, приближаясь к мужчине. Я остановилась позади него, затем, используя всю свою силу, я вонзила свой меч ему в спину.
Это не было почетным убийством, но оно было эффективным. Мужчина упал на землю, мой клинок все еще торчал у него в спине. Он дернулся несколько раз, устремив на меня взгляд, полный ненависти, пока движение не прекратилось, и его глаза не остекленели.
Кровь растеклась лужей вокруг него, и я поняла, что он умер. Мои плечи опустились от облегчения, когда я глубоко вздохнула. С моими ранами и жгучей болью я не была уверена, что у меня осталось много времени, но я могла, по крайней мере, помешать моим сестрам услышать, что мое тело было осквернено.
Каждый вдох давался с трудом, каждое движение отдавалось острой болью в боку, но я должна была добраться до волка, существа, которое спасло мне жизнь. Спотыкаясь, я добралась до него, прежде чем опуститься на колени рядом с ним.
— Спасибо, — выдавила я.
Слова давались с трудом, мое дыхание сбилось. Я погладила его жесткую шерсть и почувствовала, как учащается его дыхание.
— Ты в порядке?
Это был волк, я знала, что он не сможет мне ответить, но я должна была что-то сделать.
— Чем я могу тебе помочь?
Существо обратило на меня нежные, слишком человеческие глаза, прерывисто дыша. Его лапа переместилась, чтобы накрыть мою руку, и я сжала ее между ладонями, как будто это был человек, которого я пыталась успокоить.
— Я здесь. Я не уйду.
Инстинктивно я знала, что волк при последнем издыхании. Оно пожертвовало своей жизнью, чтобы защитить меня, и я ничего не могла сделать в ответ, кроме как предложить минимальный комфорт.
Я погладила мех на шее существа и не отрывала взгляда от его золотых глаз, улыбаясь и произнося успокаивающие слова. Прошло совсем немного времени, прежде чем глаза волка закрылись и дыхание прекратилось.
Слезы текли по моим щекам, а гнев раскалился докрасна в моей груди. Этот волк не был одним из моего народа. И все же он погиб, защищая меня от тех, кого я поклялась защищать.
 
В этой битве атаковали не мои враги, это был мой собственный народ. Поморщившись, я заставила себя встать, не обращая внимания на травмы, которые, вероятно, отправили бы меня в то же место, что и волка в считанные минуты. Если бы во мне хоть что-то осталось, я могла бы помочь. Я должна была попытаться. Проблема была в том, что я не была уверена, на чьей стороне я должна была сражаться.
Мои люди напали на меня, но я все еще считала Райвина и его людей своими врагами. Сделав осторожные шаги вперед, я подобрала брошенный кинжал, зная, что сейчас я не способна владеть чем-то большим. Я двинулась дальше, осматривая окружающую меня сцену.
Улица была усеяна телами, в основном граждан Атоса, но я не чувствовала печали, когда смотрела на них. Они решили сделать это. Они решили напасть на нас. Они хотели навредить не только послу и его делегации, но и мне. Их усилия ничего бы не изменили. На самом деле, они могут даже начать войну с фейри, что намного ухудшит положение всех нас.
У каждого из людей Райвина было по одному противнику, а сам посол противостоял троим. Пока я наблюдала, один из нападавших упал и повернулся лицом к двум другим. Они двигались так быстро, что я не могла их хорошенько рассмотреть. Или, возможно, это был туман от моих ран.
Я колебалась, часть меня все еще хотела увидеть, как он умрет. Возможно, это не решило проблему Выбора, но он был монстром, он сам мне об этом сказал. И все же, он не был тем, кто пытался убить меня. И все еще была та часть меня, которую тянуло к нему, даже если я ненавидела себя за это.
Прижав ладонь к ране, я вздрогнула, когда сбивающие с толку мысли закружились в моем запутанном сознании. Мои эмоции были повсюду. Каждый раз, когда я пыталась представить, как Райвин падает, страх сжимал мою грудь, как тиски. Может быть, это были мои травмы, но это было почти так, как будто я беспокоилась о нем.
Одного за другим одетые в черное стражники уничтожали граждан, пока единственным оставшимся бойцом не стал Райвин и двое его противников. Я была близка к драке, почти достаточно близко, чтобы я могла что-то сделать, если бы получила точный выстрел. Если бы у меня оставалась хоть капля энергии, это было бы.
Райвин вонзил свой меч в грудь одного из своих противников, затем вытащил его с легкостью, как будто его проткнули в воздухе, а не сквозь кости и мышцы. Он развернулся к оставшемуся нападавшему, но внезапно остановился, когда увидел меня.
Наши глаза встретились, и время словно остановилось. Я упивалась видом его крови, забрызгавшей его лицо и одежду, но, похоже, это была не его кровь. Нахлынуло облегчение, и то странное теплое ощущение, которое я испытывала слишком часто, когда видела его, наполнило низ моего живота.
— Осторожно!
Я закричала, слишком поздно заметив, что его противник навалился на него сверху.
Райвин оторвал от меня взгляд и вернулся к бою, но его меч уже был выбит у него из рук.
Вот тогда я узнала человека, который сейчас приставил свой клинок к горлу Райвина.
— Ты предатель, — прошипела я.
— Ты не должна была пострадать, Ара. Я сказал им пощадить тебя, — сказал Дэвид искренним тоном. — Не подходи. Я отвезу тебя домой. Приведу тебя в порядок. Все вернется к нормальной жизни.
— Я говорила тебе, что не позволю ему забрать твоих сестер, — сказал я.
— Ты думаешь, все дело в этом? — закричал Дэвид, сильнее прижимая лезвие к горлу Райвина. — Это нужно прекратить. Я знаю, ты согласна со мной.
— Да, но это неправильный путь. Если ты убьешь его, это разозлит их короля. Он потребует большего. Или, что еще хуже, он нападет на нас. Пожалуйста, Дэвид, не делай этого, — умоляла я.
— Отпустите его, — сказал один из ближайших стражников.
Их было четверо, стоявших вокруг груды тел. Скольким еще из этих погибших людей были знакомы лица? Сколько стражников моего отца были готовы пожертвовать своей жизнью и моей за шанс уничтожить эту делегацию? Неужели они не понимали, что это ничего не решит?