Королевство крови и соли (ЛП)

Я отбросила эту мысль в сторону, внутренне крича на свое предательское тело. Что со мной было не так?
— Кого я обманываю? Ты просто избалованная принцесса, — сказал он, затем вылез из воды. — Я не могу представить, что когда-нибудь увижу, как ты чем-то жертвуешь ради кого-то, кроме себя.
— Ты меня не знаешь.
Я сжала руки в кулаки, мои ногти впились в ладони. Он был неправ. Я собиралась вступить в армию; я была готова пожертвовать всем ради своего народа.
— Даже если бы я хотел заключить с тобой сделку, есть вещи, которые выше моей власти. Трибуты должны отправляться; и они отправятся, со мной или без меня, чтобы переправить их на остров.
Он схватил полотенце и обернул его вокруг талии.
— Ты не можешь этого видеть, но я — единственное, что не дает твоему народу потерять все. Без меня, без подношений, которые вы посылаете, Атос даже не существовал бы.
В его словах чувствовалось вес предупреждения, и хотя у меня не было причин доверять ему, я поверила ему. Как бы сильно я ни хотела увидеть, как он и его люди покинут это место, распределение подношений было единственным, что поддерживало хрупкий мир между нашими королевствами. Чтобы быть свободными от Выбора, нам пришлось бы сделать что-то гораздо более радикальное.
— Тебе следует одеться, принцесса. Я бы не хотел, чтобы ты пропустила свое время с Дэвидом.
Завернувшись в полотенце, он схватил свою одежду и вышел из комнаты.
ГЛАВА 10
Райвин ждал меня в ту же секунду, как я переступил порог.
— Пошли.
— Ты посмотрел все, что тебе было нужно? — спросила я.
— Да, — сказал он.
Мой желудок скрутило. Я хотела знать, означало ли это, что он выбрал людей, которых заберет обратно в Конос. Всех ли он нашел здесь? Что никакие разговоры о том, что происходило в Опале, не переживут сплетен. Я привела сюда посла Коноса. Даже если люди не использовали мой титул, они знали, кто я такая. Если бы он забрал их всех отсюда, это показало бы, что корона поддерживала и, возможно, даже помогала выбирать трибутов.
Разве не это я сделала? Я специально привела его сюда.
Может быть, я была ничем не лучше его.
Он двигался так быстро, что мне приходилось заставлять себя не отставать, но я не возражала. Я хотела убраться отсюда, прежде чем мне придется полностью смириться с тем, что я натворила.
Двое из его людей ждали во дворе, и они развернулись и пошли к выходу, как только увидели нас. Мой пульс участился. Что-то было не так. Это была ненормальная реакция.
— Что происходит? — спросила я.
— Просто садись в экипаж.
Что-то в его тоне заставило мурашки пробежать у меня по спине. Часть меня хотела поспорить или отказаться подчиняться, но это было так, как если бы я могла почувствовать необходимость быстрого бегства.
Мое эго, возможно, тоже имело к этому какое-то отношение. Мысль о том, чтобы остаться в «Опале» с теми, кого я только что осудила, была слишком сильной. Я была трусихой.
Краем глаза я заметила огромную группу людей, бегущих к нам. У них было оружие и инструменты. Крича и проклиная, они двигались вперед единой группой.
Стражники Райвина двинулись им навстречу, и реальность происходящего поразила меня. На нас напали. Моим людям, наконец, надоело, и они собирались ликвидировать делегацию из Коноса.
Я застыла на месте, разрываясь между собственной безопасностью и желанием посмотреть, как погибнут Райвин и его люди.
— Двигайся, Ара, — приказал Райвин.
— Нет, — ответила я. — Иди, сразись с ними. Это то, чего ты заслуживаешь.
— У нас нет на это времени.
Он схватил меня и оторвал от земли, с легкостью перекинув через плечо. Пораженная, я брыкалась и кричала, пытаясь высвободиться. Его хватка была слишком крепкой, и в итоге меня швырнули в карету, как ребенка. Райвин забрался вслед за мной и захлопнул дверцу.
Я поднялась на ноги, но карета накренилась, сбив меня с ног. Восстановив равновесие, я снова встала.
— Выпусти меня отсюда.
Райвин схватил меня, прижимая мои руки к бокам. Он свирепо смотрел на меня сверху вниз, пока я боролась с ним.
 
— Ты с ума сошла? Ты хочешь умереть? Ты думаешь, они злятся только на меня? Ты думаешь, они не пойдут против королевской семьи, которая создала и разрешила это соглашение?
Моя челюсть напряглась, и я встретила его взгляд своим.
— Это все твоя вина.
— Я владею тем, кто я есть, принцесса, — сказал он. — Как долго ваша семья притворялась спасителем, отсылая своих людей прочь?
— Мы не можем сражаться с монстрами, — сказала я. — Мы недостаточно сильны.
— Твои предки даже не пытались.
Он ослабил хватку, и я отступила назад, оставляя небольшое расстояние между нами. Карета наехала на кочку, и я упала, приземлившись на сиденье. Мы мчались по дороге, кренясь и подпрыгивая на неровных камнях.
— О чем ты говоришь? — потребовала я ответа, пытаясь встать.
Карета дернулась, и снова я потеряла равновесие. Райвин поймал меня и повел обратно к креслу, прежде чем сесть рядом со мной.
— Мой народ не мог сражаться. Что бы вам ни говорили, это было неправильно. Мы были почти мертвы. Сделка с вашим королем была нашим единственным выходом.
Я знала историю. Я знала, что мы были на грани вымирания.
— Атос построил стену, отгораживающую всех, включая других людей. Ваш король был сам за себя и искал союза без битвы. Он предложил условия; мы согласились, — объяснил он. — Даже если бы я был мертв, трибуты были бы отправлены. Твой отец выполнил бы сделку без вопросов. Он всегда так делает. Это приносит пользу ему так же, как и моему королевству. Возможно, тебе следует попросить его поделиться своей правдой на днях. Тогда ты сможешь принимать свои собственные решения.
Я уставилась на него, мой разум был пуст. Во рту пересохло, я изо всех сил пыталась подобрать правильные слова. Я узнала историю от своего отца. Он учил меня сам. Он ненавидел Выбор, но сказал мне, что это было необходимо.
— Нет. Нет, это неправильно. Появились монстры и начали обращать людей и убивать их. Мы бежали сюда, как беженцы. У нас не было выбора.
— Верь во что хочешь верить, принцесса, но ни в одной из наших историй нет героев, — мрачно сказал он.
Внезапно карета остановилась, так сильно покачнувшись, что я испугалась, как бы она не опрокинулась. Райвин схватил меня, притягивая к своей груди. Я втянула воздух, мои страдания улетучились в его сильных руках. Движение прекратилось, и Райвин отпустил меня.
— Ты ранена?
Я покачала головой, страх медленно просачивался обратно в мои кости, пока я сидела в жуткой тишине. Мы остановились, но не было никаких указаний почему. Ни криков стражников, ни звуков животных, ни ветра. Ничего.
Леденящий кровь крик разорвал тишину, за которым последовало рычание. Что-то большое врезалось в борт кареты, отбросив меня вперед, в объятия Райвина. Я снова почувствовала себя в странной безопасности. Это было неправильно. Очень, очень неправильно. Но я задержалась в его объятиях, прислушиваясь к безошибочным звукам битвы, разгорающейся вокруг нас.
— Подожди здесь, — сказал он, высвобождая меня из своих объятий.
Он поднял подушку сиденья и достал меч из тайника с оружием. Я удивленно подняла бровь.
— Ты знаешь, я умею драться, — сказала я.
— Я знаю. Но я не верю, что ты будешь сражаться, защищая меня и моих людей, — сказал он с рычанием.
Я не могла с этим спорить. Я хотела видеть его побежденным, даже приветствовала это. Если бы это положило конец Выбору, я бы убила его сама.
Он вышел, затем захлопнул за собой дверь, оставив меня наедине с моими запутанными и бурлящими мыслями. Действительно ли наши предки только что согласились отправлять трибутов без боя? Люди знали? Было ли это причиной, по которой они напали на нас сейчас, после стольких десятилетий игнорирования реалий Выбора?
Карета содрогнулась, и все мое тело напряглось. Не имело значения, что он сказал. За этими стенами шла битва, и мне пришлось сделать выбор.