Королевство крови и соли (ЛП)

Мое внимание привлекло движение, и я обернулась как раз в тот момент, когда Офелия и мой отец вошли в комнату. Королева сузила глаза, бросив на меня взгляд, полный презрения, прежде чем придать своему лицу то же выражение, с которым она обращалась к большинству придворных.
— Ты действительно присоединишься к нам этим вечером, Ара? — спросил мой отец с веселым выражением лица.
— Да.
Я задалась вопросом, Офелия ли попросила меня присоединиться или Иштван взял дело в свои руки из-за своего странного видения. Ни то, ни другое не удивило бы меня, но я была застигнута врасплох тем, что мой отец не знал.
Мой отец пересек комнату и остановился передо мной. Он поцеловал меня в макушку.
— Ты прекрасно выглядишь сегодня вечером.
— Спасибо.
Я разгладила ткань своих пеплосов бледно-розового цвета. Мила выбрала цвет, который придаст мне невинный вид. Ткань была свободной и пропускала эффектный разрез сбоку, который был на моем платье прошлой ночью. Она не говорила, но у меня возникло ощущение, что она знала, с какой задачей я столкнулась. Казалось, она всегда все знала.
Даже мои волосы посылали сообщение. Мила заплела традиционные косы вокруг моей головы наподобие короны, затем добавила маленькие белые цветы. Я выглядела невиннее, чем когда-либо за последние годы.
— Жаль, что ты не появляешься на других наших мероприятиях. У тебя мог бы быть шанс заполучить респектабельного мужа, — огрызнулась Офелия.
— Оставь ее, — предупредил мой отец. — Она выбрала свой путь.
Я улыбнулась своему отцу. Королева нахмурилась.
— Здесь выглядит красиво, — сказала София, входя. — Ты проделала отличную работу по выбору декора, мама.
Я сморщила нос. Комната выглядела бы прекрасно с папоротниками и цветами в горшках, расставленными через равные промежутки вдоль длинного стола, или без них, которые, как я знала, были единственным вкладом Офелии. Не то чтобы она даже поставила их туда сама. Она бы поручила кому-нибудь другому установить то, что она просила.
— Спасибо тебе, дорогая.
Офелия отошла от меня, чтобы поприветствовать своих дочерей.
Лагина и Кора вошли следом за Софией, все они были одеты в традиционные белые пеплосы, совсем как королева. Мой выбор в пользу розового цвета теперь выделял меня.
— Как прошла сегодняшняя тренировка? — спросила меня Кора. — Дэвид снимал рубашку, пока вы дрались?
— Кора, — огрызнулась Офелия.
Я подавила смешок, и щеки Коры вспыхнули. Как только Офелия отвела взгляд, глаза Коры расширились, как будто говоря: ну, а он?
Я покачала головой, и Кора нахмурилась.
— Всегда есть завтра, верно?
Офелия бросила предупреждающий взгляд на свою дочь.
— Моя королева, должны ли мы позаботиться о наших гостях? — спросил мой отец, как всегда дипломатично.
К ее чести, Офелия была превосходной хозяйкой. Она могла ненавидеть почти всех, но она могла также заставить вас почувствовать себя ее лучшим другом, когда она устраивала вам вечеринку. На следующий день она могла потребовать насадить вашу голову на пику, но в тот момент, когда ей приходилось играть роль, вы бы полностью верили, что она на вашей стороне. Это был подарок. То, с чем я боролась всю свою жизнь. Я была гораздо более аутентичной, то, что не было ценным навыком для любого, кто шел в политику.
— Я ненавижу это, — сказала Кора, усаживаясь рядом со мной.
— Тише, — сказала Лагина. — Они уже в пути.
— Я разговаривала с некоторыми из них сегодня. Они кажутся милыми, — добавила София.
— Они выбирают некоторых из наших людей в качестве пищи, — напомнила я ей.
— Может быть, у них нет выбора, — сказала София.
— Выбор есть всегда, — мрачно сказала я.
Королева вошла в комнату с широкой улыбкой на губах.
— Добро пожаловать в нашу скромную столовую.
Она широко взмахнула рукой, показывая вид.
Позади нее выстроилась дюжина мужчин, одетых в традиционные алые туники Коноса. Мое сердце бешено колотилось, когда я вглядывалась в их лица, ища его. Посла не было с остальной группой. Мой желудок сжался от разочарования, и я поняла, что какая-то часть меня хотела его увидеть.
 
Что со мной было не так? Он был моим врагом. Его король мог защитить нас, но его цена была слишком высока. И если мы ее не заплатим, они убьют нас всех. Я не могла позволить себе испытывать к нему какие-либо чувства. Это была услуга моему отцу и старому другу. Я бы сделала то, что должна, но я не могла сблизиться или эмоционально вовлечься.
Было лучше, что его здесь не было.
Делегаты расступились, и вошла женщина. Из комнаты как будто выкачали весь воздух и все коллективно затаили дыхание. Она практически вплыла через порог, ее странные серые платья развевались на призрачном ветерке. У нее были длинные каштановые волосы цвета влажной земли и бледная, почти призрачная кожа. Она была худой и маленькой, почти как ребенок, но из-за выражения лица и манеры поведения казалась древней.
Но не ее одежда и не ее грациозные, неземные движения делали ее такой тревожной. Дело было в ее глазах. Они были молочно-белыми, пустыми и мертвыми. Но дело было не в том, что она была слепа; дело было в том, что я могла сказать, что она не просто смотрела на меня. Она смотрела сквозь меня. Это было так, как будто она могла видеть саму мою душу. Я могла чувствовать это, силу этого взгляда.
Ее губы растянулись в улыбке, обнажив ровные белые зубы.
— Я надеялась, что сегодня вечером мы познакомимся с другой принцессой.
Офелия раздраженно выдохнула, затем схватила меня, чтобы толкнуть перед слепой женщиной.
— Да, нам было так грустно, что она не смогла поприветствовать вас должным образом. Это Ара, незаконнорожденная дочь короля.
Я ненавидела, когда Офелия представляла меня, но что-то предупреждало меня не перечить этой женщине и не позволять себе проявлять слабость.
— Добро пожаловать в наше королевство.
Слепая женщина подплыла ближе, паря с воздушной элегантностью. Я подавила нервный трепет и не двинулась с места. Она остановилась в нескольких дюймах от меня.
— Нам доставляет удовольствие знакомство, Ара с Атоса.
В ее голосе было эхо, как будто он был произнесен хором, как будто несколько женщин говорили в унисон.
Я никогда не видела ничего подобного ей. Она напомнила мне жрицу, но от нее исходило столько силы. Я никогда раньше не чувствовала магии, но думаю, что могла бы почувствовать ее от нее. Было ясно, что она не была человеком. Я задавалась вопросом, была ли она фейри. Она явно была более могущественной, чем любой из ее спутников-мужчин.
— Я не расслышала вашего имени, — сказала я, пытаясь быть гостеприимной.
— Я Морта, — ответила она своим странным, звучащим во множественном числе голосом.
Она улыбнулась мне, не сводя с меня своих мертвых глаз.
Я чувствовала себя так, словно попала в ловушку, запертая пустым взглядом Морты. Мои ладони вспотели, а пульс участился. Паника начала разрастаться в моей груди.
— Теперь, когда представление завершено, может, поедим? — предложила Офелия.
Морта моргнула, затем отвернулась от меня, позволяя Офелии отвести ее к столу. Я прерывисто вздохнула, никогда в жизни не была так благодарна королеве как сейчас.
Делегаты расселись вокруг стола, и мои сестры заняли свои места между ними. Морта сидела в дальнем конце, рядом с моим отцом. Королева была на другом конце, лицом к нему. Как только все расселись, я заняла место рядом с делегатом, как можно дальше от незнакомой женщины. Рядом со мной было несколько пустых стульев, которые служили буфером между мной и королевой.
По крайней мере, мне нужно было бы всего лишь немного поболтать с одним из делегатов, и я могла бы не находиться слишком близко к Офелии. Иштван занял место рядом с королевой, оставив один свободный стул между нами. Я была благодарна, что он решил быть ближе к ней, чем ко мне.
Слуги принесли напитки, затем последовали блюда с рыбой и бараниной, миски с рисом и овощами и великолепные башенки из инжира, политые медом. Мой желудок заурчал от этого зрелища, и я вдохнула смешивающиеся ароматы.