Агентство "Заслуженный бумеранг" (СИ)

Юстина подняла глаза, встретилась с доверчивым взглядом подруги и сухо проронила:
— Я не хочу и не буду говорить на эту тему, Валя. Даже с тобой. Прости.
Юстина не собиралась лгать и изворачиваться, но и правду сказать не могла.
Несколько секунд длилось молчание, а потом Валя спокойно спросила:
— Антон влюбился в тебя? Сделал предложение? Я видела, что вчера он вернулся после обеда с букетом.
— Валя, — Юстина решила больше не ходить вокруг да около, не усугублять возникшую неловкость. — Я всё понимаю, но поверь, я не давала ни малейшего повода!
— А где букет? — спросила Валя так, будто это имело значение.
— Выбросила, — махнула рукой Юстина. — Антону отказала и сразу предложила ему написать заявление по собственному. Он согласился. А что ему оставалось?
— Неужели Антон тебе совсем не нравится, Тина? Хоть чуть-чуть?
— Нет, совсем не нравится, хотя теоретически я признаю его привлекательность. Но привлекательных мужчин вокруг много, и каждый из них нравиться не может. Да дело даже не в этом!
— А в чём?
— Для меня эта тема — табу. Даже если мне кто-то понравился бы, что маловероятно, я бы всё равно не стала развивать наши отношения, давать волю чувствам. Обрубила бы всё на корню. Потому результат был бы тот же.
Подруги помолчали.
— Ведь так хорошо работал, и тут такое! — воскликнула вдруг Юстина, и Валя даже улыбнулась.
— Тина, ты так забавно расстраиваешься!
— А мне вот совсем не забавно. Я меньше всего хотела бы, чтобы какой-то мужик разрушил нашу с тобой дружбу, даже если он тебе симпатичен. Дружба всегда, во все времена, сто́ила очень дорого, а сейчас — запредельно дорого.
— Всё нормально, Тина, не переживай. В любом случае, нашу дружбу Антон разрушить не смог бы. Да и в конце концов… Замуж я всё равно больше не собираюсь, потому буду считать, что всё к лучшему. Так хоть соблазна не будет.
— То есть, ты не сердишься? — у Юстины будто камень с души свалился.
— Ничуть, — покачала головой Валя, и Юстина поняла, что подруга говорит правду. — За что сердиться? Ты же ни в чём не виновата, а правила есть правила. Тина, не грузись. Лучше давай я тебе погадаю? Ну хоть разочек?
Вот так переход! Юстина была изумлена. В руках у Вали каким-то чудом появилась колода карт.
— Вот откуда ты их достала, интересно? — проворчала Юстина, стараясь не выдавать накрывшего её сильнейшего облегчения. Она очень боялась, что Антон станет своеобразной чёрной кошкой в их с Валей дружбе, и радовалась теперь, что этого не произошло. — У цыганок хоть юбки пышные есть, а ты откуда карты красиво достала?
— Секрет, — рассмеялась Валя. — Ну так что по поводу гадания?
— Ладно уж, — тяжело вздохнула Юстина.
До сих пор ей всегда удавалось отбиться от неоднократных предложений Вали погадать, но сегодня она не могла отказать подруге. Из-за Антона, разумеется. Как всегда, генератор проблемы — мужик!
Валя энергично убрала поднос, освободила стол и начала молча раскладывать карты.
— Ну что там? — Юстина вскоре не выдержала. — Что карты говорят? Как быстро нам удастся найти нового безопасника? Сергей Петрович уже подходил, спрашивал, долго ли ему работать одному, без напарника. И кандидатуру знакомого предлагал, но ты же знаешь, я по протекции не принимаю никого. Сергей Петрович и Антон Викторович, хоть и родственники наших сотрудниц, проходили общий конкурс при приёме на работу.
— И правильно делаешь, что не принимаешь, руководствуясь только протекцией. Доверяй, но проверяй. Правда, можно и для знакомого Петровича конкурс провести. Однако по поводу новой кандидатуры напарника для Петровича не знаю, карты об этом не говорят, — будто сама себе сказала Валя и бросила на подругу странный взгляд.
— Что, Валя? — Юстина насмешливо подняла красивые тёмные брови. — Не томи!
— Ты знаешь, Тина, и так, и этак смотрю… И всё любовь получается.
— Ага, обязательно! — саркастически усмехнулась Юстина. — Валюша, ты неисправимый романтик. Любовь. Ну-ну. А что ещё можно увидеть в картах? Там всегда любовь!
— Нет, правда, Тина! Ты абсолютно напрасно не веришь. Вот смотри — король. И он подбирается к твоему сердцу всё ближе.
 
— Конечно, король. Новый напарник для Сергея Петровича. Значит, всё-таки найдём замену Антону Викторовичу. Это радует. Брюнет или блондин?
— Скорее, русый. Непростой человек, и сначала в отношениях вас ожидают большие проблемы, непонимание. Зато потом… А ещё в твоём окружении появится какой-то двуликий человек, со своим интересом. Самое удивительное то, что негатива я от этого не вижу, но всё равно будь осторожнее.
— Вот тут как раз ничего удивительного, — развела руками Юстина. — Уверена, тот король — это и есть двуликий человек. Как будто может быть по-другому! Давай лучше ещё про напарника для Петровича поговорим. Значит, он будет с характером? Что ж, это далеко не всегда плохо, скорее, даже наоборот. Главное, чтобы не нарушал трудовой договор и корпоративную этику.
— Тина! — с притворным отчаянием воскликнула Валя и тут же рассмеялась. — Не пытайся сбить меня с толку! Я уверяю — впереди тебя ждут огромные перемены в личном плане, глобальные. Сильные чувства. Переоценка. Отвечаю!
— А тебя что ждёт? Себе погадать не хочешь?
— А себе гадать нельзя — карты врут в таких случаях.
Валя быстро собирала карты, руки её легко порхали над столом. А потом колода исчезла так же быстро, как ранее появилась.
* * *
После обеда, на который Тина так и не пошла, она вновь открыла страницу сайта по подбору персонала и разочарованно вздохнула: по нулям.
Грустно задумавшись, Юстина долго смотрела в окно, за которым начинался нудный, долгоиграющий дождь. С проблемой нужно делать что-то, иначе Петрович сбежит, и станет совсем худо.
Приняв непростое решение, Юстина встала из-за компьютера и решительно направилась в маленький кабинет, который занимали сотрудники службы безопасности. Точнее, сотрудник, временно оставшийся в единственном числе.
— Сергей Петрович, пригласите, пожалуйста, на завтра того вашего знакомого, о котором вы рассказывали. Я хочу побеседовать с ним. Пусть приготовит документы об образовании, о повышении квалификации, если есть, и рекомендации с прежнего места работы.
Размышления о поступке Антона не давали покоя Юстине, хоть она и всячески скрывала от Вали эти мысли.
Ничто не предвещало его «безумной любви» к ней — вот в чём дело! Ведь женщина, — безусловно, если она хоть немного обладает наблюдательностью и интуицией, — всегда заметит, что некий мужчина ей симпатизирует.
Нет, Юстина ни в коем случае не относилась к окружающим мужчинам высокомерно и снисходительно, и уж тем более, не отказывала представителям противоположного пола в интеллекте.
Допустим, когда-то на её пути встретился непорядочный человек, так же, как на пути Валентины, однако это отнюдь не означает, что «все мужчины такие». Да, Юстина для себя закрыла тему личной жизни на неопределённый срок, и часто позволяла себе сарказм и колкости в адрес мужчин. Однако мужененавистницей она совершенно точно не стала.
Юстина даже признавала справедливое превосходство мужчин во многих сферах жизни. Но вот в чём мужчины (по мнению Юстины) совсем не сильны, так это в умении скрывать свою симпатию к женщинам, заинтересованность.
Проще говоря, если мужчина влюбился в женщину, то об этом, как правило, быстро догадываются все окружающие. Не скрывают мужчины и своих намерений.
Так вот: ничего подобного Юстина со стороны Антона не чувствовала. Он всегда вёл себя безукоризненно вежливо и никого из сотрудниц агентства не выделял. Его непроницаемые тёмные глаза смотрели на всех одинаково и не меняли выражения, хотя порой Юстине очень хотелось, чтобы Антон по-другому, не так, как на всех остальных, посмотрел на Валю.
Закрыв для себя тему личной жизни, Юстина неистово мечтала о семейном счастье для подруги, ведь никто так не был достоин этого счастья, как Валя. У Валентины были все задатки для того, чтобы стать прекрасной женой и матерью.