Старое поместье Батлера
Не успели спешиться, как дверь дома распахнулась и наружу вышел невысокий мужчина с пышными усами и внушительной всклокоченной бородой, в руках у него было ведро, и он что-то негромко, не попадая в ноты, напевал.
– Ох, ты ж! – картинно схватившись за сердце, воскликнул он, узрев нас на пороге. – Дамы, вы откуда такие? Напугали, до седин в волосах. Как призраки утопленниц, ей-богу!
– Веди в дом! – рявкнула я, стараясь не стучать от холода зубами, не до политесов и объяснений, – скорее!
И только оказавшись в тёплых сенях, позволила себе облегчённо выдохнуть.
– Добрались, – прошептала мама, и, сев на лавку, устало прикрыла веки.
Глава 14
В доме жили несколько человек, точнее, семья управляющего станцией: жена, пятеро детей разного возраста, и бабушка. Здание было двухэтажным, на втором сдавались комнаты для тех, кто ждёт дилижансы.
– Доброго вечера! – к нам подошла уставшая от непростой жизни, но с мягким взором, женщина. – Меня Нита зовут. Вы страшно промокли! Давайте к очагу, вам нужно согреться!
– Добрый вечер! – кивнула я, ещё раз посмотрев на маму, продолжавшую сидеть на лавке с закрытыми глазами. – Одежда у вас есть? Любая подойдёт, лишь бы сухая. Также снимем комнату с одной кроватью. Таз с горячей водой. Вскипятите молоко и жир, если есть мёд, добавьте туда, прошу вас. Две полные кружки и принесите нам. И шерстяные пледы.
Нита кивала запоминая. Мои слова были услышаны старушкой, лежавшей на лавке рядом с печью, она даже села и внимательно на меня посмотрела, стоило мне смолкнуть, сказала скрипучим голосом:
– Веди их в комнату, я займусь молоком и воду ещё поставлю. Деточка, – посмотрела на меня, – ты ведаешь что-то в лекарском деле?
– Да, – чего уж тут, да и сил скрывать не было. Мама на мои слова никак не отреагировала, она, кажется, вообще задремала, – если есть согревающая мазь, буду признательна.
– Такой нет, травки кое-какие найдутся, но ты лучше придумала. Повезло тебе, девонька, мёд тоже есть, вам на двоих хватит.
– Идите за мной, – глядя на нас понимающим взором, сказала Нита.
– Мама, – позвала я родительницу. А потом пришлось и потрясти за холоднющее плечо.
– М-м? – не размыкая век, спросила Мэделин.
– Нужно идти. Чтобы не заболеть стоит поторопиться, – выдохнула я. Графиня вяло кивнула, и с моей помощью встала на ноги.
– Спасибо! – поблагодарила я бабусю, глянув на неё напоследок. После чего подхватила Мэделин под руку и тяжело зашагала в сторону темнеющей старой лестницы. По скрипучим ступеням, древесина на коей давным-давно рассохлась, мы вскорости поднялись на второй этаж, освещённый одной масляной лампой, висевшей на крюке у стены.
– Сюда, – Нита толкнула третью дверь справа и посторонилась. – Вы пока возьмите пледы в шкафу, я схожу за одёжкой.
Благодарно кивнув, мы вошли в помещение и, прикрыв дверь, стали раздеваться. Пальцы нас не слушались, превратившись в негнущиеся палки. Но, в итоге, намучавшись изрядно, мы-таки сбросили мокрые тряпки прямо на пол, застеленный относительно чистым сеном.
– Я вам лампу принесла и одежду, – через пять минут в дверь снова постучала Нита.
– Войдите, – ответила я, и створка тут же открылась. Хозяйка дома тут же заглянула внутрь и протянула масляный светильник.
– Спасибо! – взяв предмет в руки, быстро поставила на небольшой столик, стоявший у закрытого ставнями окна.
– И вот… они чистые, носки сама вязала, – стушевавшись, добавила женщина, – она протянула мне ворох какой-то одежды.
– Ох, вы нас так выручите! Мы всё купим, не волнуйтесь, – ответила я, оглянувшись на маму, сидевшую на кровати, я её закутала с ног до головы в шерстяное одеяло.
– Сейчас Ганс принесёт таз и воду. Давайте я вам помогу одеть вашу матушку? А вы пока сами, – вдруг предложила она. Я не стала отказываться и, просто кивнув, принялась быстро переодеваться.
Через пять минут я и мама, вдвоём сидели на лежанке и ждали сына словоохотливой хозяйки.
Мальчик лет десяти пришёл минуты через две. Занёс в комнату лохань и два ведра, одно с холодной, другое с горячей водой. Пока Нита смешивала жидкость, чтобы создать для нас приемлемую температуру, я сказала родительнице:
– Мама, будем греть ноги, – приказным тоном сказала я, Мэделин вяло кивнула, сняв с неё вязаные носки, сделала то же самое и опустила наши ноги в горячую воду. Одновременно охнув, резко вынули ступни, по всему телу волной прокатились мерзкие ледяные мурашки. – Мам, ещё раз, – и окунули снова. Повторили так несколько раз, пока полностью не привыкли к воде.
– Ваше молоко с жиром и мёдом, – в комнату вполне шустро, без всякого стука, вошла старушка. – Пейте, я ещё туда кое-какой целительской травы набросала.
– Большое вам спасибо! – кивнула я, – мою кружку на стол поставьте, будьте добры, мне нужно сначала матушку напоить.
Мэделин сидела, обмякнув. Вынудить её выпить целую глиняную немного щербатую кружку вышло не сразу. Но в итоге половину она всё же осилила. После чего с помощью Ниты, мы насухо обтёрли её покрасневшие ноги и вернули шерстяные носки на место. Уложив маму к стене, подоткнула плед со всех сторон, и взялась за себя. Молоко с жиром и травяным сбором уже поостыло, но всё ещё было достаточно тёплым. Морщась и стараясь дышать через раз, выпила всё до капли, и легла рядом с Мэделин. Пока занималась делом, рассказала Ните о ливне, заставший карету в пути и что надо бы поутру послать за кузнецом, чтобы он починил дилижанс.
– У вас есть камни? Гладкие, лучше плоские и размером с две моих ладони, – прежде чем хозяйка станции нас оставила, уточнила.
– Вокруг дома их полно. А зачем? – поинтересовалась она.
– Киньте их в очаг, прямо на огонь, потом выньте, только не обожгитесь, дайте немного остыть, заверните в плед и принесите сюда. Пожалуйста. Я за все доставленные хлопоты оплачу монетой, – деньги у нас с мамой были, не великие, но уж расплатиться с этими людьми точно хватит.
– Ой, что вы, – махнула было рукой женщина, – не хватало, чтобы вы простудились, вовсе времена – здоровье на первом месте. Ничего вы нам не должны. За комнату и за еду, как и все постояльцы, и довольно. Если бы я в такую ситуацию попала с бабушкой, неужто вы бы взяли с меня деньги?
– Нет, конечно, – слабо улыбнулась я.
– Вот и я так думаю, – задорно блеснув глазами, добавила: – Как камни будут готовы, принесу их вам, – недоговорив, женщина вдруг замолчала, прислушиваясь к чему-то. Я тоже напрягла слух: снизу послышались скрип отворяемой двери и голоса.
– Ваши попутчики прибыли, – сама себе кивнула Нита. – Пойду, займусь ими. Вот только молока на них не хватит, как и мёда. Взвар травяной сделаем, – размышляя вслух, она вышла в коридор, тихо прикрыв за собой дверь.
Я прислушалась дыханию Мэделин. Вроде ничего так, глубокое. Нащупав её руку, посчитала пульс.
– Всё в порядке, – пробормотала вслух и прикрыла веки.
Я так вымоталась, что сон сморил меня практически мгновенно.
– Леди Грейс, – меня кто-то осторожно позвал. Я едва разлепила свинцовые веки, вот вроде только уснула, а кто-то пришёл и потревожил. – Ваши камни готовы, – в дверном проёме застыла фигура Ниты с каким-то небольшим мешком в руках.
– Ох, – мне хотелось встать, но я бессильно упала назад на набитый сухой травой матрас.
– Вам в ноги положить? – сочувствующее предложила сердобольная женщина.
– Да, – хрипнула я, чувствуя неприятный ком в глотке. Так, надеюсь, что это не отголоски чего-то нехорошего.
Нита, понятливо кивнув, подложила голыши нам в ноги. И, пожелав доброй ночи, ушла. Я снова постаралась расслабить члены, что удалось с трудом. И прислушалась к ощущениям. Тепло от горячих камней медленно, но верно потекло вверх, согревая наши ноги. Итак, я сделала всё, что могла в подобных экстремальных условиях. Осталось надеяться на лучшее.
Утром стало понятно. Обошлось. У нас с мамой немного болела носоглотка, но жара, ломоты в теле – всего этого не было.