Подлунная Роза

– И на что я их потрачу, глупая маленькая пустышка? – произнес он издевательски-елейным голосом. – Все вокруг разорено, деревни покинуты! Я не дикарь вроде нашей рыжей принцессы и не умею охотиться на зверье. Но вместе-то мы уж как-нибудь протянем! Я предлагаю уйти, пока еще не поздно, и мы не за стенами! Окажемся внутри, и клетка захлопнется, вы не понимаете?
– Мы выдержим осаду, – сказала я, с потаенной радостью обнаружив, что действительно верю своим словам. – Стоит врагам собраться на одном поле, и Эдвин покончит с ними.
– Ох, успокоила, так успокоила! Раз великолепный Эдвин-Дракон в деле, то, конечно, мы все будем в безопасности… – проворчал он. – Кто-нибудь видел его вообще? Мало верится, что маг такой мощи вообще существует!
– Я видела, – мрачно сказала Умма. – И, поверь мне, тебе лучше ему не попадаться.
– Это ему лучше мне не попадаться, – пробормотал Сирил, но не слишком уверенно. Больше он не возникал.
Заход солнца мы переждали в чаще, а с наступлением темноты я повела всех к старой заброшенной калитке в северо-западной стене. Именно через нее я когда-то ускользнула вместе с Томасом в лес, чтобы убедить Эдвина оставить нас в покое, однако на пути к ней я не испытывала теплых воспоминаний: поле перед замком уже усеивали огни, их было немного, но я знала, что следующей ночью их число удвоится. Осада начиналась на наших глазах, нужно было соблюдать предельную осторожность.
Самых слабых мы усадили на лошадей и выстроились в шеренгу у самой кромки леса. По моей команде все как один пустились к калитке так быстро, как только могли. В темноте ноги путались в траве и скользили по кочкам, но все, кто падал, поднимались и бежали дальше, медлить было нельзя – враги могли уже заметить нас.
Я добралась до калитки первой, и из моей груди вырвался сдавленный стон: я поняла, что Томас, как и я, отлично помнил про этот ход.
– Проклятье! – выпалила я, беспомощно ощупывая заложенный проход.
– В чем дело?! – Сирил был тут как тут, чтобы отпустить очередной комментарий. – Где вход?!
– Они его заделали, – произнесла я, с тревогой оглядываясь на огни вдалеке. Выставляли ли они вообще людей с этой стороны? Могли ли разведчики заметить нас?
– Кладка толстая? – спросил Сирил, приложив руки к кирпичам. – Да вроде бы нет…
И тут один из бегущих – последний отставший – закричал. По голосу я узнала Умму.
– Заметили! – вопила она, удирая от крадущейся за ней тени. Почти сразу после ее крика в трехстах метрах от нас к лесу зажегся сигнальный факел.
– Прекрасно… – меланхолично выдохнул Сирил.
Я подавила желание шикнуть на него, и побежала навстречу Умме, собирая в руках огонь. Меня толкали плечами продирающиеся к спасительному входу беглецы, приходилось петлять между ними, но я успела выпустить пламя в преследователя до того, как он настиг Умму. Подруга пронеслась мимо меня, а солдат упал в сухую траву, пытаясь сбить с себя огонь, и тогда я поняла, что сглупила.
Если сигнальный факел мог вызвать к нам небольшую группу, то моментально разгоревшийся костер был виден далеко отсюда. Выругавшись, я отскочила от солдата подальше и протянула руки вперед, стараясь почувствовать расплывшееся по траве пламя. Огню не хотелось оставлять хрустящую траву, но в конце концов он подчинился мне и исчез. Вместе с полем он оставил и солдата, который не успел серьезно пострадать и теперь спешил ко мне.
– Не приближайся! – крикнула я, медленно отступая. – Еще шаг – и смерть!
Мои слова поколебали его уверенность, однако он видел перед собой лишь безоружную девушку, а позади уже были слышны крики его товарищей, так что солдат двинулся на меня.
Времени на второе предупреждение у меня не было. Короткое слияние мыслей с водой в его крови, танцующее движение ото лба, и он упал замертво.
Все происходило стремительно, Умма уже стояла с остальными, когда я побежала обратно к ним, решение нужно было принимать очень быстро, и я это сделала. Еще на бегу я собрала между пальцами взрывной сгусток огня, сжимая его силу, словно воду.
 
– Прочь!
Они послушно разбежались от входа, и если взрыв кого и задел, то раны были несерьезные. Стена тоже пострадала несильно, но образовавшегося в стене разлома хватало, чтобы внизу мог проползти человек. Я возблагодарила небо за то, что не нужно готовить второй взрыв. Лошадей придется оставить врагам, но это уже мелочи.
– Все внутрь! Быстрее!.. Сирил, помоги мне!
– Опять?!
Один за другим колдуны опускались на колени перед расщелиной, первый старательно расчищал проход, остальные помогали, вытаскивая камни, до которых дотягивались.
К нам приближался отряд из десяти или больше человек, с факелами и оружием, они уже видели мертвого товарища и были настроены серьезно. Как, впрочем, и я. Прикрывая людей, которые один за другим пролезали за стену, я приняла боевую стойку, готовясь защищаться, сколько потребуется, и Сирил встал возле меня.
– Спорим, ты не убьешь ни одного правильно? – он усмехнулся, сплетая первую фиолетовую молнию. Свет озарил его переменившееся лицо: он был в предвкушении. Его мучил голод, который он взрастил в себе за долгие годы в клане.
Я была не в том положении, чтобы осуждать его, и сосредоточилась на приближающихся фигурах. Мы атаковали по очереди, пока один готовился, другой нападал, и вскоре солдаты отступили – но лишь до тех пор, пока не достали и не подготовили арбалеты. Первый болт заставил Сирила выругаться, он едва успел отскочить в сторону.
Снаружи оставалось четверо беглецов, мы уже пятились к самой стене.
Я попробовала отыскать арбалетчика водной магией, но ошиблась, и следующий болт ударился о стену, пролетев над моей головой. Солдаты успели приблизиться, между нами оставалось от силы метров десять.
– Лезь! – крикнула я, вставая перед проходом. – Быстрее!
Сирил не стал спорить, он опустился на землю и скользнул под стену, как ящерица, и я осталась одна. Четверо мужчин были уже почти возле меня, времени не оставалось. Успею ли?..
И тут, словно божественная помощь, в одного из них прилетела стрела. В голове пронеслось, что это была стрела со стены. Видимо, нас услышали и пришли на подмогу, заметив меня… Думать было некогда, положившись на меткость стрелков на стенах, я присела на землю и протиснулась внутрь расщелины, чьи-то руки тут же схватили меня и поволокли по земле подальше от разлома.
– Последняя! Закладываем!
Знакомые мужские голоса, я не видела лиц, глаза слепило от света фонарей. Вокруг суетилась целая толпа, люди закладывали проход камнями, передавая их по цепочке. Сирил, Умма и остальные помогали.
Я наблюдала за ними, тяжело дыша, и не сразу заметила, что меня все еще держат чьи-то руки. Обнаружив это, я обернулась и увидела Томаса.
Я узнала его сразу же, хотя его лицо скрывала черная борода, волосы стали короче, возле глаз прибавилось морщинок, во взгляде поселилось что-то новое, еще незнакомое… он был совсем другим, но при этом остался прежним.
Он смотрел на меня, вероятно, с теми же чувствами. Я уже давно не была той славной принцессой, которой он меня знал, во мне, так же как и в нем, что-то должно было поменяться… но сквозь это он в конце концов разглядел прежнюю девчонку, с которой подшучивал над почтенными министрами, и улыбнулся.
– Томас!
Я бросилась ему на шею и уткнулась лицом в его плечо. Все напряжение от погони, вся моя смелость в мгновение испарились, и я всхлипывала, застыв в его руках – руках своего верного друга и защитника. Впервые за последние месяцы я чувствовала, что оказалась в безопасности.
Он прижал меня к себе, положив широкую ладонь мне на затылок, как будто обнимал маленькую испуганную девочку… так оно и было, на самом деле.
– Я так рада тебя видеть!.. – выдохнула я, с трудом отстраняясь от него. – Я так скучала!..
– Я тоже скучал, – проговорил он, утирая мои слезы, и улыбнулся. Однако улыбка вышла печальной. В голове пронеслась догадка: неужели я так жалко смотрюсь?..