Новое начало (СИ)
Чазову все эти расшаркивания заокеанских гостей были как собаке пятая нога. Он и без них знал о том что Институт Склифосовского это больница самого высокого, вернее даже высочайшего уровня.
А вот дальше и начался тот самый балаган.
* * *Несмотря на то что выводы экспертов были оптимистичны они не успокоили Грина. Он буквально вбил себе в голову что Семенов не то что не сможет помочь команде в плей-офф, о регулярке речь уже не шла, само собой, но и что он вообще не сможет выйти на свой уровень.
И значит что его огромный контракт превращался в балласт, от которого нужно избавиться. А тут еще и переезд команды на носу. Плюс самая настоящая жажда три-пита, которая буквально пожирала Грина изнутри. Ему не меньше остальных было важно как увезти команду из Миннесоты в статусе династии так и привезти её в Даллас. Клуб только что сделавший три-пит привлечет куда больше инвестиций.
И это значило то что нужно действовать. Притом прямо сейчас!
Поэтому в голове у Грина родился план. Который вполне
Обменять травмированного Семенова на по-настоящему хорошего центрального нападающего, который мог бы с колёс усилить Миннесоту в этом сезоне.
И не просто поменять, но еще и с доплатой и пиками драфта. Прогноз по Семенову хороший и значит что к следующему сезону он будет готов играть.
А за лучшего хоккеиста мира, пусть он и сможет выйти на лёд только в следующем сезоне можно выручить очень и очень многое.
Только предлагать нужно тому кто готов пожертвовать текущим сезоном в надежде на следующий.
Таких команд к середине сезона было не очень много. Вернее всего одна.
Многострадальный Квебек Нордикс, который к экватору сезона насобирал жалкие 9 побед. И это в дивизионе Адамса! В котором, если говорить о прошлом сезоне сезоне, например, последняя команда попавшая в игры на вылет этих побед одержала 38. А Квебек, оставшийся последним всего 12.
В этом году дела у них шли получше, Нордикс шли аж на 16–18 побед., но всё равно этого чудовищно мало.
В общем, как ни крути для них всё кончено и они опять худшая команда лиги.
Которая, между тем, имеет в своём составе очень приличных игроков. И не просто игроков, а центров.
Само собой что речь шла главным образом о Джо Сакике. Он не мог быть полноценной заменой Семенову, да и никто в мире не мог быть такой заменой, но всй равно Джл невероятно талантливый игрок и это явное усиление.
Которого вполне могло хватить для того чтобы сделать Миннесоту одним из фаворитов кубка Стэнли.
И так как обмен один на один не равноценный то с Квебека можно страсти и ещё активов. Да и не только их. От денег, миллионов этак пятнадцати, Грин тоже не отказался бы.
Бобби Кларк, как и Боб Гейни, изначально выступили против такого обмена. Кларк предложил доверять выводам экспертов, которые говорили что Семенов восстановится к плей-офф с очень высокой вероятностью.
Главный тренер Миннесоты был согласен со своим боссом, плюс еще и боялся того что этот обмен может повлиять на химию внутри команды. Как никак Семенов был лидером на льду и любимцем у фанатов.
Но Грин был непреклонен и напомнив кто платит обоим деньги потребовал проработать обмен.
«Бобби, или ты меняешь этого русского на Сакик и хороший довесок или я найду того кто сделает это. Ну а ты будешь искать другую работу», — само собой что после такого Кларк согласился.
Он позвонил Марселю Обю, генеральному менеджеру Нордикс и договорился с ним о встрече. Ради такого дела Бобби решил лично прилететь в Квебек.
Там он и раскрыл карты, с собой у генерального менеджера Норт Старз был пересланый из Москвы факсом, отчёт экспертов.
Предложение Миннесоты было таким: Семенов в обмена на Джо Сакика, защитника Стефана Финна, выбор в первом раунде трех следующих драфтов и двадцать миллионов долларов.
Если бы этот обмен состоялся, то его можно было считать самым большим в истории спорта. Даже переход Гретцки не был таким громким.
Впрочем, Обю отверг это предложение. Отдавать столько за одного травмированного игрока, пусть даже если речь идет об однозначно лучшем в мире, это слишком много.
Но против самой идеи об обмене он не имел ничего против, просто ему был нужен разумный компромисс.
По правде говоря и сам Кларк, да и Грин, который настоял на таком предложении, был уверен что генеральный менеджер Квебека отвергнет это предложение. Оно и было таким для того чтобы имелась возможность уступать.
Что Кларк и принялся делать.
В результате первоначальный грабеж превратился в нечто, куда более адекватное и Кларк с Обю ударили по рукам.
В Миннесоту должны были отправиться только Сакик с Финном и деньги, пять миллионов долларов. Плюс пик первого раунда 1991 года, правда с одним условием.
В случае если Нордикс получают первый номер на драфте то пик остается у них. В противном случае он уходит Миннесоте.
Стороны остались вполне довольные собой и друг другом, но было одно но. Обю потребовал чтобы Семенову было проведено еще одно обследование. И пройти оно должно не в Советском Союзе, хоть и руками американцев, а в США и под контролем канадцев.
То что долечиваться и восстанавливаться Семенов будет уже в Канаде не говорилось, зачем если это и так очевидно.
Кларк счёл требование своего канадского коллеги разумным и передал его Грину, а тот уже сам связался как с все еще находившимся в Москве Крокером, так и с государственным департаментом, чиновники которого должны были поспособствовать в этом деле.
Кроме того, не дожидаясь ответа из СССР мистер владелец Миннесоты еще и договорился, не за спасибо, само собой, об аренде санитарного Геркулеса ВВС США, который и должен был привезти Семенова из Москвы.
То что у него всё получится Грин не сомневался.
* * *А зря. Совершенно неожиданно как для него, так и для советских чиновников от спорта, которые всё так же были заинтересованы в том чтобы из-за океана им текли миллионы за Семенова, рогом уперся советский минздрав. Притом на самом высоком уровне.
Чазов был категорически против транспортировки Семенова в США. При товарищ министр говорил не о престиже страны или о преимуществах совесткой медицины. Нет, он был предельно корректен.
«Транспортировка больного, да еще столь длительная, может сказаться на его состоянии совершенно непредсказуемым образом. И при этом она не является чем-то необходимым. Случай Семенова не является чем-то уникальным и как лечение так и последующая реабилитация пациента будут проведены в Советском Союзе на самом высоком уровне».
Положа руку на сердце, американские врачи, во главе с крокером, были согласны с советским министром. Притом согласны по всем пунктам.
Они точно также считали что перевозить Семенова сейчас может быть опасно и в этом нет необходимости.
Но деньги-то им платили не за это. Поэтому частное мнение они оставили при себе и запросили тяжелую артиллерию в лице американского посольства.
В результате обращения лично посла Мэтлока на чазова надавили и товарищ министр сдался.
Утром первого января Семенова привезли в Шереметьево откуда он на борту санитарного С-130 Геркулес отправился в США.
Полёт он перенес нормально, состояние хоккеиста вполне можно было оценивать как удовлетворительное и второго января в госпитале Фэйрвью в Миннеаполисе собрали самый настоящий консилиум из канадских и американских врачей, который должен был объективно оценить состояние игрока Миннесоты и вынести вердикт касательно предполагаемых сроков восстановления.
Его итогом стало небольшая корректировка заключения полученного в Москве. По мнению экспертов сроки полного восстановления Семенова могли составить от пяти до семи месяцев.
Это было связано главным образом с повреждением легких. Если бы дело было исключительно в ребрах то он вышел на лёд куда быстрее.
Результаты консилиума полностью устроили Марселя Обю и пятого января в хоккейном информационном пространстве взорвалась самая настоящая бомба.