Путь чернокнижника (СИ)
Мастер Азриэль опустил посох.
— Вставай, ученик Андар. Поднимайся, неофит Андар. Поздравляю тебя с твоим вхождением в круг магов, дарх-миад[3] Андар! Всё прошло хорошо, духи были благосклонны и приняли тебя.
Это был триумф счастья! Наконец-то я обрёл Учителя, наконец-то я буду обучаться магии! Мечта сбылась. Я приподнялся и поклонился Учителю:
— Благодарю вас, Учитель!
В ту ночь мне снилось жертвоприношение, где жертвой был я. Связанный по рукам и ногам, я лежал на алтаре, а вокруг клубился сизый дым и летали серые духи. Мне было тревожно и слегка страшно в ожидании неизвестного. Я увидел, как надо мной склонился Учитель, почему-то у него из головы росли длинные рога. В руках у него был огромный двусторонний кинжал, которым он проткнул мне грудь чуть ли не насквозь, при этом духи вокруг, как толпа зевак, одобрительно загудели. Я был так поражён и ошарашен происходящим, что не мог пошевелить ни единым мускулом и тем более не в состоянии был издать какой-либо звук.
Тем временем Учитель с видом заправского мясника разрезал мою грудную клетку, вынул оттуда ещё бьющееся сердце и откинул его куда-то в сторону. Проследить, куда именно, было невозможно из-за густой дымовой завесы, но, как только горячая плоть гулко коснулась земли, тут же раздалось смачное чавканье. Потом Мастер откуда-то достал горящий, в буквальном смысле объятый пламенем ярко-красный камень и аккуратно вложил «огонь» в мой живой труп. Как только камень недостающим пазлом оказался в углублении на месте живого сердца, а маг убрал свои руки от нового сердца, разрез на груди тут же затянулся.
После Учитель одним мощным ударом отсёк мне голову. Я видел всё это со стороны. Мне стоило бы больше ужасаться, но это начинало как-то становиться привычным, что меня уже регулярно режут и убивают. Я просто наблюдал в отстранённом лёгком шоке. Вот мою голову накрыл выдвинувшийся сизый дым, словно длинное щупальце какого-то живого существа протянуло свою конечность. Потом дым отполз назад, головы моей на месте уже не было, и снова раздалось чавканье.
Мастер Азриэль достал другую голову — она выглядела так же, как и моя, только с двумя рогами. Рога были покороче, чем у Учителя. Он приладил голову к шее трупа, и она мгновенно приросла. После чего мой мистериор достал свой волшебный посох, прижал его конец к моей груди и начал читать заклинанье. Мощная, ярко-сине-серебряная молния пронзила всё тело насквозь, приподнимая его над алтарем. Несколько секунд бездыханное тело зависало в свободном полете, содрогаясь от импульсов, бьющих фонтаном из орудия мага. Закончив колдовство, Мастер опустил посох, и тело рухнуло на жертвенник, ещё раз подпрыгнуло, и я ожил.
[1] Поза Оранта — от лат. «молящийся». Поза для воззваний и молитв. Человек стоит прямо, руки подняты и согнуты под углом, ладони открыты и обращены от человека.
[2] Астад-мабди — девятая инициатическая ступень в ахриманизме. Мастерская. Соответствует ступени «Магистр Храма» в иерархии герметической традиции Ордена Золотой Зари.
[3] Дарх-миад — первая инициатическая ученическая степень в ахриманизме. Соответствует ступени «Неофит/вступающий» в иерархии герметической традиции Ордена Золотой Зари.
Тонкости мастерства
Итак, через два года своего пребывания у Мастера Азриэля в качестве слуги я поднялся до уровня ученика. Хозяин стал Учителем. Не могу сказать, что моя жизнь прямо сразу кардинально изменилась. И да, и нет. Все мои обязанности по дому и хозяйству остались прежними. Добавилось магическое обучение, как теоретическое, так и практическое.
В целом же на тот момент я был ещё наивен и счастлив, что Учитель взял меня в ученики и начал обучать. Действительно, это важный этап, значительный рубеж — момент официального признания, получение настоящего «живого» посвящения в ученики на этом плотном физическом плане. А моя наивность, как я понял уже через несколько лет обучения у Азриэля, заключалась в том, что я думал о начале магического обучения только с момента этого официального посвящения в неофиты, в дарх-миады. Хотя на самом деле Мастер начал меня обучать гораздо раньше — с того самого момента, когда взял меня к себе слугой.
Он заставлял меня стоять в позе всадника, тем самым я уже прорабатывал своё физическое, эфирное и витальное тело. Развивал энергетические центры — Муладхару, Свадхистану и Манипуру[1], тем самым развивая волю, стремление, выносливость, силу, повышая иммунитет, пластичность и регенерацию, усиливая концентрацию, внимание и укрепляя щупальца намерения[2] как орган тонкого витального тела.
Вся тяжёлая работа по дому аналогично укрепляла мои нижние тела и чакры (Муладхара — физическое, Свадхистана — эфирное, Манипура — витальное).
Медитация на точку ещё сильнее растила мою волю и намерение, а заодно усиливала мой «третий глаз» — Аджну-чакру[3].
Чтение гримуаров, апокрифов и иных магических трудов, а также последующее рассуждение и анализ прочитанного увеличивали мой багаж знаний и эрудицию, повышали уровень магической теории, развивали моё ментальное тело, его способности и возможности, расширяли Аджну и Вишудху[4]. Это колоссально укрепляло мой интеллект, память, красноречие, способности к анализу и синтезу, к поглощению огромных объёмов информации и оперированию с ними в рекордно короткие сроки. Это же выстраивало трамплин к миру идей через расширяющееся воображение, способности к визуализации и представлению.
Трёхдневные марафоны молчания давали ядерный взрыв энергии в чакре Вишудхе, наделяя слово Силой Закона, чтобы уже только им можно было трансформировать эту плотную реальность по своей воле. А добавляя сюда укреплённые концентрацию и намерение, можно было сказать твёрдо, что я встал не просто на Путь Мага, а на путь к обретению божественности. Ибо плох тот солдат, что не мечтает стать генералом. И плох тот маг, что не мечтает стать богом.
Более того, Учитель дал мне первое посвящение, дал мне огромный заём Силы уже в первую же ночь, когда я ночевал у него. На это и указывал тайный символический смысл моего сна-видения в ту ночь.
Все эти тренировки готовили меня к дальнейшему обучению, давали мне базу, основу энергетики, чтобы мои тонкие тела окрепли на нижних трёх ярусах и стали способными вмещать огромные объёмы энергии и выдерживать дальнейшие ритуалы и инициации с высокими вибрациями. Сосуд должен быть огромным и крепким, чтобы впустить в себя священное пламя Фохата[5] и не разлететься на мелкие осколки. Тренировки энергетики одновременно косвенно и по соответствующим связям прорабатывают способности сознания. Тренировки сознания затрагивают и усиливают энергетику. Левое тесно связано с правым, а правое с левым. Взаимосвязь и взаимозависимость.
А ещё просто нахождение рядом с Учителем столь высокого уровня даёт огромный рывок в магическом и духовном развитии. На востоке это называется «шактипат». Личная Сила Учителя наполняет пространство и всех, кто находится в нём. Она индуцирует живые и неживые объекты, заражая полностью — и сознание и энергетику — своей вибрацией. Более высокочастотный объект приводит более низкочастотные объекты в резонанс с собой. Это физика. Зачастую просто пару лет жить рядом с таким Учителем, убираться по хозяйству даст больший толчок в развитии, нежели годы самостоятельной магической практики по книгам.
Но всё это я осознал лишь спустя несколько лет. Когда моё сознание ещё немного созрело, и я стал видеть и понимать больше.
***
Как я уже упоминал, мой Учитель в целом не любил длинные пространственные теоретические объяснения, дабы не уподобляться философам, которых он называл демагогами и «ментальными мастурбаторами». При этом, однако, признавал, что некоторые идеи этих словоблудов вполне достойны ознакомления с ними. Поэтому в библиотеке мага были сочинения древнегреческих и древнеримских философов. Учитель упоминал о них, да и вообще вскользь и обобщённо говорил про тех, кто стоял у истоков наук, что они практически все являлись посвящёнными магами, состояли в магических орденах или ковенах. Но это было сокрытой частью их жизни. Что не оставило след в истории. А если и оставило, то только на эзотерическом уровне, не дойдя до экзотерических философских книг, где представлены лишь труды и достижения человеческого рацио, правой стороны, но не магии, левой стороны бытия.