Цена твоей нелюбви. Я к тебе не вернусь (СИ)

Глупая.
Наивная!
— Это мой знакомый юрист. Я бы хотела сначала ознакомиться с тем, что подписываю. Не без помощи, естественно. Я ведь имею право, не так ли? — с вызовом в глазах спрашиваю.
— Конечно, Дарина Юсуповна. Я не возражаю.
Он выдерживает мой тон и выкладывает со своего чемодана папку с необходимыми документами.
— Вы прочтете сначала или же передадим их сразу вашему юристу? Здесь три экземпляра. Один мой. Ваш и Альпарслана Каримовича. На всех нужна ваша подпись.
Он вытягивает лист и кладет его на стол.
— Рустам? — вопросительно смотрю на него.
— Давайте мне.
Мужчина берет договор в свои руки и начинает детально его рассматривать. Я же, делаю глоток воды и шумно вздыхаю, бросая взгляд на адвоката Альпа, который, отчего-то прищурившись взирает на меня с подозрением.
Что-то в нем мне явно не понравилось.
— Все в порядке, Дарин, — оглушает своим вердиктом Рустам, вырывая меня из собственных мыслей. — Можешь подписывать. Или для начала пробегись глазами. Как желаешь.
Я киваю и делаю, как он и говорит. Затем, уже в конце замечаю подпись Альпа и ставлю свою.
Даже как-то странно, что никакого подвоха нет. Червячок в груди ноет с новой силой, когда взглянув в глаза адвоката, я вижу немой вопрос.
— Что-то не так? — спрашиваю тут же.
— Я вот не понимаю вас, Дарина, — задумчиво произносит он. — Зачем вам выставлять такие условия при разводе? Что произошло такого в вашей семье, что вы решили разойтись? Причем так быстро. В кратчайшие сроки. Я не думаю, что господин Чакырбейли будет за вами бегать и возвращать. Все это наводит на странные мысли, знаете ли...
Я вспыхиваю моментально, будто спичка.
— А вот это... Совсем не ваше дело, знаете ли вы, — колко подмечаю. — Вы выполняете то, что приказывает, ваш Господин. Молча и безоговорочно. Не задаёте лишних вопросов и не вмешиваетесь в личную жизнь! Потому что это ваша работа. А другое вас волновать не должно. Я права?
— Да, но…
Он начинает мяться и я смягчаю свой тон.
С шумом втягиваю воздух в лёгкие. Я не должна поддаваться на провокацию. Мне нужно сохранить холодную голову и не вплетать сюда эмоции.
Не дай бог, он сейчас догадается, что я что-то скрываю от Альпа.
Что у меня есть от него тайна.
— Так как Альпарслан выдвинул свои условия, я имею полное право сделать тоже самое. Понятно? — уже спокойнее произношу я. — На этом разговор окончен. Или есть что-то ещё? Подпись я свою поставила.
— Извините, Дарина Юсиповна. Я не должен был о таком спрашивать, — сдается он. — Давайте я вам дам то, что передал Альпарслан Каримович. Хорошо?
Адвокат забирает с моих рук два листа. Мой экземпляр остаётся у меня.
Мужчина складывает в папку документы, а затем уже с портфеля достает...
— Это ключи от квартиры, — поясняет он. — Возьмите их, пожалуйста и езжайте туда. Там все ваши вещи, которые Альпарслан Каримович велел вывезти из вашего общего дома.
— Хорошо, — я киваю, вставая с места. Рустам делает тоже самое. — До свидания.
Я прощаюсь с адвокатом и следую за мужем Ренаты, который уже сумел вырваться вперёд, чтобы завести машину и выехать отсюда побыстрее.
 
Я молча, не говоря ни слова, сажусь в автомобиль и прикрываю глаза, устало откидываясь на пассажирское сиденье. Сил совсем не осталось, однако забрать свои вещи оттуда необходимо...
Там помимо одежды есть драгоценности, которые можно будет в случае чего продать и получить за это деньги.
Большую часть мне подарили на свадьбе. Некоторые из них отец, брат и свекровь.
Все же, я понимаю, что при рождении понадобится очень много средств. А детские принадлежности стоят довольно дорого.
Брать с Альпа что-либо я не буду. Честное слово, сейчас я понимаю, что мною диктуют эмоции и возможно это неправильно. Однако по-другому поступить не могу.
Предо мной предстает картина, где любовница Альпа смеётся и тычет имуществом и всеми благами, что оставил мне муж. Говорит, что я нахлебница и ничего сама не могу.
Этого мне не надо. Пусть живут в своем мнимом счастье и захлебываются в том,что сотворили.
Не хочу быть замешана в этом. Не хочу мараться об них.
И пусть меня осудят, но моя совесть будет чиста. Я никогда никого не обманывала. Никого не обижала и не делала больно.
Я буду растить своего ребенка и жить для него. Иного варианта не вижу.
Когда мы заходим в квартиру, я тут же оглядываюсь и захожу в самую первую комнату, где вижу несколько чемоданов.
Горько усмехаюсь и начинаю перебирать внутренность, проверяя, есть ли там мои драгоценности.
— Дарина! — слышу голос Рустама и оборачиваюсь. — Иди сюда, пожалуйста.
Я выхожу из комнаты и шагаю в зал, где впиваюсь в лицо мужа Ренаты, который рассматривает какие-то документы.
— Что это? — спрашиваю у него я.
Он выгибает бровь.
— Ты знаешь, что твой муж открыл счёт на твое имя? — прищурившись произносит. — И там очень даже приличная сумма денег.
Я замираю, пропуская через себя его слова. Неверяще качаю головой.
Даже так, Альп?
 Глава 21 
Сидя внутри салона автомобиля Рустама, я все прокручиваю в голове о том, что же понадобилось отцу, раз он позвонил мне в два часа ночи? Тогда я, естественно, уже спала. Усталость дала о себе знать. Вырубилась я моментально, едва голова коснулась подушки.
Уже во второй раз без сил валюсь спать. Не понимаю, почему постоянно такое внутреннее изнеможение. Вот вроде бы выспалась, однако с утра такое ощущение, будто я несколько дней без устали работала.
Вчера я забрала с квартиры свои драгоценности и одежду. А ещё альбом, где хранились мои фотографии со школьных и университетских времён. Там же лежали несколько наших снимков с Альпом, которые я тут же пообещала себе сжечь, но чуть подумав, решила немного остыть, а затем избавиться от них раз и навсегда, будто стирая все воспоминания рядом с ним.
Продав ювелирные украшения, я некоторое время однозначно смогу позаботиться о себе. Жилье у меня и без того будет, так как Рустам заверил об этом не беспокоиться, а остальное с зарплаты возьму. Я смогу родить ребенка и дать ему достойное будущее. Я справлюсь — в этом ни капли не сомневаюсь. До замужества я всегда добивалась своего, если ставила перед собой цель. Вот как сейчас. Буду трудиться. Стану самостоятельной женщиной, имеющей и работу, и деньги, а также жилье. Вот тогда я буду гордиться собой. Полностью и целиком.