Младший наследник (СИ)

— Утро, — помахал рукой я и сразу перешёл к делу. — Ты случайно не знаешь, как я могу попасть в Китай?
Пришлось объяснить служанке обстоятельства. Конечно, в тех же общих чертах, что и Роберту: у меня есть душа, и мне срочно нужно её… как это, реанимировать? Вот именно это и сделать, пока она совсем не затухла.
Как оказалось, я могу поехать без какой-то штучки, называемой визой, но нужно достать билет, собрать меня… в целом, Минори превратилась в настоящий клубок нервов, думая, и думая, и думая, и думая…
Только вот с душой были проблемы. Это явно нелегально. Да и не факт, что денег, которые у меня есть, хватит, чтобы упросить китайских мастеров что-нибудь сделать. Это действительно проблема. И я знаю только одного богатого и имеющего какую-то власть человека, который может мне помочь.
Вот же чёрт — я так не хотел омрачать отношения с Вяземскими финансовым вопросом! Да ещё и перевозка души в другую страну явно не тот уровень, что посылка с книгами и мудрёным молотком. Что ж, не попробуешь, не узнаешь?
Я отыскал свой телефон и отыскал номер Марии, прежде чем застыть, размышляя, стоит ли ей звонить. Наконец, я набрал сообщение:
Приношу искренние извинения за наглость, но могу я попросить тебя об услуге?
По какой-то причине (разве у неё не должна быть глубокая ночь?), ответ пришёл почти моментально. Не таким же маленьким клочком текста: Мария решила не тянуть кота за хвост и просто мне позвонила. Я принял вызов и, без всяких прелюдий, она заговорила:
— Вот это повод не ложиться спать! Я-то думала, ты забыл о моём существовании. Ну что, тебе снова что-то нужно? Если ты что-то сделал с руководствами, я могла бы послать ещё пару…
— Это кое-что другое, — прервал её я и прочистил горло. — Вообще-то, я пойму, если ты мне откажешь, но…
— Не смей делать мне предложение, блин! — рыкнула Мария. — Ну только не ты, мне и так дураков хватает.
Я фыркнул.
— Нет, ничего подобного. Дело в другом. Скажи, ты знаешь что-нибудь о восстановлении повреждённых душ?
— Ага, — отозвалась девушка с ноткой заинтересованности в голосе. — У меня бабушка с совершенствованием переборщила, а ей было уже семьдесят восемь! Ездила лечиться в Китай, а что? Ты что, повредил душу?
— И да, и нет. Есть душа, которую нужно восстановить, но она, как бы сказать… без тела.
Сначала была короткая пауза. Всего несколько секунд, но сразу после этого Мария громко присвистнула.
— А я только подумала, что в моей жизни редко случается что-то интересное. Подробности?
— Подробностей нет.
— Это так не работает, знаешь ли, — цокнула Мария. — Смотри-ка, ты мне подробности, а я попрошу отца тебе подсобить. А ещё должен мне будешь — выполнишь абсолютно любое моё желание, если я попрошу. Ну что?
Я задумался. Рассказывать Марии? Ужасная идея. С другой стороны, если князь поможет мне вернуть душу Сабуро в нормальное состояние…
— В обратном порядке, — потребовал я.
— Ладно-ладно, в этот раз уступаю, — великодушно согласилась девушка. — Ну что, на какое число у тебя рейс?
* * *
Дисклеймер: я не одобряю азартные игры и всё, что связано с самим существованием Кикучи Таро
Кикучи Таро вздохнул, скидывая пиджак на пол возле входной двери. Ему повезло, что он заставил отца отписать ему немного имущества в Лас-Вегасе — зная Орочи, он вполне мог бы выгнать сына и заставить его вернуться в то убогое поместье близ Токио, чтобы оплатить свои долги.
А у Таро и собственных хватает, чтобы думать ещё и о том, что он может остаться без крыши над головой или делить жилплощадь с папашей и тупыми братьями. Сейичи — точная копия отца, и рожа у него такая же пропитая, так что общаться с ним на редкость противно. А Сабуро и вовсе ходячее убожество — раньше его было весело избивать, но в последний раз отец обозлился и накричал на среднего сына, брызжа слюной.
Что-то о том, что если ему опять придётся давать работникам больниц взятки и отбиваться от прессы, Таро придётся заниматься этим самому. В любом случае, кому оно надо? Репутация семьи и так ниже не куда. Раз уж папаша так о ней печётся, мог бы и сам что-нибудь сделать и прекратить свои постоянные попойки.
 
Конечно же, он этого не сделает. Как будто кому-то ещё есть дело до этого глупого клана.
Таро никогда не хотел быть борцом с демонами. Глупость какая — рисковать жизнью ради людей. Ему своя шкура дорога — остальные пусть сами разбираются. В Оясиме, вон, ещё девять главных семей да целая куча кланов поменьше да свободных оммёдзи. На крайний случай, есть вооружённые силы. Так чего ему горбатиться, если всегда найдётся кто-то, кто сделает это за него?
Не-ет, Таро не заставишь этим заниматься! Даже вся эта дорогущая коллекция мечей осталась пылиться в Токио — штука, конечно, красивая, но эти мечи даже не перепродашь. Видите ли, создано для кровных членов семьи Кикучи. Зачем вообще так делать?
У Таро было много амбиций. С самого детства он был умнее и сильнее своих братьев — точнее, своего брата Сейичи. Как можно сравнивать себя с Сабуро, этим маленьким ноющим убожеством? Единственное, что он умеет, это пищать, когда его бьёшь, и смотреть своими испуганными оленьими глазами. Весело, когда нужно снять стресс, но грушу для биться где угодно можно найти — для этого не нужны никакие выдающиеся таланты.
Таро с отличием закончил школу, получил образование за рубежом — благо, тогда у отца ещё было достаточно денег на его оплату. Теперь он должен был создать бизнес — это было мечтой Таро с самого юношества, отделиться от клана Кикучи, в глаза не видеть всех этих борцов с демонами и оясимскую элиту и стать тем самым директором компании, как все эти успешные люди из фильмов: с зачесанными волосами и дорогими часами, в шикарных костюмах и лакированных туфлях. Да, Таро бы всем показал — он не просто сын алкаша Орочи, он настоящий успешный человек. Вот, кто бы смог носить титул хакусяку — и он точно считал бы себя достойным его, если бы у него было хоть малейшее желание жить в Оясиме.
Но зачем? Штаты — вот страна возможностей. Что делать на родине, если можно уехать в САСШ? Это и сделал Таро — выпросил у отца денег и окончательно покинул семейное гнездо в надежде создать что-то с нуля.
Первый блин комом — всё накрылось, денег не хватило, и Таро продал одну из машин (дурак он что ли, чтобы не взять несколько) из нежелания просить деньги у семьи так скоро. Затем Таро понял, что сумму надо как-то быстро увеличить, и пара новых знакомых из Лас-Вегаса привела его в казино.
Кто он такой, чтобы им не доверять? Прежде Таро никогда не играл и даже не думал, что однажды придётся попробовать. Атмосфера казино захватывала дух — стоило ему переступить порог, как он очутился в прекрасном, ярком месте. Каждая деталь вызывала интерес, а все эти мудрёные игры заставляли Таро делать попробовать каждую из них.
Азарт бурлил в венах, проникал в мозг и заставлял переигрывать снова и снова. Первые маленькие победы разжигали всё больше желания продолжать. Приятели подливали шампанского в высокие бокалы и похлопывали по плечу в немом одобрении. Таро выиграл двести тысяч долларов и понял, что сделал правильный выбор.
Прежде чем понял, что остался один.
Нет никаких приятелей и друзей, нет хороших вегасских знакомых, есть только завистники или зазывалы из казино. Путь Таро будто был проложен свыше — всё больше и больше денег, один лишь успех.
А потом он впервые проиграл.
Сначала полмиллиона. Таро принял это, как и любую данность — ничего такого в том, чтобы один раз проиграть. Он расплатился с долгом, но с тех пор его будто преследовала череда неудач. Всё больше и больше денег утекали сквозь пальцы. В конце концов он даже спрятался от всего мира и уехал в Оясиму на несколько месяцев. Было легко уговорить неадекватного отца дать ему больше денег — в конце концов в руках Таро оказалась треть всего состояния Кикучи.