Бухгалтер Его Величества (СИ)

– Ваше величество, вы всё правильно сделали! – не знаю, нуждается ли он в моей поддержке, но промолчать не могу. – Ее высочеству нужны вы, а вам, я уверена, нужна она. Ваша дочь совершенно очаровательна, а ее рассуждения вполне здравы – если, конечно, отбросить разговоры о феях.
Его величество кивает:
– Да, я и сам думал именно так – пока однажды не увидел, в какую истерику впала Эмили, когда ей показалось, что няня пыталась помешать ее «разговору с феями». Бедная женщина всего лишь вошла в комнату в неудачный момент. Когда вызвали меня, Эмили каталась по полу, рыдала и требовала, чтобы ее немедленно отвезли в горы – потому что именно оттуда «феи и приходили к ней». Она уже не раз пыталась отправиться туда самостоятельно, сбегала из дворца. Вы сами встретили ее на площади как раз в один из таких моментов. Я боюсь за нее. Очередной ее побег может закончиться не столь благополучно. Она ничего не знает о жизни за пределами дворца.
– Ваши слуги должны лучше за ней присматривать, – я укоризненно качаю головой.
Его величество усмехается:
– Я уже несколько раз менял и нянь, и лакеев, и стражу моей дочери. Но всё оказывается бесполезным, стоит ей захотеть улизнуть из своих покоев. Понятия не имею, как ей это удается. Впрочем, довольно об этом. Я уже достаточно испортил вам вечер своими тревогами. Давайте лучше поговорим о делах. Надеюсь, вы приступите к ним как можно скорее. И хотя сам я мало верю в результат, я буду рад ошибиться. Быть может, ваша светлость, у вас есть ко мне какие-то просьбы?
Переход от личных вопросов к деловым оказывается слишком резким, поэтому я отвечаю не сразу.
– Да, ваше величество! Я хотела бы, чтобы вы позволили мне построить купальни на Диком озере. Мне рассказали, что рядом с озером есть небольшая усадьба, принадлежащая вашему величеству. Ни сами вы, ни члены вашей семьи там не бываете, и, может быть, вы разрешите сделать там что-то вроде курорта.
Его ответ меня изумляет. Рейнар смеется – громко, от души.
– Купальни на Диком озере? Нет, я знаю, что подобные заведения в Германии и Чехии приносят неплохой доход, но с чего вы взяли, что люди из-за границы поедут к нам, в Тодорию?
– Видите ли, ваше величество, – я стараюсь говорить осторожно, задумываясь над каждым словом, – в нашу пользу будут играть старинные легенды, связанные с этим местом.
– Вы о ведьмах? – сразу догадывается он. – Надеюсь, сами вы не верите в эту опасную чушь?
Я мотаю головой:
– Конечно, нет, ваше величество! Но каждая женщина в глубине души мечтает хотя бы раз почувствовать себя ведьмой. И если на этом можно заработать, то почему бы и нет?
– А вы, ваша светлость? – Рейнар останавливается, поворачивается и смотрит мне прямо в глаза. – Неужели вы тоже хотите ощутить себя ведьмой?
Я смущаюсь, отвожу взгляд.
– Нет, ваше величество! Это всего лишь бизнес, и ничего более.
32. И еще один разговор
Его величество благодарит меня за прекрасно проведенное время, я тоже отвечаю каким-то комплиментом. Политес как он есть.
Но настроение у меня и в самом деле хорошее. Парк превосходен, король любезен, а его дочка просто прелесть до чего мила. Не сомневаюсь, Сюзанна замучает меня расспросами, но рассказать ей я смогу не всё.
Я направляюсь ко крыльцу, к которому вот-вот должна подъехать моя карета, когда ко мне подходит лакей в ливрее, цвет которой отличается от цвета униформы королевских слуг.
– Ваша светлость, его высочество приглашает вас на ужин!
Я не сразу понимаю, о ком он говорит. Ах, да, у его величества есть дядя – Сюзанна показывала мне его на балу. Эмильен? Нет, Этьен!
Я в нерешительности замираю. С одной стороны, на свежем воздухе у меня разыгрался аппетит, да и чаепитие у принцессы трудно было назвать сытным. С другой стороны, я ничего не знаю об этом принце. Быть может, у его величества совсем не дружеские отношения с дядей, и тогда этот ужин вызовет недовольство монарха.
В исторических книгах, которые я читала в юности, всегда говорилось о том, что королевские дворцы наполнены интригами и интриганами. Тут следует держать ухо востро.
 
– Его высочество просил передать, что он хотел бы поговорить с вами о весьма важном, государственном деле, – слуга понижает голос, подчеркивая важность сообщения.
И я не удерживаюсь. А почему бы и нет? Я же иду не на свидание, а на деловой ужин. К тому же, отказываться от приглашения члена королевской семьи может быть небезопасно. Обретать врага в лице дяди короля уж точно не стоит.
Я киваю, показывая, что принимаю приглашение, и лицо лакея светлеет. Ему, бедному, должно быть, тоже не сладко пришлось бы, вернись он к хозяину без меня.
Меня снова ведут по коридорам – только теперь уже в другое крыло дворца. Ливреи всех слуг здесь нежного салатового цвета.
В комнате, где меня ожидает его высочество, царит полумрак. Освещена только та часть, где стоит стол. Стол овальный, большой и весь заставлен фарфоровой и серебряной посудой. Не знаю, каждый ли вечер принц ужинает с таким шиком, но если это сделано ради меня, то, признаться, я польщена.
– Рад приветствовать вас, ваша светлость, в моем скромном жилище, – его величество с неожиданной легкостью вскакивает со стула и резво приближается ко мне.
Я протягиваю ему руку, и принц запечатлевает на ней поцелуй.
– В Аларе только и говорят, что о вашей красоте, маркиза, – он подводит меня к столу и лично отодвигает для меня стул. – Я был уверен, что мой племянник тоже не останется к вам равнодушен.
Если это комплимент, то весьма сомнительный. Я отвечаю дежурной улыбкой.
Я могла бы сказать ему, что приходила в гости не столько к его величеству, сколько к его дочери. Но зачем? Он всё равно мне не поверит. Как, боюсь, не поверят и остальные придворные. Но, может, это даже и к лучшему. Если они будут думать, что король проявляет ко мне интерес, то куда охотнее станут оказывать мне содействие.
Первые пятнадцать минут мы наслаждаемся отличными блюдами – нежнейшим суфле из мяса птицы, говяжьим бульоном с луковыми пирожками и заливным из телятины. Говорим при этом о прошедшем бале, о погоде и о достопримечательностях Тодории.
И только когда голод немного утолен, и слуге подан знак удалиться, его высочество приступает к той теме, ради которой меня пригласил.
– Я всегда знал, что рано или поздно в Аларе появится женщина, которая заставит моего племянника забыть об этой интриганке!
Я догадываюсь, что он говорит о герцогине де Жуанвиль, но на всякий случай спрашиваю:
– Не понимаю, о ком вы говорите, ваше высочество.
Его темные глаза хищно сверкают.
– Влияние Клэр на его величество пагубно сказывается на всей стране. О, внешне она сама доброта! Но каждое ее действие, каждое слово приводит ее к той цели, которую она поставила перед собой. Даже не столько она, сколько ее мерзавец-супруг.
В принципе, его слова вполне согласуются с тем, что мне говорили Сюзанна и месье Амбуаз, но я считаю нужным возразить:
– Не думаю, что его величество настолько подвержен влиянию кого бы то ни было. Он кажется решительным и сильным человеком.
Принц откидывает длинную прядь со лба.
– Конечно, так оно и есть, но вы, как и всякая женщина, прекрасно знаете, что управлять мужчиной можно совершенно незаметно. Думаю, мой племянник и не догадывается, что очень многие мысли вкладывает в его голову именно герцогиня.
– А вам настолько не нравятся эти мысли? – осторожно интересуюсь я.
Его высочество подается вперед.
– А как представителю королевского дома Тодории может понравиться, что какая-то корыстная тварь пытается лишить мою страну независимости?
 
– Но зачем это нужно герцогине?
Он усмехается:
– Деньги, сударыня! Очень большие деньги. Ничуть не сомневаюсь, что каждое украшение герцогини куплено на французские луидоры.
Кажется, он не притворяется – в его голосе слышно искреннее беспокойство.
– Но неужели ваш племянник не понимает этого? Вы не пытались с ним поговорить?