Леди для короля. Оборотная сторона короны (СИ)

– Благодарю вас, ваше величество, – пробормотала я, страшась поднять глаза и выдать свои чувства, – прекрасно.
– Что ж, идите, – разрешил он.
Принято было говорить «отпускаю вас», но Эдуард не отпускал.
Он действительно крепко держал мое сердце.
На секунду наши взгляды все же пересеклись, и я почти растворилась в горячей черной бездне его глаз.
И я позволила себе, возможно, величайшую глупость.
Сделала то, что делают девицы, подавая знак объекту своей симпатии.
Поднимаясь из реверанса, я незаметно вынула платок из рукава, и обронила перед тем, как скрыться за дверями кабинета.
Прислонившись к деревянным резным полотнам спиной, я прислушивалась к тому, что происходило за ними.
– Это то, что я думаю? – услышала я удивленного лорда Джейда.
– Это, друг мой, лучшая сделка в моей жизни. Я расплатился жалким колье с изумрудами за надежду.
  
Глава 48
 
И как теперь прикажете думать о делах?
Его величество, разумеется, в своем репертуаре.
Интриган и манипулятор.
Интересно, платок теперь тоже поселится в сейфе старого кабинета?
Ах, как же мне хотелось вытрясти из Эдуарда ответы на все вопросы!
Рано или поздно, нам все же придется объясниться, и уж я постараюсь, чтобы ускорить этот момент.
В самом деле, я раскисла совершенно не вовремя.
Да еще и два самых мутных типа в моей жизни старательно водят меня за нос.
Один требует, чтобы я ни во что не вмешивалась, и это при том, что не без его помощи я оказалась в гуще событий.
Другой, наоборот, упорно к чему-то подталкивает, создает условия для какого-то решения, которое я должна принять.
И я, как лошадь в поводу, иду, куда меня направляют.
Леди Имоджин была бы мной разочарована.
Пора перестать плыть по течению. Это дурная затея, если не понимаешь, куда впадает река.
«Ну наконец-то», – проворчал голос в голове, отчего я почти выронила из рук письмо Алисии, которое доставала из-за корсажа.
Это уже ни в какие ворота! Я почти привыкла к этому голосу, но могла сказать совершенно точно, это ненормально. У меня должна быть приватность!
– Ты кто? – не вытерпела я.
«Вопросы задавать научись», – с ехидцей ответили мне, вогнав меня в ступор. Определенно, у этого «нечто» была какая-то личность, и от этого мне становилось не по себе.
– Эй! – позвала я, изрядно напрягшись.
Но ответа не последовало. Мне ясно дали понять, что на мой вопрос отвечать не желают.
Это нервировало, но я не теряла надежды, что мне удастся с этим разобраться при помощи книг из здешней библиотеки или при помощи Тофинбейла.
Покусав губы, я все же решаю вернуться к письму подруги, которое и так ждало моего внимания со вчерашнего дня.
Отец, наверное, тоже мной был бы недоволен. Он-то никогда не откладывал срочные донесения. Меня, конечно, извиняли события, захватившие сразу после приезда в Аддингтон-холл. Даже удивительно: жизнь в «ссылке» оказалась даже более насыщенной, чем в Вингфолде. Тут и покушения с помощью редкой ядовитой змеи, сокровища первой королевы, открытие дара, его величество, ночующий в моих покоях, исторические документы и секреты королевского рода в дневнике, который попал в руки Дель непонятным образом.
Что-то мне подсказывало, что уж случай с «Королевской любовницей» точно имеет отношение к тому, что происходит во дворце, а уж политические ли это мотивы, или личные – вопрос другой. Так что определенно стоило узнать, что происходит в Вингфолде в мое отсутствие. Как никак, мне скоро придется туда вернуться.
Развернув запечатанное магией послание, я погрузилась в чтение.
«Мими, надеюсь ты успела немного передохнуть без придворной суеты».
Так начиналось письмо, и у меня вырвался нервный смешок. Да уж. Передохнула так передохнула.
«Во дворце же явно затевается что-то интересное. Ничего не понятно, но жутко любопытно. К твоему возвращению постараюсь добыть побольше сведений, а пока делюсь фактами. Благо, учить тебя делать выводы не нужно. К тому же, самый умный человек в Королевстве, на мой взгляд, у тебя под боком. Я сейчас о твоем отце.
 
Итак, приступим.
Факт номер один. По Вингфолду ходят слухи, что между Эдуардом и Эдгаром пробежала черная кошка. (Полагаю, не стоит тебе напоминать, что мы этого момента ждали). При дворе, точнее, в дамских гостиных и на половине прислуги это связывают с повышенным вниманием братьев к леди Цирцее. Что удивительно, ее величество проявляет полнейшее равнодушие к ситуации. Разумеется, она не может упрекнуть короля за интерес к фрейлине, однако, вполне могла бы ее удалить из свиты, но этого не происходит. Стало быть, она в курсе и для чего-то это нужно. Весь двор напряженно ожидает развития событий».
Что ж. Подслушанный Алисией план, косвенно подтвержденный Эдуардом, все же воплощался. Невинный повод и серьезная размолвка в королевской семье. Если бы я писала роман, я бы предположила, что это нужно для того, чтобы собрать потенциальных сторонников вокруг участников конфликта. В самом деле, открыто выбирать сторону не короля, это повод присмотреться к человеку. С другой стороны, не симпатизировать принцу довольно сложно. Посмотрим, к чему приведет этот план. Весьма сомневаюсь, что у него нет еще мотивов и подоплек, которые мне пока не были видны.
«Факт номер два. Ну или не факт, но весьма интересные сведения. Сегодня мне довелось познакомиться с леди Гвидиче, тем самым имперским юным дарованием. Не таким уж и юным. Леди – моя ровесница. На мой взгляд, Рейджи уделяет ей чересчур много внимания, хотя и убеждает меня, что у этого нет никакого основания, кроме уважения. Впрочем, сама Джемма смотрит только на своего лорда Натори. Как я поняла, он был ее ректором в магической академии, там и настигла их страсть. Я считаю, это очень романтичным! Почему у нас в пансионе не было никаких горячих красавцев-ректоров? Только сушеные перечницы, которые за любое кокетство отправляли на отработку! Несправедливо!».
Алисии грех жаловаться! Выпустившись из пансиона она наверстала упущенное! А у меня даже турне невесты провалилось. И теперь мне кажется несколько подозрительным, что кавалеры, с которыми у меня что-то намечалось за последнее время, прекращали за мной ухаживать весьма внезапно.
«Но я немного увлеклась. Так вот. Джемма как раз исследовала возможности этого самого порошка, найденного на потерпевшем крушении корабле и фигурировавшего в деле Натана. По всему выходит, что ни для чего доброго использовать его не собирались. Джемме запрещено рассказывать о неких недавних события в Империи, но из того, что ей было позволено выдать, получается, что этим порошком при определенных обстоятельствах можно лишить дара и ослабить мага физически.
И как показали наши совместные опыты, наверно, даже ужаснее всего то, что этим порошком можно контролировать мага. Это пугает. Пугает, что эта дрянь у нас в Королевстве».
У меня мурашки побежали по коже. Обезмагичить кого-то – ужасно. Мне живущей с неполноценной магией было тяжело, это как будто ты все время в колодках. Я привыкла, но это несладко. А отобрать магию кого-то, для кого она естественна, это как лишить рук и ног, зрения и слуха.
Про то, что кто-то может воспользоваться мной, как марионеткой, даже думать страшно. У нас в Королевстве почти нет менталистов, и их опасаются. Поэтому, когда лорд Джейд оказывается в обществе, вокруг него словно образуется пустое пространство. Стереотипы слишком сильны. В Империи с этим чуть проще, у них даже обучают этому искусству, но в любом случае, ты знаешь, с кем имеешь дело. Ты можешь хотя бы попытаться защититься. Для менталистов существуют правила, за нарушение которых наказание весьма суровое.
А здесь… Страшное оружие. Зачем оно было Натану?
Он хотел сам сесть на престол или управлять Эдуардом? Или Эдгаром? Или на самом деле управляли им?
«Факт номер три. Красавчик-дознаватель из Империи взял след некоего высокопоставленного беглеца. Некто лорд Смионе, бывший министр промышленности, укрылся где-то на Побережье. При поддержке Фаренджера он сейчас прочесывает форт и всю местность вокруг. У меня уже глаз скоро начнет дергаться при упоминании Побережья. Что там происходит? Столько лет никто о нем почти не вспоминал, и теперь только о нем и речь. Угадай, где добывали раньше этот песок, который на самом деле порошок магической руды. На Побережье».