Подозрительная невеста дракона

– Нет, другие. – И не сдержала раздражения: – Всё из-за этого графа! Как там его?
– Эйр Хартш, – с придыханием ответила Панча и сжала подушку в объятиях. – Но почему вам снились кошмары из-за этого красивого и учтивого мужчины?
– Где ты учтивость увидела? – ехидно поинтересовалась я. – Он же приставучий, как дорожная пыль! А какой наглый!
«Почти поцеловал» – я прикусила нижнюю губу.
Настроение внезапно улучшилось, и я, напевая какую-то недавно услышанную песенку, поспешила за ширму, чтобы умыться. Панча, старательно пряча лукавую усмешку, помогла мне вытереться, причесаться и одеться к обеду. Впервые за долгое время я вышла к столу позже отчима.
Господин Кустер читал газету, а моя маленькая сестрёнка сидела рядом и, старательно водя мелком по листку бумаги, мурлыкала ту же самую песенку, что и я. Подняв голову, Триста понимающе улыбнулась мне и снова вернулась к рисунку. Отчим же, педантично сложив газету, отложил и обратился ко мне прямо:
– Какого цвета платье ты бы хотела надеть на бал у господина Ризегана? Розовое? Голубое? Что сейчас модно?
Я села за стол и улыбнулась Шолле, которая поставила передо мной тарелку с супом. Отчим тяжело вздохнул и пожаловался:
– Как ни прискорбно, модистку звать уже поздно, придётся купить готовое.
Я на миг опустила голову и, пряча смешок, попробовала суп. Господин Кустер никогда не покупал одежду в магазине, предпочитая услуги старой модистки, с которой каждый раз до посинения спорил о тканях, нитках и кружевах, добиваясь того, чтобы цена готового наряда была на порядок дешевле магазинной.
– Что ответишь?
Отчим ждал, и я, ощущая его напряжённый взгляд, отложила ложку. Выпрямившись, посмотрел на мужчину с искренним удивлением:
– Я полагала, вы пошутили. Разве мне нужно новое платье? Я ещё из старых не выросла.
Триста залилась весёлым смехом, ведь это предложение как правило произносил господин Кустер на просьбу что-то купить мне или моей сестре. Отчим недовольно поджал губы и подхватил газету. Рывками развернул её и проворчал:
– Этот бал исключение. Ты должна покорить его светлость красотой и манерами, чтобы он не сорвался с крючка… Кхе! Я хотел сказать, дабы ещё больше очаровать своего будущего супруга. И не переживай насчёт денег, я скопил немного на твою свадьбу. Мы спокойно можем потратить отложенное на наряд, потому как Эйр Хартш неприлично богат. Уверен, что он сам купит тебе подвенечное платье и лично позаботится о роскошной церемонии.
Я сжала ложку, сдерживая стремительно растущий гнев. Отчим утверждал, что с деньгами у нас всё хуже, и поэтому на зелья для младшей дочери давал всё меньше и меньше денег. А в последнее время не позволял брать повозку, когда мы с Тристой отправлялись к травнику. Будто наказывал за то, что никто не берёт меня замуж, или надеялся, что однажды мы не вернёмся домой, освободив от тяжёлых обязанностей и не причинив вреда репутации.
Но я ему такого счастья не подарю. Останусь в этом доме до тех пор, пока не буду уверена, что судьба Тристы не повторит мою. Только тогда навсегда исчезну и безо всякого замужества растворюсь в лесу, оставив всё человеческое навеки веков!
– Может… – От гнева голос мой подрагивал, и от отчима, это, разумеется, не утаилось. – …Вы выделите часть этих денег на лекарства для Трис? Вы же помните, что в полнолуние ей становится хуже? Или хотите, чтобы она стала такой, как я?
Господин Кустер резко смял газету и отбросил в сторону, едва не попав в тарелку, которую несла Шолла. Тихо, но с угрозой уточнил:
– Обвиняешь меня в том, что я плохо забочусь о дочери? Да я во всём себе отказываю ради вас! Избегаю приглашений в увеселительные дома, игнорирую скачки и охоту. Меня все считают затворником. Но что бы ни делал, всё равно остаюсь жадным отчимом.
Он буравил меня тяжёлым взглядом и шумно дышал. На щеках двигались желваки, кадык ходил ходуном. Я сдержала рвущиеся обвинения, понимая, что меня всё равно не услышат. Мы слишком разные, и у каждого свои представления о несчастье. Для отчима это положение вдовца с прицепом, а для меня – разрушенная жизнь моей сестрёнки. Не переживу, если однажды кто-то посмотрит на неё так же, как некогда господин Кустер на мою мать.
 
– Насколько он богат? – неожиданно спросила Триста, разряжая напряжение, сгустившееся в воздухе. – Жених Леты. У него много денег?
– Куры не клюют, моя кнопочка, – засюсюкал отчим и с улыбкой погладил её по голове.
Я не понимала этого человека. Вроде искренне любил родную дочь, но почему тогда каждую монетку на её лечение мне приходилось вымаливать едва ли не на коленях?
– Говорят, граф Эйр Хартш совсем не умеет их тратить, – весело поделился господин Кустер, преображаясь лицом. Разговоры о деньгах (если их у него не просили), всегда были ему в радость. – Единственное, что он купил, когда стал драконом его величества, это дом в центре Девлиона, но здание пустует, потому что у него нет хозяйки.
Сестрёнка распахнула глазёнки, с восторгом глядя на меня:
– Ты будешь жить в столице?
– Будет, – ответил за меня отчим.
Это короткое слово прозвучало, как угроза.
 
Глава 10
 
Эйр
Проснулся я рано и, одевшись, сразу направился обследовать дом. Как и предполагал, хозяева ещё сладко спали, как это принято в провинции, и по коридорам лишь пугливо сновали слуги, в серых ливреях и пышных ярко-красных жабо они походили на мышей, которым повязали яркие бантики на шеи.
Сарча косился на них, как на привидения:
– Кошмар какой! Им будто шеи перерезали, и изнутри всё вывалилось…
– Ну и фантазия у тебя, – хмыкнул я.
– С кем поведёшься, от того и наберёшься, – парировал слуга и вздрогнул при виде ещё одного мужчины в алом жабо. – Бр… Кому это только в голову пришло?
– Зато очень удобно, – возразил я. – Всегда их трудно не заметить, не считаешь?
– Ваша правда, – проворчал он и, когда я свернул в сторону лестницы в подвал, зашептал: – Мне посторожить?
– Лучше прогуляйся до кухни, – негромко посоветовал я. – Прикажи сделать завтрак и поговори о продуктах. Кто привозит, когда, где хранятся. Вызнай всё, что сможешь.
– Будет сделано, – обрадовался он приятному и вкусному заданию, но уходить не спешил.
Когда я вынул из кармана набор отмычек, разочарованно буркнул:
– Магией же быстрее.
– Фокусы будешь смотреть в цирке, – холодно осадил я и напомнил: – Магия оставляет следы, забыл? Отмычкой быстрее и безопаснее. Всегда можно соврать, что дверь была не заперта. Встретимся в общей столовой через час.
– Если вас не будет через два, вызову стражей, – привычно кивнул он.
– Кого ты собрался вызывать? – я на миг замер и бросил на него насмешливый взгляд. – Не понял ещё, что Леверетт это королевство в королевстве? Любой из городских стражников тут же доложит Ризегану, и наше задание будет провалено. Включи голову, Сарча, и действуй осторожно.
– Простите, ваше сиятельство, – скользнув в темноту, услышал его виноватое бормотание.
Освещать себе путь магией было опасно, но и так идти самоубийство – мало ли, какие тут ловушки стоят? Пришлось воззвать к своему дракону и попросить предоставить мне звериное зрение. Не скажу, что этот способ надёжнее и безопаснее. Стальной дракон за каждую крошку помощи потребует немалую плату, но выбора не было.
Моё чутьё вело меня в подвал, дразня чувствительное обоняние шершавым запахом сырой земли и сладковатой нотой засахаренного дерева. Другой бы не обратил внимания, решив, что подвалы забиты вареньем, которым славится Леверетт, но я знал – здесь что-то нечисто. Именно за способность ощущать ложь наш противный призрак и назначил меня главным королевским инспектором.
В первом помещении не было ничего особенного, лишь мешки с крупой, короба с мукой, сахаром и солью. Во втором я обнаружил небольшой склад вяленого и копчёного мяса, колбас и сала. Куски были аккуратно разложены на полках, от которых веяло охлаждающей магией. Господин Ризеган не скупился на услуги бытового мага, а ведь это очень дорого. Особенно, если учесть, что специалиста такого плана нужно вызывать из столицы.