Беру тебя в жены
— Подождите! — Эмма резко повернулась к Эдисону. — Если исходить из вашей версии, в ту ночь Миранда должна была прийти ко мне в комнату готовой к убийству Крэйна. Откуда она могла знать, что ее план провалится? Вы хотите сказать, что она принесла пистолет с собой на всякий случай, если все пойдет не так, как она задумала?
— Очень похоже, что Миранда имеет привычку носить пистолет в своей сумочке, — сказал Эдисон. — В ту ночь, обыскивая ее комнату в Уэр-Касле, я нашел ящик для пистолетов. В нем были порох и пули, но оружия не было.
— Тогда он действительно мог быть при ней, — прошептала Эмма.
— Да. Вероятно, застрелив Крэйна, она спустилась вниз и стала ждать, пока обнаружат тело. Но все было тихо.
— Она потеряла терпение и послала в мою комнату горничную с чаем, чтобы ускорить события.
— Похоже, что так все и было, — сказал Эдисон. Эмма побарабанила пальцами по сиденью.
— Когда вы догадались, что Миранда — убийца, сэр?
Он пожал плечами:
— Это пришло мне в голову, как одна из возможностей, из-за пистолета. Но были и другие, столь же вероятные, объяснения смерти Крэйна.
Эмма посмотрела на него с упреком:
— Включая возможность, что это я его убила?
Эдисон улыбнулся:
— Я говорил вам, что не возражал бы, если бы вы застрелили Крэйна, но это создавало определенные трудности. Прежде всего, я должен был быть уверен, что вы не запутаетесь и не разрушите алиби, которым я вас обеспечил. Признаюсь, что пока мы не уехали из Уэр-Касла, мое внимание было сосредоточено на этом.
— Почему вы верите, что это не я убила Крэйна? Эдисон посмотрел на нее блестящими глазами.
— Не думаю, что вы солгали бы мне теперь. После того, что было между нами и что вы так очаровательно назвали «инцидентом».
Девушка уставилась на него:
— Вы говорите, что только потому, что мы были… близки, вы чувствуете, что можете мне доверять?
— Думаю, на самом деле я стал вам доверять гораздо раньше, — задумчиво произнес он.
— Вы хотите сказать, сэр, что вас нисколько не тревожила мысль, что вы наняли убийцу?
Эдисон улыбнулся:
— Не в том случае, когда жертвой стал Чилтон Крэйн. Эмму охватило неожиданно теплое чувство.
— Я тронута, сэр. Очень… очень тронута, правда! Вы, без сомнения, уникальный хозяин.
Стоукс пожал плечами:
— Я всегда был склонен к эксцентричности. Теплое чувство Эммы ослабло.
— Понятно. Значит, вы наняли убийцу только исходя из своей эксцентричности?
— М-м…
Раздосадованная, она продолжила расспросы:
— И вам подошла бы любая убийца? Или вы готовы нанять только определенный тип убийц?
Его глаза заблестели.
— Я очень разборчив.
Эмма решила, что ей остается только сменить тему:
— Давайте вернемся к текущим делам. Все равно мы не можем доказать, что Крэйна застрелила Миранда. Наверняка леди Эймс не стала бы смертельно рисковать только ради, ..
— Ради приобретения состояния? Напротив, думаю, как раз из-за этого Миранда могла убить. Она отъявленная авантюристка, уже однажды убившая, чтобы завладеть расшифрованным рецептом из «Книги тайн», а возможно, и самой книгой.
— Фаррел Блу?
— Да.
Эмма отвернулась к окну, мысли у нее путались.
— Я помню, как она была потрясена, когда в ту ночь в коридоре вы объявили о нашей помолвке. Я подумала, что ее, как и всех остальных, поразил наш неравный союз. Но, полагаю, у нее могло быть точно такое же выражение, если бы она внезапно осознала, что ее план снова провалился.
— Она пошла на риск, совершив убийство, и ничего за это не получила. Награда ускользнула от нее.
Эмма состроила гримасу:
— Мне не нравится считать себя наградой, сэр.
Стоукс почувствовал себя неловко.
— Я не то имел в виду, — пробормотал он.
— Да. — Эмма вздохнула и потянулась на сиденье. — Ну да все равно, полагаю, это не хуже, чем считать себя приманкой.
Стоукс свел брови в зловещую линию:
— Эмма…
— Возвращаясь к нашему делу, — быстро перебила она, — думаю, ничего из сказанного вами не меняет моего поведения с Мирандой.
— Мне показалось, я ясно дал понять, что она опасна. Вполне вероятно, что она убийца.
— Да, но подумайте сами, сэр. — Эмма намеренно широко ему улыбнулась. — Я единственный человек, которого она не посмеет убить. Она жаждет моей помощи.
Эдисон медленно откинулся назад, ни на секунду не отводя взгляда от ее лица.
— Этот факт, без сомнения, до некоторой степени защищает вас от ее злобы. Но вы не должны рисковать без необходимости, Эмма. Выслушайте ее, узнайте, что она хочет вам предложить. Выведайте как можно больше, но не раздражайте.
— Поверьте, сэр, теперь, когда мы можем выдвинуть против нее обвинения в двух убийствах, я не совершу никакой глупости или неосторожности.
— Я чувствовал бы себя куда увереннее, если бы не боялся, что слово «неосторожность» для вас имеет несколько иное значение, нежели для меня.
— Человек, имеющий дело с контрабандистами и отправляющийся среди ночи в доки на встречу с преступником, не имеет права читать мне мораль на эту тему.
Эдисон с облегчением усмехнулся:
— Знаете, вы действительно слишком дерзки, чтобы сделать успешную карьеру платной компаньонки.
— Если повезет, мои денежные дела скоро придут в порядок, и после работы у вас мне не надо будет снова идти в услужение. — Она посмотрела в окно:
— Экипаж останавливается. Мы приехали на улицу, где живет Миранда.
Эдисон бросил взгляд на ряд красивых городских особняков.
— Я понимаю, что мои слова прозвучат банально, но мне все это не нравится.
— Да что может случиться?
— Я бы не стал, если вы не против, оглашать весь список. Он слишком длинный. — По углам рта Эдисона залегли морщинки. — Очень хорошо. Я подожду здесь, в экипаже, пока вы будете у нее. Но, Эмма, обещайте мне, что если вы почувствуете себя неуверенно, немедленно уходите.
— Даю вам слово.
Экипаж остановился, в соответствии с указаниями Эдисона, за несколько домов до особняка Миранды. Эмма быстро высадилась и прошла остаток пути пешком.
В этот день все вокруг выглядело совершенно не так, как в вечер бала. Тогда, вспомнила Эмма, улица была запружена каретами. По ступенькам парадного входа поднимались гости в дорогих нарядах. Из всех окон лился свет, а из бальной залы доносилась музыка. Сегодня же жилище Миранды казалось почти неестественно тихим.
Ее охватила дрожь. Эмма ощутила хорошо знакомое покалывание в ладонях. «Нет, — подумала она. — Только не очередное предчувствие! За последнее время у меня их было достаточно».
Ожидая, пока ей откроют, девушка взглянула через плечо. В остальных особняках тоже было тихо. «Ну конечно, почти пять часов, — напомнила себе Эмма, — время прогулки в парке».
В этот самый момент большая часть светского общества — верхом на великолепных лошадях или восседая в элегантных экипажах — щеголяла друг перед другом на дорожках парка. Миранда, без сомнения, блистала в такого рода представлениях.
То, что она готова сидеть весь день дома и ждать, надеясь на визит в ответ на свою просьбу, красноречиво говорило о том, насколько срочным она считала свое дело.
Дверь никто не открывал. Эмма потерла затянутые в перчатки руки, чтобы избавиться от покалывания. Это не помогло.
Она еще раз постучала и подождала, прислушиваясь, не раздадутся ли в холле шаги.
Через несколько минут ей пришлось признать, что никто не собирается ей открывать. Может быть, Миранда, в конце концов, ушла? Но все равно кто-то должен был откликнуться на стук. Хотя, вполне возможно, прислуга воспользовалась возможностью, чтобы насладиться выпавшей свободной минутой.
Неприятные ощущения продолжали терзать Эмму. Она сделала шаг назад и посмотрела на окна. Все шторы были наглухо задернуты.
Она вздохнула. Сопротивляться страху было невозможно, в доме Миранды что-то произошло.
Она повернулась и поспешила к ожидавшему ее экипажу. Настал момент для более решительных действий. Она надеялась, что уговаривать Эдисона не придется.