(не)нужная дочь Дайва. Игры судьбы (СИ)
Немного проглотив еду, решительно обвела взглядом всех за столом и произнесла:
— Я предупреждала Лордов о последствии нанесения моему сыну хоть какого-то вреда. Договориться не получилось, слишком их отпрыск желал моего тела.
От моих слов Арон дернулся, и его рука сжалась так, что вилка согнулась. Его лицо приобрело жесткое, можно сказать, хищное выражение. Глаза заблестели пламенем…, и я побоялась, что он сейчас потеряет контроль и сущность разнесет все вокруг.
Мне пришлось быстро встать и положить ему руки на плечи. Он глубоко вздохнул и прислонился ко мне, прикрыв глаза.
Так и не отходя от него, продолжила:
— Я применила к ним заклинание забвения, оставив им детские воспоминание. Теперь Лордам придется возиться с маленьким ребенком во взрослом теле. Я не сожалею о сделанном, но мои действия повлекут разбирательство и, думаю, что скоро.
Пока говорила, не заметила, как мои руки переместились на голову Арона и утонули в его волосах, а он так и сидел с закрытыми глазами, наслаждаясь лаской моих рук.
— Что же будет? — отрезвил вопрос Паолы.
— Не знаю, но я думаю, что сурового наказания не будет. Во –первых, я Дайвочка, во –вторых, закона о запрете этого заклинания нет.
Хотела добавить в -третьих, но промолчала. Пока не время шокировать их принадлежностью к Королевскому трону.
— Никаких наказаний. Я предлагаю сегодня же уехать ко мне на остров. Там ты будешь в безопасности и под защитой нашего рода, — с повелительной ноткой прозвучало от Арона.
— Куда? — переспросила его.
Ни о каком острове и в помине не слышала, и информации о нем нигде не проскальзывала.
— Остров Негма — так мы назвали свой новый дом.
— Расскажи о нем. По крайней мере, ни в какой литературе о нем не упоминалось, — попросила Арона.
Насколько до этого времени мне было известно, что существует один материк, который омывают воды. Вероятно, никто и не плавал так далеко и не обследовал безбрежный океан, а часть его люди называли морем и не задумывались о его бескрайних просторах.
— Наш род называют Огненными Дайвами. Своей магией мы усмиряем огонь, превращая его в любую субстанцию: плодородную землю, кристаллы, камень,— начал свой рассказ Арон.
Он пересказывал историю своего народа со слов прапрапрадеда, но ни они, ни его
предки не знали истории, которая с самого начала касалась меня.
*****************************************************************************************************************
Благодарю за двойную награды liuba p. Ваше внимание поддерживает меня и мою музу.
******************************************************************************************************************
*
В белоснежной комнате на мягком диване возлежала Богиня Фиола. Богиня любви должна быть всегда в хорошем настроении, но только не сейчас. Её раздирали противоречивые чувства.
С одной стороны она должна всех любить и дарить это чувство, а с другой — она жаждала мести, и все равно это чувство смешивалось с чувством теплоты.
Она любила свой мир, своих людей, которым помогала и не требовала ничего взамен.
Они даже не догадывались о её помощи. Она была всегда в тени, убежденная, что любовь должна быть ненавязчивой, скромной и даже стыдливой.
— Фиола, радость моя! Как я тебя рад видеть! — Возникший из воздуха Бог Дайв излучал радость от встречи.
Она только улыбнулась. Богиня знала, как влияет её магия на других, даже и на Богов. Поэтому она частенько уединялась, чтобы не выслушивать одни и те же фразы, которые за столько веков ей порядком поднадоели.
— Что привело тебя ко мне, дорогой? Давненько я тебя не видела, — усмехнулась она, и в руках появился бокал легкого вина.
Она полулежала в воздушном платье, которое подчёркивало талию, упругую грудь и демонстрировало так много и одновременно ничего.
Фиола заметила огонь желания в глазах Бога Дайва, хотя поговаривают, что он имеет другое имя, но которое никому не открывает.
Только она догадывалась о причине внезапного появления у себя.
— Дайв, ты же не просто проходил мимо? — И на лице заиграла обольстительная улыбка.
Он выдохнул от влекущего соблазнения Богини и с трудом подобрал слова:
— Я насчет своих созданий, которых ты приютила у себя в мире. Неужели они заслужили такой кары? Прекраснейшая из Богинь. Их магия….
— Ты подумал, что я им позволю уничтожить мой мир? — прозвучали резкие слова, но отзвук их так и нес нотки нежности.
— Твои демоны сожгли деревню, убили истинную принца. И только из-за старых вековых традиций, которые остались в их головах. Я предупреждала, что мой мир только возрождает магию. С такой любовью я вплетала в пространство волшебство, которое приносило свои плоды. Родились целители. Мы договорились, что магия демонов потихоньку будет вплетаться в мир, и появятся маги других направлений. Что получилось? Выброс магии, и заметь, созидательной, чуть не разрушил континент. Мне с трудом удалось отвести разрушительную стихию вглубь океана, где она до сих пор бушует. Где ты был в это время? Почему не появился и не помог? Вот и пришлось магию твоих созданий направить и влить в защитное поле вулканического острова, которая будет и впредь подпитывать его своей магией. Только поэтому твои создания теряют её, а дети от них рождаются с малым резервом.
— Это жестоко! Ты же Богиня любви, — он подошел и припал к руке. —Прости их.
— Я их простила. Только изменить ничего нельзя. У них останется столько магии, сколько нужно для гармоничного развития моего мира. Заметь, я могла лишить их всей магии, но я пожалела их.
— А ипостась? — Бог Дайв все же стремился чем-то помочь своим созданиям.
— Ипостась? Зачем она им? Ты же им колечки подкидываешь, помогаешь. Только они и от твоей помощи отказываются. Предначертанным отвели вторые роли. Ты до сих пор согласен, что амира и предначертанная — это две противоположности?
Бог Дайв со всей горячностью намеревался защищать традиционные привилегии своих созданий, но увидел насмешливый взгляд Богини. Он быстро оценил развитие событий на свой отрицательный ответ и предположил, что она имеет свои козыри в руках и может опять чем-нибудь ограничить его демонов. Он вымученно улыбнулся и ответил:
— Фиона, Богиня моя! Я так не считаю.
— Вот и хорошо. Так что колечки отменяются. Пусть Дайвы ищут амиру сами.
— Ты намекаешь, что человеческие женщины не смогут подарить ребенка…
— Именно. Они уже меньше рожают от мужчин, даже если они подходят друг другу.
— Это жестоко….
— Зато правильно. Не забывай, мой милый, это мой мир, и я тебе закрываю возможность как-то вмешиваться. Вообще, им не мешало побыть без магии, чтобы осознали свои ошибки. Я Богиня любви и подталкиваю их к этому прекрасному чувству.
— Ты коварная женщина! А как же остров? Ты же не сможешь сдерживать проклятие, если Дайвы потеряют магию.
— Остров? — Богиня грациозно поднялась, и легкий ветерок заиграл тканью, ещё больше вырисовывая соблазнительные формы.
— Я думаю, магическое поле через века выровняется, и уже не будет угрозы уничтожения, — её глаза прищурились, и она бросила томный взгляд на него.
Только Бог Дайв всем своим существом не желал вымирание демонов пусть даже и в другом мире. И у него промелькнула мысль.
Он коварно улыбнулся и подошел к Богине:
— О, прекраснейшая из Богинь, позволь помочь тебе в этом вопросе. У меня есть план, он поможет тебе безбоязненно заняться своим миром, не отнимая магию у моих созданий. — Он наклонился и вдохнул её соблазнительный аромат.
Руки потянулись к волосам, легким движением подхватили их и оголили тонкую лебединую шейку для поцелуя. Богиня Фиола прикрыла глаза.
Богам не чужды страсти и удовольствие плоти.
*
Морион эш Ред’Оритон откинулся на спинку кресла и с озабоченностью посмотрел на последнее донесение разведчиков. У него давно в мыслях витали предположения о развитии конфликта между Огненными Дайвами и драконами.