Иволга и вольный Ветер (СИ)

Золотое было времечко, когда передо мной открылись врата в чертов сексуальный рай. Все впервые, все можно, даже то, о чем еще и мечтать не начинал. Счастье, сука, если бы не одно весомое “но”.
— Но Вера категорически не желала ограничиваться только мной. — снова тупо-болезненно кольнуло в сердце, когда вспомнил ту свою истерику практически, когда меня поставили перед данным фактом. Даже вздернуться хотел, дурака кусок. — И настаивала, чтобы я этого не делал. Она показала мне, насколько ярче и насыщенней событиями, впечатлениями, встречами может быть жизнь, если не ставить себе или партнеру каких-либо ограничений.
Еще как показывала! Устраивала тройнички мне со своими подругами, подзуживала на короткие интрижки с отдыхающими на югах незнакомками, заставляя делиться подробностями в качестве прелюдии к нашему сексу и прочее в том же духе. Поначалу было дико и стыдно, но вскоре втянулся и понял, что так легче жить и гораздо прикольнее.
— И при каждой новой встрече доказывала, что взаимной тяги не умаляет то, что мы не ограничиваемся друг другом. И что только когда ты свободен, не привязан к месту, не скован семьей, обязательствами, имуществом, сверх самого необходимого, волен заниматься чем захочешь, ни один день твоей жизни не будет прожит напрасно.
— То есть, она вроде как твоя учительница по жизни? — спросила Валя тихо и понять ее эмоции сейчас мне не удалось.
— Так и есть.
— И обычно при встрече вы… спите вместе?
Ох уж моя певчая птица и ее проблемы с тем, чтобы называть некоторые вещи своими именами.
— Не спим, конечно, но проводим время в постели. — трахаемся, сношаемся, как животные, точнее уж.
— А чем эта Вера занимается еще по жизни, кроме как … путешествует в поисках новых впечатлений?
— В смысле? — вообще-то я ждал немного другого вопроса, точнее попытки нормальной для любой женщины самоутвердиться в собственных глазах, заставив меня признать, что выбрал быть с ней осмысленно, потому что она лучше, красивее, моложе и так далее.
— Ну она дорого одевается, я так понимаю, постоянно путешествует, ухожена так, что в ее возрасте явно недешево обходиться. — пояснила девушка. — Как она на это зарабатывает?
— Валь, да какая разница? — вопрос Вали вызвал у меня раздражение и я сел на кровати, желая уже тему закрыть. — Интересоваться подобным — банальное мещанство.
— Может и так. Но она выглядит как женщина, которая ни дня в своей жизни не работала. Вот мне и любопытно, как так можно. Может и я так хочу.
А вот это заявление раздражение резко усилило. Почему-то мысль о том, что моя Иволга однажды станет похожа на Веру вызывала резкое отторжение. Я был когда-то влюблен в Веру, восхищался и хотел ее годами, но видеть Валю такой не хотел бы категорически. Потому что я знал на что и за чей счёт живёт Вера. Знал и мне было плевать, она меня к этому приучила. Но чтобы светлая Иволга стала такой же…
— Не думаю, что у тебя так когда-то получиться, — вырвалось у меня, прежде чем остановил себя и прозвучало это грубо.
— Что, рожей, кожей да статью не вышла? — фыркнула девушка, усиливая мой стыд. — Да и Бог с ним. Можно еще один вообще бестактный и банально-мещанский вопрос?
— Валяй.
— Это Вера тебя научила… ну скажем, облегчать жизнь своих спутниц материально?
— Валя… — поморщился я, понимая, к чему она все пытается свести и уже сожалея о решении пооткровенничать.
— Нет, погоди! — резко вскочила она с кровати. — Я просто понять хочу. Да, она тебя научила не интересоваться жизнью любовниц вне ваших встреч, но деньги же она у тебя брала?
— Тебе не кажется, что это совсем не твое дело? — рявкнул в сердцах. — Разве ты сейчас здесь за свой счет, чтобы осуждать Веру?
— Спасибо, что напомнил. — пробормотала Валя, резко вскочила с кровати и пошла в сторону ванной, прежде чем я успел остановить ее. — Очень точное замечание.
— Валя! — окликнул, ощутив себя полным мудаком.
Вот к этому и приводят задушевные беседы с женщинами. Даже если ты и стремишься что-то исправить с одной, то другая отомстит тебе так или иначе, испортив все в итоге. Вот почему я никогда не изливаю душу и не интересуюсь содержимым их же у партнёрш. Ради того, чтобы вот так все не испоганить.
 
Чертова Вера с ее внезапным появлением! Валя даже при всей своей неискушенности опознала в ней профессиональную содержанку. Когда я осознал это до конца в юности, то уже увяз в этой женщине членом и мозгами, поэтому принял все, как есть, хоть и дико ревновал. Я даже ей благодарен был за то, что она типа стимулировала меня поскорее начать работать над тем, чтобы быть способным привлекать ее не только размером члена и неутомимостью в постели. Я так сильно желал иметь деньги не ради них самих, а ради нее. Мечтал, что однажды баланс сойдется и Вера будет исключительно моей. А потом… расхотел. Меня стало устраивать все как есть. Редкие встречи, секс, расставание с ней и некоторой весомой суммой.
В дверь постучали, прибыл наш чертов романтический ужин, вот только от романтики уже и следа не осталось. Надо исправлять. Опять.
 Глава 21 
Валя
— Вот и что ты сейчас делаешь, дура? — прошипела своему отражению в зеркале, поплескав в пылающее лицо холодной водой. — Ещё разревись давай! Сама нарвалась, сама и огребла. А чего ты хотела?
Ветров правду в лицо сказал. Ишь ты, губы сделала куриной гузкой и осуждать кого-то собралась, когда сама такая же. Завидно стало, что кто-то красивее и предприимчивее, может влегкую жить за счёт мужиков, собирая все сливки, а ты нет?
— Ну вообще-то нет. — так же шепотом призналась отражению. — Пофиг мне на способности этой Веры. Мне за Ветрова обидно. И … я ревную. Прав никаких не имею, но ревную. И злюсь.
Нет, ну это же надо быть такой сукой, а! Совратила взрослая баба мальчишку, отцу назло или как там — не суть. Ну ладно бы просто совратила, в постель затащила, показала чудеса — фиг с ним, хотя если узнала бы, что такая ушлая Севку также… За волосья по улице протащила, ей богу, чтобы знала, как ровесников или хотя бы совершеннолетних за причиндалы хватать, а не малолеток.
Но эта стерва ещё и мозги своротила набекрень юному Егору. Ишь ты, ни семьи, ни родных-близких-детей в этой жизни не надо. Ну правильно, зачем они, если должна только она одна царствовать, являться попользоваться и карманы почистить. В таком, само собой, семья и дети или даже постоянные отношения с кем-то — помеха. Будто он пёс ей какой-то, хошь — погулять отпустит, а хошь — к ноге подтащит.
И вообще, что такого эта кобыла холеная семитаборная в постели вытворяла, если ни одной другой женщине ее секс-рекордов не удалось побить за столько-то лет? У нее золотая там или поперек? Или в чем-то другом дело? Потому что она у него первая? Сколько их эпопея длиться? Ветрову тридцать два, а как она на него полезла около шестнадцати было, выходит полжизни его. И что с того? Я вот только разок с Ветровым попробовала и хоть бы раз Яшку вспомнила. А он тоже у меня первым был. Может всерьез любил Ветров Веру эту? Или дело как раз в той вседозволенности, что она щедро раздавала Егору. Наверное, для большинства мужиков такая вот Вера и правда прям женщина мечты. Не ревнует, походы по другим бабам одобряет, никакой унылой бытовухой не грузит, знай только денежку ей отстегивай.
Если Ветров сказал, что жил с отцом и его вереницей баб, то с его мамой наверное что-то случилось. Может еще и поэтому так он к этой Вере потянулся, только… фу так думать. Совсем уж картина выходит неприятная, извращенство какое-то, если с этого ракурса смотреть.
Я еще раз плеснула на лицо, почти совсем успокаиваясь и задаваясь вопросом, как выходить из ситуации, которую сама и спровоцировала. С одной стороны, у меня не было права пытаться сформулировать оценку этой Вере по жизни. Егор поделился со мной, сто процентов он это не каждой встречной рассказывает, а я давай лезть не в свое дело. Это его прошлое, его уже не изменить. Чужие чувства уважать нужно, хоть сто раз тебе это не нравится. А чувства эти были, были, с каким бы каменным лицом Егор сейчас о прошлом не рассказывал.