Маэстро дальних дорог (СИ)

— Это еще что за железные одоробла? — подозрительно спросил Сентран. — Твои ничего о них не знают?
— Нет, — отрицательно покачал головой Кортин. — К ним в клан не пробраться, они всех новичков берут только под клятву на жезле древних. Умно, конечно, но что-либо выяснить о них почти невозможно. А похожи эти штуки на знаменитый Железный остров, мне кажется. И если это так…
— То у нас большие проблемы, — помрачнел адмирал. — Вспомни, как он расправился с Пятым рейхом.
— Нас для него все равно слишком много, — отмахнулся разведчик. — да и выглядят эти штуки совсем иначе. Я…
Случившееся в этот момент заставило его замолчать и застыть с приоткрытым ртом. Непонятные палки и тарелки на железных штуках внезапно налились синим светом и мигнули. В то же мгновение на месте передового отряда Хайд Отраго воцарился огненный шторм. А когда он стих, стало ясно, что четверти кораблей как не бывало. Только облака мелких обломков разносятся в пространстве.
— Да твою же мать! — с чувством выругался Сентран. — Это что еще за хрень такая?
— Примерно так Железный остров уничтожал корабли рейха в системе Карит, — заметил Кортин. — Но с куда большего расстояния. Видимо, это такие боевые корабли. Думаю, переть в лоб глупо, надо подумать, что делать дальше. Может, обойти вон там, через вон те просветы между астероидами.
— Надо попробовать, — хмуро уронил адмирал.
Задача, казавшаяся такой простой, внезапно начала обрастать неожиданными сложностями. И это Сентрану очень не нравилось. Однако не отменяло необходимости захвата островов враждебного клана. Что ж, это обойдется дороже, чем было рассчитано. Но он справится.
  
Глава VI
 
В последние дни Артему было очень неуютно, он ощущал какое-то непонятное неудобство. Примерно такое бывает, когда камешек попадает в обувь. Или туфли слегка тесноваты. Возникало ощущение, что ему куда-то надо, но не срочно, а так, по возможности. Четкого зова, как в случае с эрлари, не было, но возникало ощущение, что кто-то издалека с заметным интересом поглядывает на него. И этот кто-то очень важен и нужен.
Поход во дворец стал немалым, хоть и привычным по Базару испытанием. Придворные дамы дорвались до сладенького, пришлось даже оставить им на ночь шестерых доппелей, чтобы удовлетворить всех желающих. Причем Аллири этому не возмущалась, совсем наоборот, с интересом наблюдала за происходящим, иногда присоединяясь. Она поняла, что будущий муж ничего против такого поведения не имеет, наоборот, ему именно такое и нравится. Да и остальные принцессы, с которыми талангийка сошлась накоротке, многое рассказали об Артеме и его предпочтениях. Поначалу у девушки от подобных откровений лезли глаза на лоб, но затем она привыкла и приняла это, как должное, даже начав получать удовольствие, и чем дальше, тем большее. Из демониц Аллири подружилась только с Айтой и Сайтарой, да и то назвать это дружбой было нельзя. Так, осторожное прощупывание друг друга на реакции на то или это. Благо ссориться никто не спешил — все понимали, что им вместе жить в одном клане, и заводить в нем врагом однозначно не стоит.
Оставив придворным дамам доппелей, Артем направился к королю, с ним следовало многое обсудить. Судя по настойчивости, с которой тот приглашал будущего зятя, что-то произошло. Что-то серьезное. Опять призраки зашевелись, чтоб им в Бездну провалиться? Ладно, не стоит строить предположения, Лунг сам расскажет.
Оказавшись в королевском кабинете, Странник поздоровался с будущим тестем, сел, налил себе вина из кувшина в кубок, автоматические проверив на яды, и вопросительно уставился на его величество.
— Знать наша опять с ума сходит, — вздохнул король. — Думаю, снова пошло чье-то воздействие на них. Твое отсутствие заставило господ аристократов преисполниться самоуверенности. Хорошо хоть созданная по твоим идеям служба безопасности работает отлично и уже устранила самых одиозных, устроив им несчастные случаи. Но это не помогает, через день-два у аристократов появляются новые вождишки и принимаются гадить еще изощреннее. Такое ощущение, что у них напрочь отсутствует чувство самосохранения…
 
— Скорее всего, Призраки не оставили мысли добраться до источника, хотя остальные Авари перекрыли им все пути, — вздохнул Странник. — Упорные, очень упорные твари. Никогда не сдаются. Думаю, они уверены, что если сделать Таланг безлюдным, то они смогут прорваться. И ради этого идут на все. Как вы знаете, одна из их целей — полное уничтожение сМиросплетения. Чем оно им так мешает я, к сожалению, не знаю. Да и никто, похоже, не знает. Прежде всего следует отследить как именно идет влияние. Они явно нашли новый способ сводить вашу аристократию с ума, и мне это крайне не нравится. Во-первых, полагаю, желательно побыстрее сыграть свадьбу. Это заставит господ осторожничать, меня они знают. Но недостаточно, скоро узнают по-настоящему. У меня сейчас в женах, как вы знаете, два десятка принцесс разных стран, и я тестям не раз помогал наводить порядок. Например, русские аристократы, бояре, через год моего присутствия в стлице боялись пошевелиться и напрочь забыли о заговорах и прочей чуши. Надо бы свести вас с Георгием IV, у него немало интересных идей по постановке аристократии в стойло имеется, некоторые и мне в голову не приходили. Ну да опыт не пропьешь. Кстати, в России и на всей магической Земле тоже имелись свои Призраки, некие диасто.
Он коротко рассказал о столкновении с жрецами Матери и их уничтожении, точнее, изгнании, всех уничтожить Артем, к глубочайшему его сожалению, не смог. Разбежались и попрятались. А значит с ними еще предстоит столкнуться, такие сволочи никогда не успокаиваются. Понять бы еще чего они добиваются. Тогда легче было бы с ними справиться.
— Да уж, избавьте высшие от такой вот «богини» на планете… — нервно поежился Лунг. — Не хотелось бы столкнуться. Но вернусь к происходящему в Таланге. Наши аристократы ведут себя иначе. Если раньше они устраивали заговоры, то теперь возникает ощущение, что им просто поперек горла встали все и всяческие запреты. Молодежь начала устраивать шумные празднества, вытворяя там всякие непотребства. Да-да, даже по дворцовым меркам непотребства! Хорошо хоть до однополой мерзости не доходят, хотя пытались, не скрою, пришлось даже шестерых самых наглых и глупых отправить на плаху, приговорив к четвертованию. Это заставило остальных немного притихнуть. Но то, что творят между собой мужчины и женщины не поддается описанию. Толпы ряженых устраивают беспорядки по всем городам королевства, а на мое возмущение главы родов делают постные лица и говорят, что ничего страшного, это, мол, дети балуются.
— Дети балуются?… — на память Артему сразу пришли «они же дети» с украинского майдана. Если бы тварей сразу окоротили, то всего последующего кошмара не случилось бы. — Это известная тактика государственных переворотов, часто используемая. Таких вот «детей» нужно на месте давить! Мой вам совет — отдайте приказ первое же такое сборище разогнать с максимальной жестокостью, никого не жалея!
Он поведал будущему тестю о случившемся на Украине, из-за нерешительности правительства которой страна превратилась в кровавую нацистскую клоаку. А отдай президент приказ открыть огонь на поражение, и все закончилось бы, разбежались бы выжившие «они же дети» и забились по щелям. Не было бы майдана, не было бы кровавой войны против Донбасса и многого другого. Артема воспоминания о случившемся тогда и до сих пор приводили в дикую ярость, ему очень хотелось оказаться в какой-либо реальности, где все эти события только начинались, и навести там порядок по своему разумению. Представив себе ряды кольев, на которых «наслаждаются жизнью» Яценюк, Тягнибок, Турчинов, Порошенко, Зеленский, Арестович и прочие нацистские вожди и вождишки, Странник злобно оскалился. Надо будет потом поискать реальность, где он сможет раздавить всю эту поганую камарилью. И жалости твари не дождутся, заплатят высшей мерой.
— Думаю, скоро вас попробуют пригласить на молодежную вечеринку в школе, — сказал, выслушав его, король. — Почти уверен в этом. Ведь вы молоды. А у нас сейчас идет противопоставление поколений, молодых настраивают против стариков и наоборот. Традиции и обычаи объявляются устаревшими, никому не нужными, фальшивыми, требующими отмены. Советую согласиться, если пригласят, и послушать, что они там станут говорить.