Бог Разрушения (ЛП)

Коллективный вздох охватывает толпу. Я смеюсь под своей маской.
Вот так-то, придурок. Ты научишься больше никогда не связываться со мной или моей семьей.
Люди и охрана спешат к сцене, и Майя тянет меня за руку.
— Пора идти.
Я оборачиваюсь в последний раз, бросая взгляд на этого засранца, но на нем уже нет маски, а глаза сосредоточены на мне.
Широкая ухмылка растягивает его губы и теперь, когда Лэн покрыт кровью, она выглядит более устрашающей.
Он показывает знак «я слежу за тобой», и я не знаю, почему начинаю бежать еще быстрее, чем раньше.
Глава 3 
Мия
— Ты мне не ответила, — голос Николая гремит по комнате, когда он толкает меня ногой.
Я теряю равновесие, но возвращаюсь в исходное положение, не открывая глаза.
Любой, у кого есть хоть капля здравого смысла, оставил бы меня медитировать в тишине, но мой брат и здравый смысл боролись друг с другом всю свою жизнь.
Он снова толкает меня, и на этот раз я падаю на задницу и начинаю свирепо смотреть на него, но вздрагиваю, когда нахожу его взгляд на своем лице.
Буквально.
Он наклоняется так низко, что наше положение в худшем случае кажется жутким, а в лучшем – неловким.
Мой брат на год старше нас с Майей, но он не может быть еще более непохожим на нас. Там, где мы похожи на нашу маму и ее идентичную сестру-близнеца, он похож на папу. У них бирюзово-голубой оттенок глаз-хамелеонов, примерно одинаковое телосложение и темные волосы, хотя у моего брата они длинные.
В настоящее время они собраны в низкий хвост на затылке, который подчеркивает его неприветливое, мрачное лицо. Я люблю своего брата, и он на самом деле красив, но вам нужно заглянуть за его обычное маниакальное выражение, чтобы разглядеть это.
Кроме того, он девяносто процентов времени без рубашки – сейчас в том числе. И это выставляет все его гедонистические, пугающие татуировки на всеобщее обозрение.
Добавьте тот факт, что он довольно энергичный, и у вас есть идеальный рецепт для катастрофы, которая вот-вот произойдет.
Не помогает и то, что он был воспитан как мафиозный наследник должностей моих родителей в нью-йоркской братве.
Временами он похож на психа с лицензией избивать, калечить и даже убивать. В других случаях он просто мой брат, который водил меня и Майю за мороженым и защищал нас перед смертельно опасной бродячей собакой.
— Я все еще жду ответа, — он снова повторяет.
Я не могу не взглянуть на повязку, покрывающую основание его шеи.
Вот почему я искупала этого мудака Лэндона в свиной крови несколько дней назад, и я бы сделала это снова в мгновение ока.
— Я все еще жду, — снова говорит Николай своим обычным грубоватым, но теперь совершенно раздраженным голосом. Клянусь, у него терпение как у ребенка.
— Что? — я показываю с невинным видом. — И это грубо, между прочим. Разве я не говорила тебе не беспокоить меня, когда я медитирую?
— Бла-бла-бла. Не пытайся сменить тему, — он подходит еще ближе, так что я чувствую запах его мятного дыхания. — Куда ты водила свою сестру прошлой ночью, и почему вы смеялись, как злобные маньяки после того, как вернулись? Я узнаю прилив адреналина, когда вижу его, и у вас двоих он определенно был. Так что давай покончим с этим.
Я играю с дюжиной голубых лент в своих волосах, делая вид, что поправляю их.
— Почему ты думаешь, что я ее куда-то водила? Может быть, это она водила меня.
— Она злая, но ты – мозг каждой катастрофы, которую вы вдвоем планируете. У меня нет целого дня, Мия. Что, черт возьми, ты натворила, и должен ли я кого-то избить?
Я с гордостью показываю на себя большим пальцем.
— Твоя младшая сестра позаботилась об этом. Просто будь уверен, Нико.
Он прищуривает глаза, и это выглядит так маниакально, пугающе. Нико не из тех, кого можно удержать от расспросов, особенно когда речь идет о Майе и мне.
 
Кроме того, хоть мы и живем в квартире недалеко от особняка, где он живет с Язычниками, он не донимает нас весь день.
Да, есть телохранители, но мы с Майей ясно дали понять, что они будут находиться только снаружи и никогда не войдут в дом. Или, не дай бог, будут ходить за нами повсюду.
На днях нам не повезло, потому что, когда мы вернулись, Николай уже ждал нас.
Он точно не поверил, что мы встречались с друзьями. Во-первых, у нас их нет. Люди всегда либо боялись, либо опасались нас, поэтому мы с Майей стали лучшими друзьями друг для друга.
У моей сестры огромное количество подписчиков в социальных сетях, и она состоит в группе людей, похожих на нее, но даже она не назвала бы их друзьями. Майя была очень близка с нашей няней, когда мы росли, и часто называла ее подругой, но дружба закончилась после того, как няня уехала из штата к своей семье.
Во-вторых, несмотря на наши с Майей способности тут же придумывать воображаемый сценарий и без особых усилий заканчивать ложь друг друга, Николай был с нами всю нашу жизнь, и, хотя ему нравится притворяться, что он не может отличить нас, когда мы одинаково одеваемся, это всегда всего лишь притворство.
И он знает, когда мы врем.
— Что произошло той ночью, м? — спрашивает он, совершенно не смущенный моим ответом. — И не говори мне, что ничего, потому что я знаю, что это чушь собачья.
— Правда, ничего особенного, — показываю я с милой улыбкой.
Я рано поняла, что у меня милое лицо. Майя делает все, чтобы сделать его сексуальным. А я использую это дерьмо в своих интересах.
Если ты милая и улыбаешься, люди легко поддадутся твоему обаянию.
Я просто должна казаться доверчивой, пока не найду возможность дать им кулаком в лицо. Как сделала это с Лэндоном Кингом.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику при виде его маниакальной улыбки той ночью. Мне действительно приснился кошмар с его окровавленной ухмылкой и жестом «я наблюдаю за тобой».
Он никак не мог узнать меня. Я так и не сняла маску, и технически меня не приглашали на ту вечеринку.
Мой помощник, тот, кто дал эти приглашения и впустил меня в особняк Элиты, не сдал бы меня.
На самом деле, Брэндон, брат-близнец Лэндона и мой помощник, прислал мне фотографию своего брата, облитого кровью, с подписью:
Брэндон: Ты это сделала?
Мия: Если я скажу «да», ты возненавидишь меня?
Брэндон: Нет. На самом деле, теперь ты мне нравишься больше. Я впечатлен.
Мия: Ты не злишься, что я воспользовалась твоими приглашениями, чтобы сделать это?
Брэндон: Не совсем. Я понял, что ты замышляла что-то недоброе, когда просила о них.
Мия: Что, если у тебя будут проблемы с твоим братом?
Брэндон: Я знаю, как с ним справиться. Не волнуйся.
Итак, это была победа по всем фронтам. У меня получилось сохранить свою свежую и совершенно неуверенную дружбу с Брэном, а еще я отомстила за то, что его брат-псих сделал с моим.
Тем не менее, последние пару дней я неосознанно наблюдала за своим окружением, ожидая, что Лэндон набросится на меня сзади.
Или хуже того – затащит в какой-нибудь темный угол, где я определенно была бы беззащитна.
— Хорошо, — Николай встает во весь рост.
— Хорошо? — я повторяю на языке жестов, не уверенная, что правильно расслышала его.
— Да, хорошо. Вы с Майей можете делать все, что захотите, — он наклоняет голову набок. — Взамен я добавляю еще двух телохранителей, и каждый из них будет следить за каждым вашим шагом.
Я вскакиваю и яростно жестикулирую:
— Ты не посмеешь.
— Ты получишь доказательства завтра утром.
Вот дерьмо.
Если мой брат говорит, что сделает это, то он определенно сделает.
— Подожди, — показываю я и вздыхаю. — Хорошо, мы соврали. На самом деле я встретилась со своим новым другом, которого, не думаю, что ты бы одобрил, вот почему мы тебе не сказали.