S-T-I-K-S. Пират. Тревожное настоящее (СИ)
«Интересно, что их может связывать?», – задала сама себе вопрос Хелен, имея в виду Герхарда и Манкурта. Но сразу ответить не смогла. Лишь проанализировав свои ощущения и предположения, сделала интересный вывод. Если они давно знакомы, то получается, что Манкурт память не терял.
«Выходит, симулировал? Нет! Я же его сама смотрела, у него реально амнезия. Я ошибиться никак не могла. А Герхард в стабе появился гораздо позже. Это точно. Какой тогда делаем вывод? – Хелен задумалась, пытаясь разгадать головоломку. Но вот её лицо прояснилось: – ну, правильно же! У Манкурта, по истечению времени, как врачи и предполагали, восстановилась память! Герхард, неужели ты меня обманул? И по-прежнему продолжаешь работать на базу? И, что мне теперь делать? Манкурт – любимец руководства, да и Пират ему обязан спасением. А, что у меня есть против них? А ничего, кроме лишь подозрений, ничем не подтверждённых. Даже, если я скажу, что он, как и я сама, внешник. И что? Теперь он такой же заражённый, которому очень повезло оказаться иммунным. Вполне поверят. А почему не сказал? Так, не знал, как себя поведут рейдеры. Ещё прибьют с горячки, на фоне общей ненависти к внешникам. И не проверишь. А ментат перед ним бессилен. Вполне вероятно, что ему вживили микрочип. На любые каверзные вопросы ментата ответит легко и непринуждённо. Какую бы ахинею Герхард не нёс, Быков воспримет, как самую правдивую информацию".
Хелен прошла в свой кабинет и, опустившись в кресло, задумалась. Она пыталась найти выход в сложившейся ситуации и решить, как правильно ей стоит поступить. Но как не старалась, ничего не получалось. Но…. Почему ей эта мысль раньше в голову не пришла?!
«А, что, собственно, Герхард делает у нас? Если брать за основу версию, что он наврал и продолжает работать на внешников, то чем интересен наш стаб? Да, ничем! Таких стабов полно, как и ближе к базе, откуда она сама, так и возле внешки, где сконцентрированы основные силы и центр управления всеми дальними базами. Некое их количество рассредоточено на огромной территории Улья. Тогда что? А с каким заданием посылали меня с мурами? Похитить Мирослава! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Ну, конечно, их цель – Ксанка и её уникальный, изначально иммунный плод! Как же я сразу не догадалась…. Тогда мне не обязательно следить одновременно за Герхардом и Манкуртом, что, естественно, затруднительно. Нужно лишь находиться рядом с Ксанкой. Рассказать всё Следопыту и Пирату? Нет. Они только всё испортят.
* * *
Довольный, словно объевшийся сметаной кот, Пескарь откинулся на подушку.
«Как же мне будет её не хватать. Привык ней, да и в постели очень даже хороша. Может её с собой забрать? Нет, не получится, к сожалению. Нам бы в портал без проблем беременную Ксанку запихнуть, чувствую, ещё тот геммор будет . И вряд ли Анжелика своё кафе бросит».
– Милая, – Анжелика, как обычно после любовных утех, положила голову ему на грудь и сейчас пребывала в приятной истоме. Он потрепал её волосы и спросил, – ты как-то говорила, что мечтаешь о ребёнке. Помнишь?
Девушка вздрогнула и приподняв голову, посмотрела на своего любовника. В миг с неё слетела умиротворённость и она со злостью в голосе, спросила: – Манкурт, у тебя появилось желание надо мной поиздеваться?
– Почему же сразу – поиздеваться? Ты тот раз сказала, что готова на всё ради того, что бы иметь здорового ребёнка и после не потерять его. Твои же слова?
Анжелика насторожилась: – и, что ты этим хочешь сказать?
Пескарь замялся, боясь сказать напрямик, но переборов робость, продолжил: – есть один человек, который готов тебе заплатить белой жемчужиной за одну услугу.
– Что ты сказал?! – резко вскинула голову Анжелика, впиваясь острыми ногтями в грудь Пескаря. Да так, что он вскрикнул от боли: – ты что творишь, дура?!
– Ой, прости, – она на миг забыла о странном предложении. Отняла руку, в ранках выступили капельки крови. Девушка приподнялась и протянула руку к тумбочке. Прямо перед лицом Пескаря, свисая, заколыхались тяжёлые груди с розовыми сосками. Потерпевшему моментально стало хорошо, боль и злость куда-то пропала. Анжелика остановила его сексуальный порыв и протерев ранки ватным диском, смоченным в живчике, дрожавшим голосом, напомнила: – что ты там говорил про жемчуг?
– Ты только ногти свои убери, а то ещё дырок во мне наделаешь.
– Не тяни, рассказывай, – её трясло, словно в лихорадке. Дрожащей рукой наполнила стакан живчиком. Стуча зубами по стеклу, разливая напиток, с трудом его выпила. Живчик быстро подействовал. Выслушав Пескаря, уже спокойно ему ответила, даже не раздумывая: – я согласна. А сейчас уходи, я хочу побыть одна.
* * *
– Пират, а где ваша молодёжь?
– Да в бар пошли. Ты что-то хотела, Хелен?
– Ксанка нужна.
– А зачем?
– Слушай, с каких пор тебя стали интересовать женские секреты?
– Да, я... – Пирату стало стыдно и он, растерявшись, замолчал, не зная, что ответить на замечание знахарки.
– О, оказывается ты ещё не старый, раз смущаться не разучился, – окончательно морально добив рейдера, Хелен вышла на улицу и направилась в бар, надеясь там застать Мирослава с Ксанкой. Пока девушка находилась в положении и ещё не родила, никуда без сопровождения не ходила. Собственно, это не её желание, а требование Пирата с Белкой – мало ли вдруг ей помощь понадобится. Но самое главное, в первую очередь, это безопасность. Они ведь не забыли о существовании внешников и муров и их возможным интересом к ещё не родившемуся ребёнку.
День в полном разгаре, жители стаба в большей массе на работе. Праздношатающихся практически нет. Возле Хелен притормозил патрульный джип, парни уважительно поздоровались со знахаркой и поехали дальше по своим делам. Чем ближе Хелен подходила к бару месье Жана, тем сильнее росло волнение. Она быстрым шагом поднялась по ступенькам и буквально ворвалась в полутёмное помещение.
– Привет, Хелен, – первым поздоровался хозяин бара, протиравший бокалы свисающим с плеча полотенцем.
– Что тебе предложить?
– Спасибо, ничего не надо, – оказавшись после яркого солнечного света, она щурясь, пыталась рассмотреть посетителей в полумраке.
– Ищешь кого? – поинтересовался месье Жан.
– А где Ксанка с Мирославом?
– Здесь я, Хелен, – отозвался Мирослав, одиноко сидящий за столом в глубине бара. Перед ним белела пара стеклянных стаканов с молочным коктейлем.
– А ты чего один, Ксанка где? – вертя головой по залу, встревоженно спросила знахарка.
– Вот жду её, сказала, что на пять минут отлучится с Анжеликой, а вот уже, примерно, минут двадцать прошло.
– С какой Анжеликой? – взволнованная Хелен не сразу поняла, о ком только что сказал Мирослав. Анжелик в стабе было две или три.
– Ну, которая хозяйка кафе.
«Это же с ней Манкурт живёт»? – слегка побледнела знахарка, но Мирослав в полумраке ничего не заметил.
– Куда они пошли?
– Не знаю… – растерянно произнёс Мирослав. – А что случилось?
Хелен в ответ лишь с досадой махнула рукой и, спотыкаясь, побежала к выходу. Мирослав, как сидел, так и остался на месте. Но, потом спохватившись, вскочил и быстрым шагом направился к выходу. Месье Жан, удивлённый происшедшим, едва не разбил бокал, вовремя успев его подхватить.
Выбежав из бара, Хелен едва не сбила с ног командира блокпоста.
– Хелен, ты куда так спешишь?
– Иваныч, ты, случайно, Ксанку, дочку Пирата, не видел? – забыв поздороваться, нетерпеливо спросила Хелен.
– Видел её с новой хозяйкой столовой или теперь кафе, если правильно. Шли в сторону насосной.
– Спасибо! – Хелен сорвалась с места и побежала в указанном направлении. Иваныч, покачав головой, пошёл дальше. Не так часто выбирается в стаб, нужно ещё много вопросов решить. Пройдя мимо бара, он уже не видел выбежавшего на улицу Мирослава, лишь только услышал удаляющийся топот.
А вот и, расположенная в довольно глухом месте, насосная. Не останавливаясь, Хелен на бегу вытащила из кобуры Вальтер Р88 и дослала патрон. Забежав за кирпичное здание насосной, знахарка остановилась. Впереди мерцал, зависший над землёй, голубоватый портал. Периодически, частично, то появлялись из него, то исчезали Герхард с Манкуртом. Они, пригнувшись, затаскивали бесчувственное тело Ксанки. А слева от портала, в траве, лежала на боку, свернувшаяся калачиком, Анжелика. Под левой лопаткой торчала наборная рукоятка. От неё, пропитав светлую ткань, тянулась вниз кровавая полоса. Вскинув руку с пистолетом, Хелен выстрелила. Стоявший к ней спиной и частично видимый Манкурт, вздрогнул и, пошатнувшись, упал навзничь. Руки и голова коснулись земли, а нижняя часть и ноги остались скрыты порталом. Из него показался Герхард с пистолетом в руке и сразу выстрелил. Позади Хелен охнул Мирослав, на его груди расплывалось тёмное пятно. Он со стоном опустился на колени, а затем упал на спину, раскинув по сторонам руки. Отбросив пистолет, Герхард согнулся и попытался, уцепившись за камуфляж, приподнять Манкурта. Внезапно он выпрямился, быстро шагнул назад и исчез из вида. Через несколько секунд руки Манкурта и голова оторвались от земли, видимо Герхард тянул его за ноги. Но время вышло, портал, отключившись, погас. Во все стороны разлетелись кровавые ошмётки. Верхняя часть тела Манкурта, разорванная в районе живота, орошая кровью землю, свалилась вниз с небольшой высоты.